Сила Трех - Диана Уинн Джонс

— Кончайте! — с явным раздражением крикнул через плечо один из доригов.

Адару повели обратно. Секунду спустя склон зарокотал и снова превратился в гладкий дерн, над которым яростно жужжали пчелы. Они были единственным напоминанием о том, что здесь были Адара и дориги.

— Ну прямо как сон! — вздохнула Бренда. — Правда, она прелесть?

Как только два великана отправились в путь, Гейр решил, что надо обязательно найти скрывшееся в доме холодное мерцающее зло. И хотя ему ни чуточки этого не хотелось, но он сказал: «Давайте запечатаем все окна и двери и посмотрим дом».

Такое внезапное рвение удивило Айну и Сири, но согласились они охотно. Весь следующий час они провели, бродя по квадратным просторам великанского дома, — и это оказалось необыкновенно приятно. Комнат великанам было нужно столько, что это просто поражало.

— Наверное, это потому, что они такие неуклюжие, — предположила Айна.

Но никто не мог объяснить, зачем великанам столько вещей. В каждой комнате было навалом часов, подсвечников, башмаков, ружей, кувшинов и всякой всячины. Одна комната внизу оказалась битком набита жесткими стульями и десятками фигурок, сделанных из раскрашенной глазированной глины. Дети решили, что это, должно быть, какое-то святилище, и почтительно притворили дверь. И тут Айна открыла другую дверь в конце короткого коридорчика.

Едва она это сделала, как Гейр понял, что зло совсем близко. От квадратного пространства так и несло злом. Гейра страшно удивляло, что Айна и Сири этого не чувствуют. Они пришли от комнаты в восторг. Комната была обшита темными панелями, а ромбовидные окна выходили в сад. Там стояли удобные старые кресла, обшарпанный стол, большие книжные шкафы, а в углах громоздились горы всякого позаброшенного добра. Айна и Сири бросились разглядывать чучело щуки — Сири подумал, что это, может быть, даже дориг, — и длинный деревянный шест с голубым клинком — Айна подумала, что это, может быть, какая-то особая разновидность копья. Они заглянули в несколько книг. Но письмена были незнакомые, и поняли они только картинки. Айна оставила книги и решила изучить ящики стола. В верхнем она обнаружила набор фальшивых зубов и прыснула со смеху. А потом открыла следующий.

Гейра накрыла волна холодного мерцающего ужаса. Она была так обжигающе сильна, что Гейр кинулся через всю комнату.

— Ой! — сказала Айна. — Глянь-ка, Сири. Почти как мамина. — И она протянула руку, собираясь взять то, что лежало в ящике.

— Не трогай! — закричал Гейр.

Айна отдернула руку и изумленно поглядела на брата.

— Почему?

— На ней проклятие!

Гейр заставил себя подойти к ящику и заглянуть в него. Там лежала прекрасная золотая гривна, богатая, сверкающая, несмотря на пелену пыли. Гривна была в точности как у Адары, только у той гривны на концах были ястребиные головы, а у этой — пучеглазые совиные. От зеленого золота в лицо Гейру ударил ледяной порыв зла. Каждый завиток узора был напоен ужасом. Гривна была такая вредоносная, что Гейр почувствовал себя слабым и больным. Еще бы дом не мерцал, если в нем хранилась такая гадость!

— Откуда ты знаешь, что на ней проклятие? — спросил Сири. — Это все одни догадки!

— Сам подумай! — отозвался Гейр, едва дыша от смертельного холода. — Ее же никто не носит, а по пыли понятно, что она лежит в этом ящике несколько лет! Она должна была давным-давно превратиться обратно в руду! Так хранится только проклятое золото!

— Точно, — проговорила Айна. — Только когда ты на меня закричал, ты ее еще не видел. — Она задрожала. — Знаешь, Гейр, я бы променяла мой Дар на твой.

— Правда? — сказал Гейр. — А мне от него ужасно плохо.

Он застыл, искоса глядя на гривну, — похоже, так было легче выносить исходящее от нее зло. Гейру было тошно, и он ощущал полное свое бессилие. Дотронуться до гривны он не мог. И представления не имел, как снять проклятие, но при этом знал, что обязан попытаться. Он был в долгу перед Джералдом за помощь и был совершенно уверен, что эта мерзость отравляет жизнь не только Джералду, но и всем обитателям Низин.

— Ой, а ты и в самом деле позеленел, — изумленно заметил Сири.

В следующий миг позеленели все. Послышался отчаянный стук. Пронзительный великанский голос закричал:

— Джералд! Джералд! Что ты сделал с дверью? Сейчас же открой!

— Мамочки! — ахнула Айна и виновато задвинула ящик.

— Джералд! — вопил голос. Тук! Тук!

— Нельзя же не пускать ее в собственный дом, — сказал Сири.

Опасливо держась тесной кучкой, дети побежали к грохочущей входной двери. Дверь так и содрогалась. Очень нервно Айна произнесла слова, и дети приготовились бежать.

Дверь распахнулась, и не успели они шелохнуться, как в дом ворвалась высокая великанша в безобразной шляпе.

— Джералд… Ой!

Великанша уставилась на трех странных ребятишек, не понимая, почему у двоих на шеях дорогие ожерелья.

— А вы кто такие?

Сири посмотрел на онемевших брата и сестру и понял, что действовать придется самому. И будет это нелегко. Великанша была усталая и сердитая, и Сири сразу стало ясно, что гостеприимством она не отличается и детей не любит. Он шагнул вперед, беззастенчиво пользуясь самой очаровательной из своих улыбок, и вежливо протянул руку.

— Благослови вас Солнце. Мы ждем Джералда.

Великанша остолбенела. Рука ее дернулась было вперед, но замерла, не успев коснуться руки Сири.

Тогда Сири позволил улыбке поблекнуть, а большим синим глазам — затуманиться печалью.

— Так хорошо, что вы пришли. Нам было одиноко.

Великанская рука коснулась Сириной. На великанских губах блеснула неуверенная улыбка, отчего они несколько раздвинулись.

— Вы что, совсем одни в доме? Как это нехорошо со стороны Джералда! Давайте познакомимся. Я тетушка Джералда, меня зовут тетя Мэри.

Гейр и Айна не посмели даже переглянуться, но с облегчением вздохнули.

Заметив у рва коричневый квадратный автомобиль, два великана застыли на месте.

— Тетя Мэри вернулась, — сказал Джералд.

— Я тогда лучше домой пойду, — испуганно сказала Бренда.

— Нет. Надо их спасать, — сказал Джералд.

Он оставил Бренду слоняться по вестибюлю и на цыпочках направился в кухню, не зная, чего и ждать. До него доносился стук. Первое, что Джералд увидел в кухне, были Айна и Сири — они медленно и серьезно намазывали масло на лепешки. Потом Джералд услышал голос тети Мэри — и такой веселый голос, какого раньше он никогда и не слышал: тетя Мэри окликнула Гейра, который возился с посудой. А еще говорят, будто не знают волшебства, подумал Джералд.

Тетя Мэри заметила Джералда. Лицо у нее тут же приобрело привычные острые очертания. Она выпихнула племянника в коридор и взволнованно зашептала: