Самый честный робот - Андрей Саломатов

– Почему этого сумасшедшего до сих пор не бросили священному трубирану? – перебил его Великий Полководец.

– О величайший из величайших, – вышел вперед начальник охраны. – Священный трубиран уже поужинал, и мы решили оставить преступника на завтрак. Но он каким-то образом сбежал из камеры.

– Как тебе удалось открыть дверь? – обратился Великий Полководец к обезумевшему от страха тимиуку.

– Я же говорю, о величайший из булыжников… – Тимиук быстро прикрыл рот рукой, повалился на колени и завопил еще громче: – Ой, простите, я все перепутал! Я совсем потерял голову, о булыжнейший из великих… Это полководец, круглый такой…

Правитель не дал договорить бывшему охраннику. Он кивнул стражникам, и те снова набросились на свою жертву.

– Этого ненормального приковать цепями в камере, – распорядился Великий Полководец. – А вместе с ним и начальника охраны за то, что преступники у него оскорбляют правителя страны и спокойно разгуливают по дворцу.

– О величайший из величайших! – взмолился начальник охраны и тоже бухнулся на колени. – Да я же…

– Я все сказал. – Великий Полководец повернулся и величественной походкой направился к выходу. Телохранители последовали за ним.

Досмотрев спектакль до конца, мимикр по стене пробрался к двери, незаметно выбрался наружу и, снова слившись со стеной, замер в коридоре. Через несколько секунд мимо него провели рыдающего бывшего охранника и начальника стражи. Солдаты не торопились, они толкали перед собой осужденных, зло подшучивали над ними и даже поколачивали бывших сослуживцев.

– Ну что, завтрак для трубирана, добился своего? – еле слышно проговорил мимикр, когда плененный тимиук с опущенной головой прошел мимо него.

– Он здесь! Здесь! – во весь голос заорал бывший охранник. – Я слышал его голос! Теперь я понял: это дьявол в образе булыжника! Кыш! Кыш, нечисть! Давайте все помолимся! – Тимиук хрипло запел какую-то молитву, а конвойные понимающе посмотрели друг на друга, покачали головами и, взяв бедолагу под руки, поволокли его дальше.

Мимикр не стал пытаться еще раз освободить Алешу с помощью тимиуков. Бывший охранник его предал, а те, что содержались в соседних камерах, просто не знали, где находится мальчик. Зато Фуго выяснил, в какой стороне выход, и, едва стражники скрылись за поворотом, направился в противоположную сторону.

На улице начало темнеть, когда Фуго наконец выбрался из дворца.

Благополучно миновав стражу, он легкой волной прошелся по дорожке и вскоре очутился у ворот. Здесь мимикр выбрал побольше щель между бревнами, просочился наружу и только после этого по-настоящему почувствовал себя на свободе.

«Надо торопиться, – лихорадочно думал Фуго. – Если робота не окажется у моста, придется бежать за подмогой в поселок к биологам. Этот Цицерон хоть и неплохой парень, но он всего лишь грузчик, а здесь нужны вояки».

Мимикр помнил, с какой стороны их привезли к крепости, но там оказалась не одна улица, а целых три.

К вечеру на площади почти никого не осталось. Редкие прохожие торопились домой, чтобы успеть затемно. Мимо мимикра по булыжной мостовой прогромыхала тележка, и Фуго решил спросить у ее владельца, в какой стороне находятся центральные ворота. Он догнал старого облезлого тимиука, подергал его за край платья и вежливо спросил:

– Добрый тимиук, скажи, пожалуйста, по какой улице я доберусь до центральных ворот?

Тимиук осмотрелся, удивленно заглянул себе под ноги и испуганно спросил:

– Ты кто?

– Не бойся, добрый человек. Я такой же, как и ты, бедняк. Я даже значительно беднее тебя: у меня нет дома и одежды. Но если ты хочешь меня увидеть, пожалуйста. – Чтобы не пугать аборигена, мимикр принял облик тимиука, но добился обратного результата.

– Оборотень! – вдруг заорал старик и, оставив тележку, со всех ног бросился бежать. – Тимиуки! Я видел оборотня!

Дабы не испытывать судьбу, Фуго быстро заглянул в тележку, взял оттуда два небольших ромбодаба и нырнул в одну из улочек, которая, как ему казалось, вела в нужном направлении.