Афанасий Никитин и легенда о четырех колдунах - Евгений Гаглоев

Оказалось, что профессор Гелельс живет в старинном трехэтажном особняке красного кирпича с высокой черепичной крышей. Стены дома почти полностью скрывали побеги буйно разросшегося винограда. Над крышей возвышалась каминная труба, а территорию, прилегавшую к особняку, окружала красивая чугунная решетка. По сравнению со стоявшими неподалеку современными зданиями из зеркального стекла и стали, жилище профессора Гелельса само напоминало музейный экспонат.

Афанасий поднялся на широкое крыльцо с резными перилами и нажал кнопку звонка. Вскоре тяжелая дверь из черного дерева отворилась. Навстречу гостям на четырех колесах выкатился высокий робот-дворецкий из черного полированного металла. Ростом он оказался почти с Кешу, а внешним видом напоминал здоровенный самовар, какие Афанасий видел на картинках в учебнике истории. На шее робота красовалась белая манишка, поверх которой виднелся черный галстук-бабочка.

Увидев его, Ирина сдавленно пискнула и закашлялась.

– Чем могу быть полезен? – осведомился дворецкий.

– Профессор Гелельс дома? – немного оробев, спросил Афанасий. Уж больно грозно выглядел этот мажордом. – Нам нужно с ним поговорить.

– Как вас представить?

– Иннокентий Никитин из исторического музея Екатеринбурга, – вышел вперед Кеша. – И его спутники. Нас направил сюда Кемаль Маратович Усенбаев.

Робот замер, словно о чем-то задумавшись. Наконец из динамика, скрытого под манишкой, послышался чей-то глухой голос.

– Пусть войдут, Франкенштейн. Я приму их в мансарде.

Франкенштейн?! Афанасий окинул дворецкого взглядом. Это имя как нельзя более кстати к нему подходило. Большой, неповоротливый, он выглядел немного зловеще.

– Прошу за мной.

Франкенштейн откатился в сторону, освобождая гостям проход, затем подъехал к лестнице, ведущей наверх, ступил в специальные полозья, наложенные поверх ступенек, и начал по ним подниматься.

– На третий этаж, – объявил он, – профессор ждет вас в мансарде. Я скоро подам чай с плюшками.

Афанасий, Кеша и девочки стали подниматься по лестнице, а тяжелая входная дверь в это время сама захлопнулась у них за спиной, отрезав пути к отступлению. Стены особняка были обиты панелями из темного дерева. Повсюду виднелись старинные картины, статуэтки и декоративные растения в глиняных горшках.

Поднявшись на третий этаж, они оказались в просторном помещении, залитом солнечным светом. Окна мансарды простирались от пола до потолка. За стеклом виднелся широкий балкон.

Вдоль стен поднимались высокие стеллажи, заставленные книгами. В центре стоял низенький столик, окруженный мягкими креслами. В одном из кресел сидела женщина средних лет. Она была в просторных светлых брюках и черном топике. Ее светлые волосы образовывали сложную прическу, скрепленную длинными шпильками. Глаза, скрытые стеклами элегантных очков, внимательно изучали гостей.

– Здравствуйте, – сказал Кеша, – мы бы хотели поговорить с профессором.

– И о чем же вы хотели поговорить? – холодно осведомилась женщина.

– Об одной из его недавних находок. Нас прислал Кемаль Маратович. Он пытался созвониться с профессором, но тот не ответил на вызов.

Женщина усмехнулась.

– А вы не подумали о том, что профессор просто не желает никого видеть? Поэтому и не стал отвечать этому чудаку Усенбаеву.

Кеша озадаченно нахмурился и замолчал.

– Простите, а вы кто? – спросил Афанасий.

– Профессор Полина Гелельс к вашим услугам, – нехотя призналась женщина, – садитесь, раз уж пришли.

Афанасий и его спутники лишились дара речи.

– Так вы женщина?! – наконец выдала Айгуль.

– Какая наблюдательность, – язвительно бросила Полина. – А с чего вы взяли, что я мужчина?

Афанасий и Кеша одновременно пожали плечами.

– Меня вчера по голове стукнули, – решил вдруг признаться Кеша. – Я до сих пор не очень хорошо соображаю.

Полина издала короткий смешок.

– Из того, что я о вас слышала, Иннокентий, можно сделать вывод, что вы и раньше особой сообразительностью не отличались.