Натаниэль Фладд и тайна единорога - Робин Лафевер

– Отличная работа, молодец, – сказала Натаниэлю тетя Фила, положив мальчику руку на плечо. – А теперь идем к мистеру Силвену. Надо узнать, что стряслось с единорогом.

И вдруг Нат услышал чей-то тихий шепот на ухо:

– Спроси ее сейчас.

– О чем?

– Можно ли меня с тобой оставить. Пока она в хорошем настроении от того, что вы спасли этого громадного червяка.

Нат с беспокойством глянул на тетю Филу. Мазя права. Тетя правда в очень хорошем настроении. Он собрал всю свою смелость и подстроился под ее шаг.

– Вы сказали, что мы поговорим насчет Мази, как только разберемся с вивернами.

– Ой, Нат, столько дел еще надо обдумать. Гивр, Овадий, единорог… Давай потом, а?

Опять потом. «Всегда потом», – со вздохом подумал Нат. Помолчав немного, он не выдержал:

– Далеко ли он сейчас, как вы думаете?

– Она. Наш единорог – девочка.

– Я про Овадия. Куда он мог поехать?

– Не знаю, – сказала тетя Фила и раздраженно дернула плечом.

Нат знал, что надо молчать, но не мог сдержаться. Это все равно что не чесать там, где чешется.

– Но если только на секундочку себе представить…

– Откуда мне знать, что у него на уме, – сказала тетя Фила. – Я и понятия не имею, что он будет делать дальше.

Нат помолчал.

– А вдруг мы его больше не найдем? А вдруг он бы все рассказал о моих родителях? – Нат не хотел задавать последний вопрос, но не сдержался.

Тетя Фила остановилась и положила ему руки на плечи.

– Нат, если я хотя бы на секунду считала твоих родителей живыми, я бы немедленно отправилась на Шпицберген их искать. Но они погибли. Я знаю это потому, что твой отец до последнего вздоха не расстался бы с Географикой.

– Если Географика у Овадия, зачем он обыскивал ваш дом? И мой? Что еще ему было надо?

– Не знаю, – ответила тетя Фила. – Я вообще не знаю, что задумал этот человек. Я прошу тебя, забудь о том, что твои родители живы. Твоим догадкам нет никаких подтверждений, а ты только мучаешься.

Она абсолютно убеждена, что их нет в живых! Как же Нату хотелось ее переубедить и заорать: «Они живы!» – но, что бы он сейчас ни сделал, она не передумает. Нат прикусил губу, надеясь, что физическая боль отвлечет от целого вороха злых мыслей. Почувствовав отчаяние мальчика, Мазя погладила его по руке.

– Не беспокойся, – сказала тетя Фила, похлопав его по спине. – Этот человек долго прятаться не сможет. Его же сразу видно. Он точно скоро объявится. Давай-ка лучше я тебе про единорогов расскажу.

Про единорогов говорить не хотелось, но выбора не было: тему Овадия тетя Фила закончила. И Нат, чтобы не выдать себя голосом, молча кивнул.

– Единороги – самые редкие создания на земле. Их поголовье сильно упало за последние двести лет, особенно среди Unicornis Europus, единорога европейского.

– А они разные, эти единороги? – спросил Нат, чувствуя, как помимо воли его захватывает интерес.

– Точное число видов пока не установлено, эксперты до сих пор спорят. Единорог европейский – как раз тот единорог, о котором ты читал в сказках и видел на картинах. Встречается в Европе. Размером он с небольшую лошадь или крупного оленя, копыта у него раздвоены, длинный мягкий хвост, а на лбу растет рог. Но есть и другие единороги. К примеру, однорог. Очень агрессивен. Больше известен как носорог. Обитает в Африке.

– Разве носороги – это тоже единороги?

– Да. По крайней мере, родственники. О носорогах Марко Поло писал в своих заметках во время путешествия в Азию. И хотя никто не называет их единорогами, за их рогом продолжают охотиться.

– А зачем людям этот рог?

Корнелиус фыркнул.

– Нет, ну право слово. Этот парень безнадежен. «Зачем людям их рог?» И правда, зачем?

– Так, тихо! – цыкнула тетя Фила на неугомонного дронта.

– Смотрите! – крикнула Мазя, показывая в небо. – Птица летит! Сразу видно, не дронт!

Корнелиус зыркнул на Мазю, но все-таки закрыл свой клюв.