В погоне за ураганом - Владимир Аверин

Цыган бросил в щель автомата жетон и стал играть в блэк-джек, карточную игру, напоминающую русское «очко». Правила были простые, как апельсин, — нужно было постараться набрать двадцать одно очко. Глеб Шкуро тоже играл в эту игру, он нажимал на клавишу, и на мониторе одна за другой открывались карты; затем автомат сдавал карты виртуальному игроку и вычислял победителя.

Глеб и Цыган опускали жетоны в свои игральные автоматы и раз за разом проигрывали. Когда Цыган проиграл пятый жетон, он понял, что наконец-то появилась общая тема для разговора.

— Что-то не везет мне сегодня, наверное, не мой день. — Роман ни к кому конкретно не обращался, но сказал эту фразу достаточно громко, чтобы ее услышал Шкуро-младший.

— Мне тоже не везет, — поддержал разговор Глеб. — Восьмую игру проигрываю. — Он бросил в автомат еще один жетон, снова проиграл и возмущенно воскликнул: — Да что же это делается?! Девять проигрышей подряд! Так не бывает! Не может быть! Не должно!

— Бывает, я тоже еще ни разу не выиграл, — вздохнул Цыган. — А вообще-то в карты лучше всего играть в казино с живым человеком, а не с автоматом, — уверенно сказал Роман, хотя казино видел только в кино.

— Это ты точно подметил, в казино приятнее. Там и простора больше, и коктейли, и мороженое, — согласился с Цыганом Глеб, тоже ни разу не бывавший в казино. — Кто его знает, что там в этом автомате понапихано, обманет и глазом не моргнет. А по лицу человека сразу видно, жульничает он или нет.

— Честно говоря, я в казино ни разу не был. Не пускают. Говорят: годика через четыре заходи, будем рады, — признался Цыган, по опыту зная, что откровенность часто вызывает в собеседнике такое же чувство — искренность, без которой все попытки получить информацию об Урагане будут бесполезны.

— Вообще-то меня тоже не пускают, — прямодушно сказал Глеб и доверчиво посмотрел на Романа.

Цыган хотел продолжить беседу, чтобы постепенно завести разговор о конюшнях и лошадях, но в этот момент внутри игрового автомата, за которым сидел Шкуро-младший, что-то щелкнуло, провернулось, заурчало; на экране монитора вспыхнуло слово «приз», и из недр автомата посыпались жетоны. Секунды три-четыре они со звоном падали в металлический пенал под монитором, покрывая его дно. Потом все стихло, и раздался победный клич Глеба Шкуро.

— Ага! Покатило! — крикнул он и стал выгребать из пенала свой выигрыш.

После этой минуты Цыган не бросил в свой автомат ни одного жетона, он сидел и наблюдал за Глебом, к которому удача внезапно повернулась лицом — пошла полоса везения. Шкуро-младший стал выигрывать. Он опускал жетон в щель автомата, нажимал на клавишу, чтобы набрать карты, и через несколько секунд получал приз — несколько золотистых, блестящих жетонов. Выигрыши были не крупные, зато частые. Из пяти игр он выигрывал не меньше трех, за каждую из которых получал по пять-десять призовых жетонов.

Сначала после каждого выигрыша он восторженно улыбался, с жадностью выгребал из пенала жетоны и крепко держал их в руке. Проигрывая, он не расстраивался, а, наоборот, радостно шутил по этому поводу, мол, в следующий раз повезет.

Глеб слишком быстро привык к везению и вскоре стал болезненно морщиться при каждом проигрыше. Он больше не улыбался. Глеб был бледен, у него сверкали глаза и тряслись руки, а он все выигрывал и выигрывал, бросая в автомат один жетон за другим. Он даже не выгребал из автомата призовые жетоны, а просто запускал руку в пенал, набирал горсть и снова бросал желтые металлические кружки в автомат.

Частый звон жетонов привлек внимание нескольких игроков за соседними автоматами, они прекратили свою игру и подошли к Глебу, чтобы поглазеть на чужую удачу.

— Иногда такое с этими автоматами случается, — сказал один из них. — Никогда не знаешь, когда выиграешь, а когда проиграешь.

Постепенно Глеба окружила группа любопытных, которые беспрерывно давали ему советы. Но Глеб не слушал их, он смотрел на экран и все бросал жетоны и выигрывал, бросал и выигрывал. Конечно, это был редкий случай, но не особенно удивительный, тем более что полоса везения длилась недолго. Понемногу автомат стал возвращать себе проигранное. Глеб по-прежнему щедро бросал в автомат жетоны, а выигрывал все реже.

— Заканчивай игру, парень, — посоветовал один из любопытных, наблюдающих за игрой Глеба. — Видишь, удача уходит от тебя.

— Бери жетоны, меняй на деньги и уходи, пока не проиграл, — сказал другой.

— Проиграет, сейчас все проиграет, — махнул рукой третий.

Цыган, неотрывно следивший за игрой, повернулся к Дине и Вадику, которые стояли у него за спиной, и шепотом высказал свое мнение о Глебе:

— Азартный пацан. Такой если сядет играть, то проиграется в ноль! Если начнет проигрывать, то не отойдет от автомата.

— Откуда ты знаешь? — тихо спросила Дина.

— Я сам, типа, игрок. Я проигрыш нюхом чую. Вот увидишь, он не уйдет от автомата из-за злости, из-за упрямства. Будет играть и играть, чтобы отыграться. А в таких случаях никогда не отыгрываются, на это и рассчитаны все азартные игры. Тут главное — вовремя уйти. Но в такие моменты никто не уходит, поэтому все проигрываются в пух и прах.

Внезапно Глеб совсем перестал выигрывать. Удача отвернулась от него. Шкуро-младший один за другим опускал жетоны, а выигрывал не он, а автомат. Глеб был как одурманенный. Когда в его горсти кончились жетоны, Шкуро-младший, прежде чем зачерпнуть жетоны из пенала, раздраженно стукнул кулаком по автомату и крикнул механику, дежурившему в зале:

— Автомат сломался! Почините! Наверное, в нем жетоны кончились!

— Как они могут кончиться, если ты в него весь свой выигрыш спустил, — усмехнулся механик.

Глеб протянул руку к пеналу, посмотрел в него и от досады плюнул на пол. Пенал был пуст. Глеб порылся в своих карманах, но не нашел денег, чтобы купить новые жетоны. И тут до него дошло, какую огромную кучу денег он только что проиграл.

Шкуро-младший слез с высокого табурета, поправил сумку на плече, вышел на улицу и двинулся к проспекту. Выражение лица у него было не то чтобы угрюмое, а какое-то отсутствующее. Казалось, уколешь его иголкой, и он не почувствует. Глеб стал сонным и заторможенным. Подойдя к проспекту, он не взглянул на красный сигнал светофора, не посмотрел по сторонам, а не останавливаясь, пошел по пешеходному переходу через дорогу. Неизвестно, чем бы это закончилось, если бы Цыган не схватил его за локоть и не остановил за секунду до того, как в метре перед Глебом промчался сверкающий полировкой черный «Мерседес».

— Стой! — крикнул Роман и потянул Шкуро обратно на тротуар.

Глеб выглядел настолько отрешенным, что Дина забеспокоилась о его здоровье. Чтобы привести Глеба в чувство, она подергала его за рукав и, встав на цыпочки, крикнула ему в ухо:

— Эй! Опомнись! Как ты себя чувствуешь?

— Нормально… — замогильным голосом ответил Шкуро-младший. Он посмотрел на Дину, которую до этого момента не видел, потом узнал Вадика и Цыгана, тряхнул головой, как бычок, и пришел в себя.