Чертоги памяти - Седжвик Джулиан

– Привет, месье Дэнни. Стряслось что? Похоже, коллеги мои очень взволнованны.

– У Дэнни есть вопросы, – говорит Роза. – Можно, он сам их тебе задаст? Видимо, я толку не добьюсь.

– Давай, Дэнни. – Глаза у Джои вспыхивают. – Спрашивай, о чем хочешь.

Такого поворота Дэнни не ждал, к такому он не готовился, так что теперь ему требуется несколько секунд, чтобы выровнять дыхание и найти нужные слова. Роза и Джои смотрят на него – и под их взглядами он чувствует себя таким маленьким, таким одиноким. Будь тут со мной Замора… или хотя бы Син-Син… Он обшаривает взглядом стену кузова, старые реквизиты отца, мотки веревок, смирительную рубашку. Память о том, как отец победоносно выпутывался из этой гнусной штуки, какими овациями встречала его освобождение восторженная публика, придает мальчику немного сил, ровно столько, сколько нужно.

– Ну ладно. – Дэнни смотрит клоуну прямо в глаза, не отводит взгляд, мысленно собирается. Хотели честности в беседе – вот и получите.

– Это ведь кто-то из вас испортил оборудование папы? В ночь перед несчастным случаем?

Никакого ответа. Лицо Джои бесстрастно и непроницаемо, точно клоунская маска.

– Ну то есть ведь вполне могло быть, что вы задумывали пошутить, а шутка не удалась, – продолжает Дэнни уже нерешительно. По-прежнему никакого ответа. И что дальше? Продолжать. Наверное, папа бы так и сделал – он ведь был такой упрямый.

– Не вы ли сдвинули разметку для пушки… или навели на меня погоню вчера на Рамбле?..

Глаза у Джои делаются чуть шире. У Розы тоже. А Дэнни продолжает выкладывать давно копившиеся подозрения. Сердце у него колотится все быстрее.

– Или, может, тебе известно, зачем меня пытались утопить?..

Джои вскидывает обе руки, желая прекратить поток слов. На лице его отражается – вполне искреннее – недоумение:

– Arrête^[65], Дэнни! О чем ты?

– Тебя утопить? – Роза ошарашена. – Мы ж собирались спрашивать о водной камере. И о Заморе.

– Кто-то испортил водную камеру, я уверен, – говорит Дэнни и отворачивается, чтобы не встречаться взглядом с Джои. – Причем этот кто-то был в клоунской маске с черепом.

– Выходит, – колючим тоном отзывается Джои, – даже если это правда… наверняка тебе известно лишь то, что это был кто-то в маске с черепом. А ее надеть кто угодно может, n’est-ce pas?^[66]

– Но я видел не только это.

Дэнни снова оборачивается, чтобы не пропустить реакцию клоуна.

Джои смотрит куда-то в сторону, рассеянно потирая шрам на левой руке и явно стараясь сдержать вспышку гнева. Роза уставилась в пол, затаив дыхание и плотно сжав губы. Уж не о чувстве ли вины говорит эта поза?

Джои поворачивается. Гнев исчез, сменившись чем-то вроде разочарования.

– Вот честно скажу: чего бы мне хотелось – так это хоть капельки уважения. Нас, дзанни^[67], есть за что уважать. Все думают, наше ремесло – знай падай на задницу да машинки взрывай, но на самом деле это гораздо больше. Мы плуты, Дэнни, священные плуты и озорники, мы существовали во всех культурах, во все времена, – и да, если мы хорошо знаем свое дело, мы вызываем у людей смех, но кроме того мы вызываем у них смутные опасения, беспокойство. Как будто все вдруг взяло и перевернулось вверх ногами. Мы и должны казаться чуточку опасными…

Дэнни смотрит прямо ему в лицо. Взгляды их на миг пересекаются, и Дэнни изо всех сил старается выдержать, не отвести глаз.

– Джои, пожалуйста, если ты что-то знаешь…

– Alors^[68], – Джои колеблется. – Ну, может, тебе тогда лучше Аки спросить. Я… я видел, как он с кем-то разговаривал за пару дней до того случая. Не хочу распускать слухи, mais^[69]…

Ну же, думает Дэнни, расскажи мне что знаешь. Он откидывается назад, чтобы дать Джои больше места.

– Короче, я видел Аки на краю лагеря. Он с кем-то говорил, было темно, плохо видно, но…

– …но ты его узнал, да? – взволнованно спрашивает Дэнни.

– Oui. По-моему, это был Джимми Т.

– Да не может быть! – резко восклицает Роза. – Джои, не болтай ерунды!

Клоун смотрит на Дэнни и пожимает плечами:

– По-моему, все-таки он, – как ни в чем не бывало гнет он свое. Потом вскакивает на ноги. – Но понятия не имею, что он тут делал. Вот и все, что мне известно. Так что пойду, пожалуй.

В яблочко! Сердце у Дэнни несется вскачь. Еще один кусок головоломки – и это я, я ее у него вытряс! И хотя Дэнни понятия не имеет, куда теперь приткнуть этот кусок, рассказ Джои кажется ему вполне правдивым. Он поворачивается к Розе. Но та мрачнее тучи. Яростно роется в сумочке.

– Только время зря потеряли, – бормочет она. – Мне срочно надо снова раскинуть карты. Авось скажут что потолковее. Вдруг над нами зловезенье какое зависло…

Перед мысленным взором Дэнни проносится карта смерти. Может, пока отвага и боевой задор его еще не покинули, настало время поговорить по душам с Розой, благо они тут наедине. Нужно же мне знать, на кого я могу положиться, а кто так и остается знаком вопроса, потенциальной опасностью.

– Роза, – негромко окликает он. – Можно задать тебе вопрос о Джимми?

– Нет! Нельзя! – рявкает Роза. – Не до того!

Она закидывает сумочку на плечо, бросает на Дэнни раздраженный взгляд и выскальзывает за дверь.

Дэнни обмякает на сиденье.

Ну вот, снова. Когда я только приехал, Роза была сама доброта, носилась со мной точно с любимым племянничком – совсем как в старые времена. Пока тема не коснулась происшествия с камерой. И тут Роза сразу ощетинилась. А еще больше – едва прозвучало имя «Джимми». А ведь она совершенно точно ко мне хорошо относится – но предпочла бы, чтобы меня тут сейчас не было. Хочет, чтобы вся история с мамой и папой канула в прошлое. Но почему?

Он выдыхает и снова разворачивается к папиному реквизиту – наручникам, цепям, веревке. Сколько энергии отец тратил на то, чтобы снова и снова выпутываться из всего этого! И ради чего?

Порыв ветра бьет в стенку грузовика, раскачивая его на рессорах. Потом налетает второй. Подвеска трещит. На миг Дэнни кажется, будто его уносит по волнам бурного, неукротимого моря.