Черный котел - Ллойд Александер

— Меня не волнует твой черный зверь! — заорал Эллидир. — Меня волнует моя честь!

— А моя честь? — вскинулся Тарен.

— Что такое честь скотника? — засмеялся Эллидир. — Что сна в сравнении с честью принца?

— Я заплатил за нее! — повысил голос Тарен. — И гораздо дороже, чем ты собираешься заплатить за свою! Ты просишь меня сейчас отказаться от всего этого?

— Ты, скотник, упрекаешь меня в том, что я ищу легкой славы? — прошипел Эллидир. — Упрекаешь, хотя сам вцепился в нее своими грязными лапами. Я не стану больше мешкать здесь и спорить с вами. Мои условия, — или ничего. Выбирайте.

Тарен стоял молча. Эйлонви схватила Эллидира за полу куртки.

— Как ты осмеливаешься просить такую цену за помощь?

Эллидир вырвался и отпрянул.

— Пусть решает скотник. Это его дело — платить или нет.

— Если я поклянусь, — сказал Тарен, обращаясь к друзьям, — вы должны будете поклясться вместе со мной. Присягнув, я уже не смогу нарушить клятву. Но до того как я решу сделать это, я хочу знать, свяжете ли и вы себя такой же клятвой. Я жду вашего согласия.

Никто не произнес ни слова. Наконец Ффлевддур пробормотал:

— Я оставляю решение за тобой и буду твердо держаться того, что станешь делать ты.

Гурджи печально кивнул головой в знак согласия.

— А я не стану лгать! — взвилась Эйлонви. — Не стану ради этого предателя!

— Это не ради него, — спокойно сказал Тарен, — но ради нашего дела.

— Это несправедливо, — прошептала Эйлонви, и глаза ее наполнились слезами.

— Мы не говорим сейчас о справедливости, — мягко сказал Тарен. — Мы говорим о том, что задание должно быть выполнено любой ценой. И эта — не самая большая.

Эйлонви отвернулась.

— Ффлевддур сказал, что выбор за тобой, — выдавила она из себя наконец.

Долгое время Тарен не произносил ни слова. Он чувствовал ту же муку, что и в тот момент, когда расставался с брошью Адаона. А в его ушах звучал голос Эйлонви, выведший его тогда из мрака отчаяния. Он вспомнил ее слова о том, что у человека нельзя отобрать того, что принадлежит его жизни, того, что он совершил. Но именно этого требовал Эллидир. Именно это он должен был отдать добровольно.

Тарен склонил голову.

— Котел твой, Эллидир, — медленно произнес он. — Мы под твоей командой, и все будет так, как ты скажешь. В этом мы клянемся.

С тяжелым сердцем, молча поднялись они и последовали за Эллидиром. Они еще раз обмотали веревки вокруг погруженного в ил Крошана. Эллидир запряг трех лошадей, поставив их веером, бок о бок, затем прикрепил к ним конец каната. Ффлевддур здоровой рукой ухватил коней за уздечки, остальные ступили в реку.

Эллидир, стоя по колено в бурлящей воде, скомандовал Тарену, Эйлонви и Гурджи упереться в бок Котла и не дать ему перевернуться и завалиться между валунами. Он скомандовал Ффлевддуру тянуть лошадей, а сам налег на Котел.

Эллидир подсунул плечо под самое дно Крошана. Его тело напряглось, вены на лбу вздулись и готовы были, казалось, вот-вот лопнуть. Тяжелое дыхание вырывалось из его груди. Но Котел не поддавался. Тарен и Эйлонви тщетно тянули и дергали канат.

Переведя дыхание, Эллидир снова набросился на Котел. Канат скрипел и скользил по валунам. Гибкие лианы скручивались и перетирались. Плечи Эл- лидира были ободраны в кровь, лицо смертельно побледнело. Он, задыхаясь, отдавал все новые и новые приказы, понукая и лошадей, и людей. Мускулы его дрожали в последнем, невероятном усилии.

Из горла Эллидира вырвался хриплый крик, он почти упал в воду, упираясь всем телом в Котел. И вдруг в хриплом крике его прорвались ликующие нотки. Котел освободился из крепко засосавшей его тины.

Все отчаянно напряглись, спеша вынести Крошан на берег. Эллидир забежал вперед, ухватился за конец каната и потянул. Котел выполз на берег и бухнулся на твердую землю.

Не теряя ни минуты, они быстро привязали Котел между Мелинласом и Ллуагор. Эллидир впряг Ислимах впереди, как коренника, чтобы она вела всех вперед и одновременно несла свою часть ноши.

До этого момента глаза Эллидира горели возбуждением и радостью триумфа. Но теперь выражение его лица изменилось.

— Мы вытащили мой Котел из реки, — сказал он, странно глядя на Тарена. — Но, думаю, я был немного опрометчив. Ты принял мои условия подозрительно быстро. — Он сощурился. — Скажи мне, что у тебя на уме, скотник? — Ярость вновь захлестнула его. — Я вижу тебя насквозь! Ты еще раз попытаешься обмануть меня!

— Я дал клятву, — попытался урезонить его Тарен.

— Что такое клятва скотника? — взвился Эллидир. — Ты дал ее, ты ее и нарушишь!

— Говори за себя, — сердито бросила Эйлонви, — Такое, мог бы сделать ты, принц Пен-Лларкау. Но мы на тебя не похожи.

— Для того чтобы вытащить Котел, требовались усилия всех, — продолжал, не обращая внимания на ее слова, Эллидир. — Но теперь, когда он погружен на лошадей, так много людей не нужно. — Губы его растянулись в злобной улыбке — Да… да, совсем немного. Возможно, всего один, если он достаточно силен. — Он резко обернулся к Тарену: — Неужто я один не справлюсь с этим?

— Эллидир, — вскричал Тарен, — ты и в самом деле сумасшедший!

— Да! — засмеялся Эллидир. — Сумасшедший, что поверил только твоему слову! Безопасно только молчание, полное молчание! — Его рука потянулась к мечу. — Да, скотник, я знал, что в конце концов мы должны будем столкнуться друг с другом.

Он прыгнул вперед, выхватил меч и занес его над головой. Прежде чем Тарен успел обнажить свой клинок, Эллидир, злобно размахивая мечом, принялся теснить его, делая стремительные и грозные выпады. Тарен медленно отступал к реке. Он вспрыгнул на скользкий валун, лихорадочно пытаясь выхватить свой меч. Эллидир бросился в воду. Никто не успел остановить его.

Злобный принц сделал выпад. Тарен поскользнулся и рухнул в реку. Он попробовал подняться, но камни ускользали из-под ног. Он снова потерял равновесие и упал. И снова Тарен поднялся, но быстрое течение подсекло его. И он опять упал. В последний момент он успел еще заметить угрожающе нацеленный прямо в голову острый край камня. И больше ничего уже не видел.