Смертельно опасные желания - Светлана Ольшевская

– С какой еще другой стороны?

– С той, где мы вылезли. Через подземный ход.

– Нет! – резко ответила девочка. – В тот ход нельзя спускаться ни в коем случае! Василий Петрович, я вас прошу: когда все закончится, пусть люк чем-нибудь хорошо засыплют. А лучше бетоном закатают.

Сторож кивнул, а Денис недоуменно спросил:

– А почему?

– По кочану! Будешь много знать – быстро состаришься.

– Не ругайтесь, ребятки, – заговорил Василий Петрович. – Есть тут одно местечко, где этот волк уже когда-то был надежно заперт. Возможно, оно еще послужит.

– Где? – воскликнули все трое.

– Помните, я рассказывал вам про вывороченный ясень, под корнями которого обнаружилась старинная кладка?

– Да, и тогда его выпустили, – ответила девочка. Сторож удивился такой осведомленности, но решил не менять тему:

– Я словно знал, что она понадобится. Когда отец рассказал мне об этом случае, я пошел туда и нашел эту кладку.

– Нашли спустя столько лет? – удивился Денис. – Да за это время яма давно бы засыпалась!

– А она не засыпалась. Она, напротив, стала разрастаться и превратилась в некое подобие оврага. Ну так вот, нашел я эту кладку и поразился – кирпичи были отменнейшие, я таких никогда не видел. Вот только некоторые из них растрескались от давности лет, я даже не представляю, когда и кто эту кладку делал. За разбитой стеной обнаружилась небольшая комнатушка, а сама кладка уходила в глубь земли и под корни других деревьев. И я тогда решил там сделать захоронку – мало ли, может, когда-нибудь пригодится. В общем, я все отремонтировал. Где-то старые кирпичи положил, где-то новые добавил, оставил дверцу, которую загородил листом железа. Думал, прятать чего придется, но чтоб для такого дела – и в голову не приходило.

– Я, кажется, знаю, о каком овраге речь! – выдал Денис. – Мы с Костей там были.

– Вот и славно. Нужно сходить туда и все подготовить, – сказал старик. – Лист железа, поди, поржавел давно. Да и расчистить надо.

В подсобке у сторожа имелись все нужные инструменты, а в качестве крышки на дверцу он притащил самый настоящий могильный памятник, широкий и плоский. На нем была еле различима полустертая эпитафия. Ребята уставились на него во все глаза, а Василий Петрович пояснил:

– Тут в пятидесятые кладбище сносили, и я какие мог памятники в подсобке спрятал. Потом большинство раздал односельчанам на могилки, а несколько штук еще осталось. Этот как раз подойдет дверцу закрыть, он устойчивый.

– Он освященный, – сказала Убейволкова. – Ведь старые кладбища все были освященные. Если им выход закрыть – волк уже не вырвется. Надо только выйти так, чтоб нас не увидели.

Инструменты и памятник погрузили на тележку, прикрыв сверху всяким хламом. Было решено, что Костя и Денис доберутся до оврага самостоятельно, а Убейволкова пойдет вместе со сторожем, надев на себя для маскировки рабочий халатик и косынку. Это была ее идея – девочка отлично знала, какие преимущества дает невыразительная внешность.

Мальчишки видели, как сторож тяжело покатил тележку с мусором, а Убейволкова шла рядом, держа в руках метлу – ни дать ни взять пара уборщиков, на которых никто никогда не обращает внимания. Они, как и положено, вышли через ворота лагеря.

Сами ребята решили сократить путь через заброшенный сад.

Они быстро добрались до башни, которую старательно обошли подальше. И вдруг до них донесся знакомый голос, причем очень близко. Ребята замерли и неслышными шагами отступили за кусты смородины.

Голос принадлежал Роберту Анатольевичу. Да только куда подевались властность и жесткость! Теперь он звучал то истерично, но умоляюще, а то и вовсе слезливо:

– … ну что, что тебе еще надо? Я все сделал, как ты хотел: лагерь отстроил, детей сюда привез, все это в твоем распоряжении! Оставь меня в покое!

Денис и Костя переглянулись – кого этот властный человек может умолять таким тоном? Но прозвучавший ответ вверг их в ужас и развеял все сомнения. Это приглушенное шипение мало напоминало человеческий голос:

– Не увиливай. Еще год назад ты должен был вскрыть эту проклятую темницу! Метался, прятался, схитрить хотел, умный слишком?!

– Я… я… так открыли же… – пролепетал Роберт.

– Тебя это не оправдывает… Впрочем, ладно. Ты мне больше не нужен. Хочешь покоя – будет тебе покой. Выбирай, что бы ты хотел напоследок? Ну, не стесняйся – самые сокровенные и несбыточные мечты исполнятся в одночасье, хе-хе-хе!

– Не-ет!!!

– Впрочем, ладно. Поживи еще пару деньков, да не вздумай сбежать. Я ведь теперь тебя везде найду!

Последние слова звучали все тише, словно говоривший быстро отдалялся. Оставшись один, Роберт тяжело вздохнул и, шатаясь, поплелся обратно к лагерю.

Мальчишки подождали, пока он уйдет, и осторожно двинулись дальше.

– Ты смотри, какой гад! – прошептал Денис. – Значит, он нарочно лагерь здесь возобновил, чтоб детей этой твари отдать! Чтоб его самого так!..

– Не надо такого желать никому, – поежился Костя. – Может, к нему был применен гипноз?

– Скорее – угрозы. Только я не пойму, отчего волк его отпустил, хоть и на пару дней. Уж явно не по доброте душевной.

– А я, кажется, понимаю. Мне Убейволкова все объяснила. Волк не может ничего сделать против воли, нужно согласие человека. А тут согласия не было. Вот ему и пришлось притвориться милостивым. Только Роберт этого не знает.

– Хи-хи!

– Не знает он, видимо, и другого: этих мест волк покинуть не может. Так что если Роберт сбежит, то ничего он ему не сделает.

– Но ведь как-то он сумел приказать Роберту отстроить здесь лагерь и все такое, – возразил Денис.

– А, и правда. Ну, тогда я не знаю, какую власть и почему волк над ним имеет, – пожал плечами Костя.

Ребята легко нашли знакомый овраг. Василий Петрович и Убейволкова были уже там. Вместе они скатили тележку на дно, а потом старик не без труда отыскал в склоне оврага угол ржавого металлического листа, торчавшего из-под дерна.

– Вот она, захоронка моя! – просиял сторож.

Работа заняла довольно много времени, зато старый памятник так аккуратно закрывал вход, словно был специально для этого подогнан.

– Вот, я ж говорил! Глаз – алмаз! – не мог нарадоваться Василий Петрович.

Назад возвращались все вместе в обход лагеря, чувствуя себя сильно уставшими. Сторож предложил дождаться темноты у него в комнатке, не показываясь никому на глаза.

– А зачем дожидаться темноты? – не понял Денис.

– Затем, что именно в темноте я должна буду встретить волка, – прозвучал ответ Убейволковой.

– Уже сегодня?!

– Да, Денис, сегодня, – сказал сторож. – Пусть девочка его в ловушку заманит, а мы с вами памятником-то и закроем.