Алекс и снежные тени - Фред Адра

— Надо закругляться, — вмешался Прит. — Кирт, тебе лучше пойти в дом. Алекс отнеси портрет вниз и повесь его на место. Насколько я понимаю, теперь ваша задача продемонстрировать Мартину пустую спальню, чтобы он решил, что ошибался, и искать Кирта в вашем доме ему уже не имеет смысла? Удачи вам, ребята! Будем надеяться, что этот план сработает.

Часа через два, когда Алекс с девочками пили уже бог знает какую по счету чашку чая, на кухне появился заспанный хмурый Мартин. Глядя куда-то внутрь себя, он рухнул на стул, уронил голову на руки и пробурчал:

— Меня как будто от источника энергии отключили. Я даже не помню, как заснул. Странно…

— Это потому что заняться нечем, — с умным видом заметила Майя.

— Да еще и духота, — добавила Дина. — Мы тоже поспали.

— Хорошо, что вы как раз сейчас проснулись, — сказала Майя. — Мы ужасно проголодались. Все-таки на завтрак мы немного съели. Будете с нами ужинать?

— Буду, — буркнул Мартин. — Я умираю с голоду. Надеюсь, на ужин нас ждет что-нибудь вроде жареного слона?

— Мы же договорились экономить продукты, — напомнила Дина.

Мартин поморщился.

— Я помню. Ладно, соглашусь и на кусочек черствого хлеба. Слон пусть пока попасется.

— Кусочек хлеба вам гарантирован, — улыбнулась Дина. — И еще тарелка супа.

— Суп и хлеб… Баланда, — проворчал Мартин, но когда перед ним поставили тарелку с дымящимся супом, его лицо просветлело, и он даже одобрительно хмыкнул.

— Ну, — сказал он, жадно отправляя в рот ложку за ложку. — Что интересного случилось, пока я находился в плену у Морфея? Снег, я так понимаю, не растаял. Но может, наше доблестное правительство нашло какой-то выход из положения?

— Ничего такого интересного не было, — ответил Алекс с набитым ртом, он тоже успел проголодаться и уплетал за обе щеки.

— Так что вы ничего не пропустили, — добавила Дина.

— Да, — кивнула Майя как можно небрежней. — Разве что нашелся ключ.

— Какой ключ? — лениво поинтересовался Мартин.

— Ключ от запертой спальни на втором этаже, — с напускным равнодушием пояснила Майя. — Ну от той комнаты, к которой вы хотели применить свои воровские навыки.

Рука Мартина замерла, не донеся до рта ложку с очередной порцией супа.

— Не воровские, а сыщицкие, — автоматически возразил он.

— Сыщицкие, — легко согласилась Майя. — Впрочем, сыщицкие тоже не понадобятся, так как комната уже открыта.

Ребята исподтишка наблюдали за реакцией Мартина на эту новость, и с удовлетворением отметили его растерянность.

— Вот как, — пробормотал Мартин. — Значит, вы отперли дверь… Изнутри?

— Почему изнутри? — удивилась Майя. — Снаружи, конечно!

— А разве вы не упоминали, что дверь заперта изнутри?

— Разумеется, нет! Какая чушь! Как это мама могла запереть дверь изнутри и потом уйти?

— Да, действительно, — примирительно улыбнулся Мартин. — Наверно, мне показалось. Или приснилось. Я же долго спал, вот мне и могло присниться, что вы так говорили.

Он же был ночью наверху, с тревогой подумал Алекс. И наверняка заметил, что дверь заперта с внутренней стороны — для этого достаточно заглянуть в замочную скважину. Эх, а мы этого не учли!

— Ну что ж, — сказал Мартин, быстро доев свой суп и отодвинув тарелку. — Большое спасибо, что спасли от голодной смерти! Пойду, пожалуй, посмотрю телевизор, может, услышу какие-нибудь утешительные новости.

И он быстро вышел из кухни.

Ребята переглянулись.

— Он нам не верит, — шепотом заметил Алекс.

— Да ну, что он может сделать! — отмахнулась Майя. — Кирта ему теперь не обнаружить.

— У меня почему-то нет такой уверенности, — угрюмо сказала Дина. — К тому же там, где не справится Мартин, могут справиться… другие…

— Тени? — спросил Алекс.

— Да, тени. Мы ведь даже не представляем себе, на что они способны. Может быть, мы вовсе не так уж хорошо спрятали Кирта.

Воцарилось молчание. Каждый сидел, глубоко задумавшись. Наконец Алекс сказал:

— Мне кажется, нам не следует оставлять Мартина без присмотра.

— Да, — согласилась Дина. — Пойдем.

Майя просто кивнула, и ребята пошли в гостиную. Телевизор в гостиной работал, но Мартина там не оказалось.

Ребята, не сговариваясь, кинулись в кабинет, но и он тоже был пуст.

— Может, он в туалете? — предположила Дина.

Из-за двери туалета свет не пробивался.

— Или в ванной? — предположила Майя.

Дверь в ванную была открыта, и в ней никого не было.

— Он наверху, — понял Алекс, и они бросились наверх.

Мартин нашелся в родительской спальне. Когда ребята вошли, он сидел в кресле напротив двери, и поэтому они сразу же встретились с ним взглядами.

— Что вы здесь делаете? — возмутилась Майя.

Мартин не ответил, он продолжал в упор смотреть на ребят, и от его молчания им стало жутко.

— Я вас спрашиваю! — продолжила Майя. — Почему вы без спроса вошли в спальню наших родителей? Вам что-нибудь говорят такие понятия как «частная собственность» и «личная жизнь»?

— Говорят, — медленно и очень серьезно ответил Мартин. — Но, к сожалению, мне по роду моей деятельности приходится вторгаться в личную жизнь и нарушать неприкосновенность частной собственности.

— Что значит — по роду вашей деятельности? — сказала Дина. — Мы не преступники какие-нибудь, и вы здесь не на расследовании!

— Ошибаетесь, — не согласился Мартин и вздохнул. — Я здесь именно на расследовании. Но я не считаю вас преступниками. Я считаю вас просто обманутыми детьми.

— Ну знаете! — возмутилась Майя. — Что вы себе позволяете!

— Мартин, не забывайте, что вы здесь в гостях, — добавил Алекс. — Вас здесь приютили, как и меня. Никакого расследования вы здесь не ведете.

— Веду, — возразил Мартин. — И то, что меня здесь приютили, является частью моего расследования.

Мартин почесал лоб и вдруг сказал:

— Мне надо выпить. В кухне я видел бутылку виски. А потом нам предстоит разговор. Очень серьезный разговор.

Не говоря больше ни слова, Мартин встал и прошел мимо ребят. Те поспешили за ним по лестнице вниз и остановились в дверях кухни, наблюдая, как Мартин наливает себе виски и залпом выпивает.

Сыщик поморщился, шумно выдохнул и сказал:

— Предлагаю перейти в кабинет. Разговор нам, похоже, предстоит нелегкий, стоит устроиться поудобней.

В кабинете они расселись вокруг журнального столика, и Мартин заявил: