Дело о художественном преступлении - Кэролайн Кин

— Помогите Нэнси встать, — крикнула хозяйка. — Грабитель вон тот мужчина.

Один из охранников наклонился и помог Нэнси подняться. Девушка отряхнула брюки, а затем нагнулась и подняла бархатную сумочку, лежавшую на траве.

— Вот, — Нэнси протянула сумочку Фелиции. — Полагаю, это принадлежит вам.

Нэнси достала из сумочки темно-красный камень величиной с мячик для гольфа. Великолепный рубин сиял в свете белых фонарей как некий магический предмет.

— Да, он мой, — подтвердила Фелиция. — Но я жду не дождусь, чтобы он перешел к кому-нибудь другому.

Утром следующего дня Нэнси поехала в «Аризона-Хаус». Она вошла в ресторан в то время, как официантки накрывали столы к завтраку.

— Посмотри-ка на это, — воскликнула Бесс, подбежав к Нэнси. Она высоко подняла утреннюю газету, развернув ее к ней первой страницей. — «Преступная деятельность международного похитителя драгоценностей пресечена нашей героиней», — громко прочитала Бесс заголовок. — Здесь говорится, что Элекс Тэмплтон разыскивается в трех странах за аналогичные похищения драгоценностей, — добавила она. — К тому же он — мастер перевоплощения. Однажды, чтобы ограбить ювелирный магазин, он даже выдал себя за полицейского.

Нэнси взяла у подруги газету и бегло просмотрела статью. Там говорилось о том, как дворецкий Конрад спас Фелицию Уэйнрайт, открыв, невзирая на едкий дым, двери комнаты, в которой ее запер преступник. Но в основном в статье приводилось интервью с Фелицией, в котором она рассказывала о том, как Нэнси поймала Тэмплтона.

Званый ужин был сорван, но аукцион все же провели. Рубин купили, заплатив более миллиона долларов. Всю эту сумму Фелиция передала на строительство нового крыла больницы в центре Ривер-Хайтса.

— Я и не подозревал, во что вас втягиваю, Нэнси, — сказал Шоун, заходя в фойе из зала. — Надеюсь, вы не держите на меня зла? — Шоун с искренним участием посмотрел на Нэнси.

— Конечно, нет, — ответила Нэнси. — Это было очень интересное дело. И оказалось, что Лорин совершенно невиновна, разве только в том, что подставила мне ногу. Вся ее вина — это безумная любовь к вам.

И тут в парадную дверь вбежала Лорин.

— Шоун, мне нужно поговорить с тобой!

— Что такое? — спросил Шоун.

— Гарольд Брэккетт… — ответила она, откидывая назад свои рыжие локоны. — Я как раз была в «Сен-Тропезе», разговаривала с Эдвардом, управляющим, насчет работы. А Брэккетт там обедал. Думаю, они убедили его дать им второй шанс. Во всяком случае у нас был не тот человек. Настоящий Гарольд Брэккетт старше, не…

— Мы знаем, — улыбаясь, перебил ее Шоун.

— Знаете? — переспросила Лорин.

— Да, знаем, — робко сказала Бесс.

— Ну так вот, настоящий Гарольд Брэккетт едет сюда попробовать наш десерт, — на одном дыхании выпалила Лорин. — Я слышала, как он разговаривал по телефону со своим редактором в Чикаго.

— Почему ты говоришь мне все это? — спросил Шоун.

— Потому что я вела себя как ничтожество. Прости меня за это. Я была просто ревность во плоти. — Лорин повернулась к Нэнси: — И я очень прошу простить меня за то, что подставила тебе ногу. Не знаю, что это на меня нашло.

— Я принимаю ваши извинения, — ответила Нэнси.

Шоун посмотрел на Лорин.

— Почему бы нам не поговорить обо всем этом после ужина? — предложил он. — Нам нужно многое обсудить.

— С радостью, — нежно сказала Лорин.

— Ах, я знал! Я знал, что эти два голубка опять соединятся, — радостно воскликнул Элиот, проходивший мимо.

— Элиот! — окликнул его Шоун. — Тебе бы лучше вернуться на кухню. К нам на десерт едет настоящий Гарольд Брэккетт.

Элиот указал большим пальцем на буфет, где возле стойки бара сидел Джек.

— А вон там настоящий король десертов, — объявил он. — Он хочет поговорить с тобой, Шоун, но очень нервничает.

— Извините, я отлучусь на минутку, — сказал Шоун, направляясь в буфет.

Нэнси вернула свою униформу Лорин и со всеми попрощалась. Она уже выходила из ресторана, когда в фойе появились Шоун и Джек.

— Познакомьтесь с моим новым партнером, — представил Шоун. — Джек пришел, чтобы извиниться, но я полагаю, что тоже у него в долгу. Я не в силах исправить то, что сделал мой отец, но я могу продать Джеку часть ресторана по очень разумной цене.

— Чудесно, — обрадовалась Нэнси.

— А сейчас позвольте мне пойти в кухню и заняться десертом для этого критика, — сказал Джек. На этот раз он не выглядел таким уж сердитым.

— Похоже, «Аризона-Хаус» возрождается к жизни, — заметила Нэнси, широко улыбаясь.

— Именно так, — согласился Шоун. — Благодаря вам, Нэнси Дру.