Где папа? - Юлия Кузнецова

Потом пришла Татьяна.

– Мамочка! Мамочка!

– Как я люблю, когда ты меня так называешь, детка!

Я не стала говорить Татьяне, что Кьяра просто посмотрела утром «Ариэтти из страны лилипутов», где главная героиня полчаса ищет маму и вопит: «Мамочка! Мамочка!»

Татьяна, тяжело плюхнувшись на пол, расстегнула шубу и распахнула Кьяре объятия. Та влетела в них и прилипла, как мячик-лизун, который прилипает к любой поверности. Спрятала голову у Татьяны на шее и затихла. А Татьяна гладила её по спине, улыбалась и смотрела вперёд.

– Я счастлива, как же я счастлива, – выдохнула она.

Я видела: счастье Татьяны на самом деле не имеет отношения к моей девочке, оно принесено откуда-то извне, из ресторана, оно пахнет смесью мужских и женских духов, звенит, как кокетливый смех, шуршит, как деньги, поёт, как обещание надежды. И ещё оно явно связано с большим белым бумажным пакетом, возле которого Татьяна уселась на пол. С белым пакетом, на котором написано название огромного и очень крутого магазина.

А моя дурочка поверила, развесила уши.

– Я тебя больше всех люблю! – вдруг заявила Кьяра.

Тихо сказала, но я услышала. И в груди завыло: «У-у-у!»

«Не буду я при них плакать», – сжала зубы я и схватила сумку.

– Лиза! А бельё ты не вытащила? – удивилась Татьяна мне вслед. – В чём же я завтра пойду?

– «Ответы-мейл-ру». Наберите и спросите в чём.

– Что?!

Но я уже хлопнула дверью.

Нажала на кнопку лифта. «У-у-у», – загудел лифт.

«Нашла себе умпа-лумпа, – бормотала я. – Бельё, плед, пол… Может, ей ещё шнурки погладить?! А жареной морковкой в неё не плюнуть, нет?!»

Когда я подходила к своему подъезду, в кармане загудел телефон. Татьяна. Ну что ещё?! Я пыль не протёрла на балконе? Варенье из лепестков роз не сварила?!

– Лиза, я только что говорила с доктором. – Татьяна произносила слова чуть растерянно. – Ей не нравится то, как я описываю Кьярину ногу. Она хочет нас видеть завтра в час. Поедешь с нами?

– Завтра я учусь, – сказала я.

– А ты не можешь…

– Нет. Отпроситься я не могу. Она же мне не сестра…

– Лиза, ну при чём тут…

– А почему Андрей с вами не едет?

– Ну слушай, сравнила! Кьяра не слушается его так, как тебя. К тому же у него в последнее время всё какие-то дела, дела…

Я знала, что у него за дела. Бегать от Фокса. Тот почему-то настойчиво стал звать Андрюху в компанию (то ли хотел докопаться до сути истории с журналом, то ли скамейка понадобилась). А Андрюха отказать не мог, кишка была тонка, но и согласиться не рисковал (то ли меня боялся, то ли правда понимал, что нечего ему там делать, с этими придурками). Вот и придумывал себе «дела, дела», лишь бы всегда иметь для Фокса готовый ответ, куда, мол, идёт и что там собирается делать.

– Знаете, и у меня тоже дела. Да, и за бельё – извините.

– Лиз, перестань.

– До свидания.

– Погоди!

– Кьяра! Ты хочешь, чтобы Лиза с нами поехала?

– Не надо только…

– Алё?

– Привет, Кьяр…

– Лиза! Лиза! Ты со мной поедешь? Да? Поедешь?

Я вздохнула. Вдруг на дороге зажегся фонарь. Совершенно неожиданно. Я думала, там и лампочки-то нет. Я сунула руку под пуховик и постучала по дырке.

– Да, Кьярочка. Конечно, милая. До завтра.

Я, конечно, дура последняя. Ведусь на провокации. Или это называется «манипуляции»?

Но как можно отказать тому, кто в тебя поверил? Кто тебя всё-таки любит…

Я снова сунула руку под пуховик.

Ветер, кажется, стих.

Чуточку.