День вампира - Саша Готти

Утром в дверь позвонили, и Молли, проснувшись, услышала, как дед пошел открывать дверь.

– Доброго утречка, Вандер Францевич! – загудел из коридора голос соседки, Нины Гавриловны. – Мы тут с соседями подписываем жалобу на дворника. Он бездельник и развел столько крыс во дворе, что скоро ступить будет некуда. Я, пожалуй, присяду…

Скрипнула табуретка – видимо, Нина Гавриловна решила расположиться у них надолго и продолжила:

– Какая с утра жара, прямо парилка! Да, забыла, зачем я еще пришла… Я же принесла вам лекарства. Нам, старикам, такие перемены погоды тяжело даются. Я сама пью только чайный гриб в растворе слабенького чайку и вам настоятельно советую. Вот… тут корвалол, валидол… И еще валидол…

Из коридора зашуршали упаковки лекарств и послышалось сдавленное дедовское «спасибо», затем последовала речь Нины Гавриловны о погоде минут на десять, и лишь потом дверь захлопнулась.

Молли вышла на кухню – дед, стоя над мусорным ведром, вытряхивал в него из кармана упаковки с таблетками. По кухне разносился аромат кофе. На плите поджидала сковородка с омлетом, а перед дедом на кухонном столе демонстративно стояла огромная кружка крепчайшего кофе. Молли подумала, что это ей назло, раз она вчера решила нарушить свое обещание.

– Интересно, что бы сказали Нина Гавриловна с ее чайным грибом, если бы сейчас тебя увидели? – с упреком сказала она.

– Я думаю, чайный гриб сбежал бы от Нины Гавриловны и перешел бы на нашу сторону, – мрачно буркнул Вандер Францевич. – Если пойдешь гулять, будь осторожнее – говорят, во дворе развелись крысы.

Из-за этого сидеть дома в жаркий летний день Молли совсем не хотелось, и она, закончив завтракать, вышла погулять.

Сегодня ей почему-то не хотелось искать подруг, и она, сидя в тенечке, лениво наблюдала, как дворовый кот и большая ворона боролись за право полежать в единственной дворовой луже. Утро снова выдалось жарким, солнце палило, и на небе по-прежнему, как и все предыдущие дни, не было ни облачка.

В какой-то момент Молли почувствовала на себе тяжелый пристальный взгляд и резко обернулась – за спиной был дворовый тупик с кирпичными стенами, изрисованный дворовыми граффити и закиданный строительным мусором. Там не было никого, кроме серой большой крысы, которая стояла на задних лапах, шевеля усами и нюхая воздух.

Крыса презрительно фыркнула, опустилась на ноги и юркнула в ближайшее подвальное окно.

Молли крыс не боялась, но недолюбливала, поэтому пересела на другую скамейку. Спустя некоторое время она снова поймала себя на мысли, что ощущает чей-то взгляд, но, сколько не оглядывалась, кроме крыс, шныряющих в отдаленных закоулках, не заметила больше никого.

К полудню из подъезда вышла нарядная и кокетливо причесанная Анжела, которая вела на поводке своего ротвейлера. Она сразу же направилась к Полине, которая качалась на качелях. Вместе они неторопливо обошли двор, а потом, завидев Молли, девочки направились в ее сторону.

– Ой, смотрите-ка, наша звезда двора, приветик, – окликнула ее Анжела. – В своей лучшей кофточке, я как раз недавно такую же точно выбросила в помойку. Фу, Кондор, фу… Опять мой песик нервничает… Фу…

Ротвейлер рычал и рвался с поводка с явным намерением разорвать Молли на кусочки.

– Анжела, ты чего… – начала было Молли, отступая на несколько шагов назад от лающего пса, но Анжела тут же перебила ее, обратившись к Полине:

– Она, наверное, вышла, чтобы поискать того мальчика, который вчера с ней поговорил. Хочет, чтобы он снова на нее посмотрел. Влюбилась, наверное.

Они с Полиной переглянулись и дружно прыснули со смеху.

Молли опустила глаза и почувствовала, что краснеет.

– Да он просто посмеялся над ней, – презрительно сказала Полина. – Видимо, он еще никогда такого пугала вблизи не видел, вот и подошел.