Сундук с чудовищами - Лена Тулинова

В понедельник пошел снег.

Это означало, что скоро зима. Новогодний бал, каникулы, а потом и турнир зельеваров.

«Интересно, — рассеянно глядя в окно на летающие снежинки, думала Карина, — почему турнир проходит зимой? Ведь осенью можно использовать свежие ингредиенты!»

Дополнительное занятие по зельеварению сегодня вела госпожа Маркура. Она заменяла госпожу Герберу, которая отправилась нынче в частную школу волшебства, к тете братьев Эльсингор. Только не с уроками красоты и гигиены, которые сама Гербера очень любила вести у девочек пансиона. О нет, она собиралась проводить у мальчиков урок по противопростудным сборам, лекарствам от кашля и согревающим чаям.

А госпожа Маркура пообещала рассказать побольше про сам турнир, а не про зелья и снадобья. Для начала она рассказала, как там все устроено, к примеру, поведала, что каждый зельевар норовит протащить на соревнование любимую спиртовку, или счастливый котелок, или удачливую ложку, а это запрещено правилами. Всем выдаются одинаковые, абсолютно новые, проверенные на наличие чар предметы инвентаря. Затем зашел разговор о том, как проходит сам конкурс.

— Этот турнир проводится не так уж часто, потому что далеко не всегда находятся те, на ком разрешено экспериментировать с зельями, — сказала госпожа Маркура. — Ведь чтобы узнать, правильно ли приготовлено, мало видеть и мало обонять: надо его применить.

Джемма Сторм тут же подняла руку.

— А разве это не может навредить кому-нибудь?

— Об этом я и говорю, — кивнула госпожа Маркура. — Зелья на турнире составляются самые разные. В том числе и небезопасные для здоровья. Конечно, сейчас уже турниры зельеваров не те, что в стародавние времена, когда и сами зельевары, желая показать свое искусство, применяли страшные яды и ужасные заклинания. Теперь стараются обезопасить каждого участника, особенно не достигшего шестнадцатилетия. Поэтому не так уж высок риск сотворить по заданию что-то очень уж ядовитое. Тем не менее пробуют зелья только особенно стойкие гости.

— И кто же это? — спросила одна из старшегодок.

Ей уже было почти шестнадцать, и она поглядывала на Карину и Джемму, самых младших участниц турнира.

— Давайте попробуем догадаться, — с загадочной улыбкой предложила госпожа Маркура.

— Это кто-то с усиленной регенерацией, — выпалила Джемма. — Наверное, оборотень.

— Нет, на оборотней зелья могут подействовать не так, как на людей, — сказала еще одна старшегодка из пятого класса. — Ведь всем известно, что обычная собачья мята может вызвать у кошачьих оборотней аллергию, а оборотни-полиморфы испытывают от полыни тошноту.

— Тогда это самый опытный зельевар, — предположила первая девушка. — Ему и пробовать не надо, достаточно просто наблюдать за действиями участников. Или понюхать…

— Но участников будет много, одному, даже самому опытному, за всеми не углядеть, — возразила Джемма. — Там одних студентов Темной школы, наверное, будет штук двадцать-тридцать!

— Студентов штуками не считают, это же люди, — поправила Карина.

— Ай, да какие там люди, — махнула рукой Джемма, и все засмеялись.

А Карина вспомнила учтивого травника Эсгрима, которого видела на балу, и зануду Кроу. И улыбнулась. Будет неплохо встретиться на турнире со старыми знакомыми! И не так одиноко. Интересно все-таки, решился Рин участвовать или по-прежнему считает свое увлечение зельеварением пустяком? Надо будет встретиться и спросить.

— У кого-то есть еще предположения? — спросила директриса.

Карина подняла руку, но тут же опустила. Ей показалось, что ее вариант не очень правдоподобен.

— Некромант какой-нибудь придет, будет откачивать тех, кто пробует, — сказала курносая четверогодка Алисия.

— Или даже несколько некромантов. У них там в Темной школе целый курс некромантии, огромный факультет, и все красавчики. Загадочные, бледные и в темной одежде. Только небось и ждут случая, чтобы пооткачивать отравившихся нашими зельями.

И снова все засмеялись, на сей раз немножко преувеличенно весело. Не привыкли в пансионе шутить по поводу смерти!

— Барышня Розенблюм, мне показалось, вы что-то хотели сказать, — обратилась к Карине госпожа Маркура.

— Я подумала… может, есть такие люди, у кого иммунитет к ядам. Может, они уже вытравлены зельями до такого состояния, что им ничто уже не страшно. Или они такими родились…

— Что-то вроде этого, — сказала госпожа Маркура. — В городе волшебников Варкарне есть специалисты по ядам и снадобьям. Они не то чтобы протравлены — но близко к тому. А уж заговорены и закляты от всего, что только бывает. И у них еще есть с собой множество противоядий. Впрочем, противоядия от невыясненных зелий штука далеко не всегда полезная.

— А они… красивые? — спросила Джемма. — Эти специалисты?

— Мне кажется, что им не до красоты, — улыбнулась директриса.

Она еще немного рассказала про турнир, правила, условия и даже всевозможные приметы, но мысли Карины уже были заняты специалистами по ядам и зельям. Ей вдруг очень захотелось после пансиона попасть в Варкарн.

Она смотрела, как за окном сгущается вечер, как снег заносит дорожки и лужайки, и думала, что турнир будет просто потрясающим.

— Юлианна получила от госпожи Маркуры новый зонтик, — сказала Джемма тоном ябеды, когда занятие закончилось.

— Так что же? — удивилась Карина. — Она уже и так несколько месяцев ходит с учебным. Это не очень-то удобно, ведь он не родной.

— Юлианна не заслуживает зонтика. Это уже третий, который она получает! — надула губы Джемма.

— Это ты сама так думаешь или тебе Эсми так сказала? — обиделась за подругу Карина.

— Вот если я сейчас возьму и сломаю зонтик — мне госпожа Маркура сразу сделает новый? — спросила Джемма. — Нетушки! Буду ходить до окончания учебного года с ученическим, а Юлианне…

— Если ты сломаешь зонтик просто так — то это будет неправильно, — сказала Карина. — Юлианна не просто так теряла или ломала зонтики, знаешь ли, Джемма. Она спасла госпожу Ю в прошлом году, и нас всех — Шарлотту, себя и меня, а может, еще и других людей — от чудовища.

Джемма подумала, подумала, а потом высказалась:

— И все-таки Юлианна — любимица госпожи Маркуры. А это нехорошо, когда кого-то любят больше других.

Карина тоже задумалась. Но пришла к выводу, что нельзя любить (или не любить) всех одинаково.

— Ты ведь тоже любишь одних учителей больше, чем других. И подруг, с которыми учишься…

— Их я точно не люблю, — сказала Джемма. — И меня никто не любит. Даже Эсмиральдочка.

— Вы поссорились? — удивилась Карина.

— Нет, — пожала плечами Джемма, — но только я ей не особо-то и сдалась. У нее есть Фэнни и другие… И Лесс Кроу.