Секреты теней - Маргарет Петерсон Хэддикс

Но когда она посмотрела на еду, желудок заурчал.

–Ну да,– недоверчиво хмыкнул человек.– Какой смысл объявлять голодовку, если приговорён ксмерти?

Он сказал это так небрежно, что Нина едва удержалась, чтобы не ахнуть. Значит, правда. Её убьют. Прекрасно. Но никто не заставит её ненавидеть Джейсона.

Человек, качнувшись на каблуках иприщурившись, разглядывал Нину, как естествоиспытатель интересного жука. Правительство одно время развернуло на телевидении целую кампанию спередачами ожуках, пропагандируя, что всем нужно есть насекомых. Насекомых Нине почему-то было не жалко.

–Итак, Нина И́ди– это твоё настоящее имя?

«Нет!»– хотелось закричать Нине.

Как хорошо бы сейчас, всамом конце, сказать правду… Нине всегда нравилось её настоящее имя, Элоди. Элоди Луриа. Когда она была совсем маленькой, тётя Ценка придумала про её имя песенку:

Имя необычное… имя мелодичное.

Элоди– так звали принцессу из сказки. Долгие годы бабушка итётушки экономили каждую монетку инаконец наскребли денег на фальшивое удостоверение личности, купленное на чёрном рынке. Бабушка принесла его домой ивыложила на стол, как золотую медаль. Нина вокружении тётушек, словно добрых крёстных фей на крестинах Спящей красавицы, на цыпочках подошла кстолу, прочитала имя– изакричала.

–Нина Иди? Так теперь меня зовут? Прямо… как Нина-идиотка! Хотите, чтобы ябыла Ниной-идиоткой?

Она кричала, но ей было стыдно. Тот пластиковый четырёхугольник был её пропуском на волю. Двенадцать лет тётя Листра носила очки, через которые уже ничего не видела, двенадцать лет тётя Рода надевала одно ито же пальто, двенадцать лет бабушка чинила носки, от которых осталась только штопка. Двенадцать лет они жили на чёрством хлебе ипустом бульоне. Ивсё же Нину не покидала мысль, что драгоценный документ был её смертным приговором, ане спасением. Она больше не Элоди, ачужая новая девочка Нина Иди, значит, она больше не мелодия тёти Ценки, не бабушкина любимица, не драгоценный лучик солнца вквартире, полной усталых старушек. Она никто.

Удивительно, но бабушка итётушки решили, что Нина кричит от страха, ане из дерзости.

Они столпились вокруг неё, обнимая иуспокаивая:

–Ты для нас самая лучшая, несмотря ни на что. Даже когда уедешь вшколу…

Услышав слово «школа», Нина поняла, что Нина Иди убивает Элоди Луриа. Элоди существовала вбабушкиной квартире, авыйти из неё могла только Нина.

Но теперь Нина Иди должна умереть, не лучше ли ей умереть, как Элоди?

Это было так заманчиво.

–Вопрос не из трудных,– пожурил мужчина.– Ты Нина Иди или нет?

–Вы же сами меня арестовали,– огрызнулась Нина, выигрывая время.– Неужели не знаете моего имени? Может, вообще не ту арестовали?

Человек повернулся.

–Дежурный?– крикнул он вдверь.– Стул мне!

Через несколько минут охранник принёс для мужчины крепкий деревянный стул. Тот откинулся на спинку, располагаясь поудобнее.

Нина сидела на холодном бетонном полу. Охранник вышел, заперев за собой дверь.

–Полагаю, этот разговор сто́ит продолжить, асидеть на корточках на вонючем полу очень неприятно,– решил ненавистный человек, словно Нина была виновата втом, что камера грязная.

Он наклонился кней, положив подбородок на руки иупершись локтями вколени.

–Так. Конечно, ты понимаешь, что мой вопрос не праздный. Вконце концов, другой преступник, которого мы вчера арестовали, Скотт Рено, прикидывался Джейсоном Барстоу, нелегальным третьим ребёнком, раздобывшим фальшивое удостоверение личности. Таким образом он пытался обмануть других нелегалов сфальшивыми документами, узнать их настоящие имена исдать демографической полиции. Ясно? Его рассказ, конечно, нелепый. Всем известно, что внашей великой стране нелегалу невозможно добыть фальшивые документы. Ни один законопослушный гражданин так чудовищно не предаст наше любимое правительство.

Нина смятенно уставилась на него.

–За что… за что меня арестовали?– тихо спросила она.

–За измену, конечно,– почти весело ответил мужчина.– Ты предала свою страну.

–Это как?– снова спросила Нина.

–Слушай, кто здесь задаёт вопросы?– возразил мужчина, но тем не менее ответил:– Ты иэтот Джейсон… или Скотт? Как его там?

–Джейсон,– прошептала Нина.– Он Джейсон.

–Ладно. Мне всё равно. Ты иэтот Джейсон хотели провести демографический надзор, чтобы вам заплатили за выдачу имён группы так называемых экснетов, нелегалов, пытающихся сойти за законопослушных граждан. Всё как яговорил ранее. Только предполагаемые экснеты на самом деле законные граждане, некоторые из них происходят из могущественных семей со связями. Только подумай, если бы полиция попалась на вашу удочку…

Нина перестала слушать. Она никогда ещё вжизни не чувствовала себя такой тупоголовой. Всё это было полной бессмыслицей.

–Так вы не считаете меня третьим ребенком сфальшивым удостоверением личности?– осторожно спросила она.

–Нет, конечно,– ответил мужчина.– Таких доказательств нет. Будь ты сама экснетом, разве стала бы выдавать товарищей?

Нина закрыла глаза, боясь, как бы этот человек не заметил, какая тяжесть упала унеё сплеч. Она словно прошлась колесом прямо по камере. «Они не знают!»– мысленно кричала она.

Иискать не будут! Не выследят бабушку итётушек, маму, не арестуют за её укрывательство. Ившколе Харлоу никто не пострадает. Демографическая полиция не убьёт её как ребёнка-нелегала. Нет. Её уничтожат за то, чего она не совершала. Измену? Выдачу экснетов полиции?

Нина открыла глаза ивозмущенно взглянула на ненавистного мужчину.

–Здесь какая-то ошибка,– твёрдо заявила она.– Никаких экснетов яне выдавала. Никогда не добивалась, чтобы демографическая полиция мне платила.

Мужчина выхватил записную книжку иначал писать.

–Ага, заговорила наконец,– бормотал он.– Так яизнал, придёшь всебя иначнёшь всё валить на Джейсона, как он на тебя. Обычное дело: вор увора дубинку украл.

Он перестал писать, но держал ручку на бумаге.

–Ну ачто расскажешь ты? Бедная невинная девочка выполняла приказы Джейсона? Тут ивсплакнуть не грех для пущей убедительности.

Он словно дал ей пощёчину.

–На самом деле, нет. Яничего плохого не сделала,– возразила она.– ИДжейсон тоже.

–То есть ты ручаешься за Джейсона?– спросил мужчина.– За его действия, местонахождение, каждую минуту каждого дня?

–Нет, но…

–Но что?

Теперь он откровенно над ней насмехался.

–Язнаю Джейсона. Он так никогда не поступит.

–Ещё скажи, что он никогда тебя не предаст,– заметил мужчина.