Сиамцы: повесть - Андрей Жвалевский

— Неважно, — сухо ответила жена и больше не проронила ни слова.

Дома она первым делом уединилась в спальне, нашла в телефоне абонента «Ира СИТРО» и набрала номер:

— Ирочка, извините, что так поздно. Это мама Яна, мы у вас на программах пару раз были… Ага… Очень приятно… А вы помните такую девочку Геулу?..

*

Лиза вернулась домой из магазина и застала на лестнице Альбину. Ее взгляд не предвещал ничего хорошего.

— Мне нужно было проветриться, — начала оправдываться Лиза.

Альбина закатила глаза.

— Я тонометр привезла, сейчас давление будем мерить, — сурово сказала подруга.

Тут глаза закатила Лиза.

— Я здорова, — сообщила она, открывая дверь.

— Я не сомневаюсь, — сказала Альбина, вложив в эти слова весь сарказм, на который была способна, — ты таблетку утром выпила? И вообще, скажи спасибо, что я Чине не рассказала про скорую. Ты бы уже была в больнице в отдельной палате. И консилиум вокруг тебя. Ты ж его знаешь…

Лиза вздохнула и подставила Альбине руку.

— Меряй! — сдалась она. — Таблетку выпила. Кофе выбросила. Пью чай с ромашкой. Еще что-нибудь?

Они устроились за кухонным столом.

— Сто двадцать на восемьдесят, — сказала Альбина, — живи пока…

Подруги расслабились и улыбнулись друг другу.

— Лиз, у меня Геля спросила про отца, — сказала Альбина, — я ответила, что ничего не знаю. Я и правда ничего не знаю. Но я хочу, чтоб ты знала, что она интересуется.

Лиза вздохнула. Потом вздохнула еще раз.

— А выпить мне нельзя? — тоскливо спросила она. — Бухнуть бутылку водки и забыть, что ты мне сказала.

— Ну прости, — обиделась Альбина, — я могла не говорить.

— Не могла, — сказала Лиза, — ладно, давай чаю с ромашкой бухнем.

А потом Альбина молчала, а Лиза говорила. Наверное, ей нужно было хоть кому-то рассказать эту историю.

Жизнь Лизу не баловала. Отца она не помнила, мама говорила, что он уехал в другой город, когда ей было два года. Больше никогда не возвращался. С мамой были прекрасные отношения, но ей диагностировали рак, когда Лиза была в девятом классе. Мама была очень практичным человеком, поэтому сделала все правильно — Лиза не пошла в старшие классы, а поступила в кулинарный техникум. Отучилась, и когда мама через несколько лет борьбы с болезнью все-таки умерла, была со специальностью и уже работала. Ей очень нравилось быть кондитером. Она работала в частном кафе, взяли ее больше из желания помочь человеку в трудной ситуации, незадолго до маминой смерти, но хозяин ни разу не пожалел о своем решении. У Лизы оказался талант. У нее появилось много хороших знакомых и благодарных заказчиков. У нее была мамина квартира. Ей было девятнадцать лет.

— Знаешь, меня накрыло не сразу, а месяца через три после маминой смерти. Я очень хорошо помню день, когда я осознала, что я вообще одна, понимаешь? Я вышла с работы и как будто растворилась в городе. Гелька так часто делает: если она очень расстроена, то чешет пешком через весь город, пока голова не проветрится. Вот и я тогда шла, как без сознания. Одиночество — это ужасно. Ты как мертвый, но живой, понимаешь?

Альбина кивнула.

— Я даже не помню, где мы познакомились. Он был большой. Уютный. У него пальто было такое мягкое, не куртка, а именно пальто. Мы разговаривали, он взял меня за руку, у него были теплые руки. Мы приехали ко мне поздно ночью, до этого гуляли по городу. Я вообще не знаю, как так получилось. Я мало что помню. Помню, как было тепло оттого, что рядом живой человек. Если бы не он, я бы, наверное, домой в тот день не вернулась. Не знаю, что бы я делала. Я не могла думать, я была пустая внутри.

— Как его звали? — спросила Альбина.

— Мне кажется, что я даже этого не помню, — сказала Лиза. — Сергей? Утром он уехал, мы как-то быстро попрощались, мне было неловко и вообще… Знаешь, я бы с удовольствием рассказала Геуле, что она рождена в любви. Пусть бы это была просто страсть на неделю, но так, что крышу снесло. Но тут даже страсти не было. Просто холод внутри. И одиночество. Я не знаю, как об этом рассказать. А врать не хочу.

Альбина шмыгнула носом.

— С другой стороны, — сказала Лиза, — кто-то сверху услышал запрос. Мне было одиноко. Через две недели я узнала, что теперь мне будет не одиноко… Кстати, он предохранялся. Так что все это мистика чистой воды. Видимо, Геула очень хотела родиться именно тогда.

— А если бы не родилась? Страшно подумать, что бы было с нами, — вздохнула Альбина, — давай я тебе еще раз давление померяю. А то ты опять бледная.

Лиза вздохнула и подставила руку.

*

Варвара еще раз сверилась с запиской. Тот телефон Геулиной мамы, что ей дали в «С.И.Т.Р.О.», оказался неактуальным, но адрес вроде бы был верный. Однако Варя боялась набрать номер квартиры на домофоне. Она решила дождаться, когда подъезд откроет кто-нибудь из жильцов. И тогда уж Варвара войдет и позвонит прямо в дверь. Почему-то этот способ казался ей более правильным.

Долго ждать не пришлось. Дверь подъезда распахнулась, и появилась сосредоточенная женщина лет сорока.

— Извините, — спросила ее Варя, — а тридцать седьмая квартира на каком этаже?

— А вам зачем? — насторожилась женщина.

— Мне нужно поговорить с девушкой, которая там живет.

— Геулы нет дома.

Варвара присмотрелась, и ей показалось, что женщина чем-то напоминает Гелю. «Мама? — подумала Варя. — Ну… может, оно и к лучшему».

— А можно я с вами поговорю?

Женщина пожала плечами и заявила:

— Я как раз собиралась кофе пить. Тут рядом есть небольшая кавярня…

Через десять минут они сидели за пластиковым столиком, и Варвара сбивчиво объясняла:

— Понимаете… это не очень логично… и муж говорит, что нелогично… Но мне кажется, им надо помириться!

— Кому? — спросила собеседница.

— Геуле и Яну! Они вместе снимали канал на ютубе. «Сиамтуб». И то видео… за которое канал закрыли, это же Ян про Гелю снимал!

Женщина чуть не поперхнулась кофе.

«Неужели ей Геула не показала? — удивилась Варя. — Может, не успела, канал раньше закрыли…»

— Но вы ничего такого не подумайте! — заторопилась она. — Ничего… эротического… То есть… Это вообще неважно. Нет, важно!

Прыгая с одного на другое, она вывалила все: и что Ян никогда не мог на чем-то сосредоточиться, а с Геулой он мог месяцами снимать «Сиамтуб». И что тот ролик — хотя там не было ни сантиметра обнаженного тела! — получился очень… нежным. И что сейчас Яна бросает туда-сюда: то одна девушка, то другая, то он пытается снять что-то в одиночку, то сценарий фильма пишет…