Нина и сила Абсинтиума. Книга 6 - Муни Витчер

Ты еще совсем юная, и может случиться так, что испытываемые тобой чувства способны расстраивать тебя. Это вызов: ты должна понять для себя, чего хочешь на самом деле.

У любви, как я неоднократно объяснял, множество оттенков. Она учит отдавать предпочтение жизнерадостным краскам и не поддаваться обаянию фальшивых радуг, только потому что при виде их сильнее бьется сердце и пламенеют щеки. Настоящая любовь не нуждается в завоеваниях, она сама есть завоевание жизни. Прислушивайся к своей душе и следуй за интуицией. Используй силу Алхимии Света, и у тебя все получится, как должно, как всегда было и всегда будет.

Храни с осторожностью Тэнуранте. Внутри его находится Абсинтиум! Он понадобится тебе! Книга поможет понять, какую угрозу и мощь подарит тебе Абсинтиум. Угроза летающего монстра реальна. Приготовься к жестокой и полной риска борьбе с ним.

Ты своими глазами увидишь обман и коварство, насилие и кровь. Ты испытаешь ужас, и твой крик взлетит высоко.Кое-кто потеряется в красных тучах, и ты почувствуешь, как путаются твои мысли.

Хорошо запомни мои слова. Ты поймешь их. Как всегда. Помни, что океан сотворен из миллиардов и миллиардов капель и в каждой - сущность океанской воды. Поэтому важны даже самые маленькие из них.

Вселенная не существовала бы без миллиардов сердец и мыслей, которые пересекаются, принимая жизнь всего существующего. Все живущие существа, мудрые и искренние, имеют одно предназначение: любить Истину, бросая вызов Тьме.

С безграничной любовью

Пергамент вновь свернулся в руках Нины, и слова профессора Миши осыпались, как толченое стекло. Девочка Шестой Луны, вздохнув, следила за тем, как бесследно исчезает, превращаясь в пыль, письмо ее деда.

– Дед... мой дорогой дед! Ты написал слова, причиняющие боль. Ты, такой далекий, оказался так близко к моим чувствам. Ты понял смятение моих мыслей. Ты знаешь то, чего я не хочу признать, - бормотала она, думая о том, насколько сильно растревожил ее сердце Ливио.

Это был действительно жесткий вызов! Она стыдилась своего чувства к юному врагу и, заставляя себя отвлечься от размышлений об этом, принялась говорить с дедом тихим голосом, будто Михаил Мезинский находился перед ней:

– Дед, ты пишешь о крылатом монстре, о важности Тэнуэранте, в котором хранится Абсинтиум, о том, что книга поможет мне понять его свойства, - но что это за книга? И еще ты пишешь, что кто-то исчезнет в красных тучах. Это ведь будет не Ческо, правда? Ни Додо? Ни Фьоре? Я не переживу, если это случится с кем-нибудь из них! Дорогой дед, что мне делать, чтобы ничего не бояться? Где взять силы, чтобы противостоять всем этим ужасным вызовам? Помоги мне! - прошептала девочка и еще крепче сжала в ладони медный медальон.

Не только Нина переживала в эту минуту не самый лучший момент в жизни, но и Ческо. 3а плотно закрытой дверью кабинета первого гражданина Венеции он устало смотрел на толстенького Людовико Сестьери. - Нет, мы правда в безопасности? - в сотый раз задал один и тот же вопрос мэр, восседая за огромным письменным столом, заваленным газетами, бумагами, письмами, и постукивая пухлыми пальцами по массивной столешнице.

– Я клянусь, так и есть! Пойдите и убедитесь сами. Дворец Ка д'Оро снова выглядит как раньше, никакой колючей проволоки ига нем больше нет! - ответил Ческо, стоя напротив мэра. Усевшийся рядом Красавчик, высунув язык, нервно и тяжело дышал.

– И это все только благодаря вашему с Ниной Де Нобили волшебству? У меня уже нет сил поверить в это! Большую их часть я потратил сегодня утром, объясняя членам городского совета, что я никуда не исчезал. Через несколько минут у меня новое совещание, на которое вызван Пьетро 3улин, журналист, написавший у лживую статью. Я правда могу сказать всем, это дворец в порядке? - спросил Людовико, поправляя свой красный шелковый галстук. - Можете. И ни о чем не беспокойтесь. Мы обещали вам решить эту проблему?

Мы сдержали слово. А теперь пишите указ. Он успокоит и городских советников, и журналистов.

Мэр схватил со стола серебряный колокольчик и позвонил. Красавчик раздраженно залаял. Спустя несколько секунд вошел секретарь.

– Вызывали, господин мэр? - учтиво склонился он.

– Да... вы вот что... предупредите советников, что я скоро выйду к ним, - распорядился мэр, придав лицу солидность.

Секретарь дважды кашлянул и тихо спросил:

– Журналисту позволить войти в зал?

– Разумеется! - ответил мэр, вставая из кресла.

Секретарь направился к двери, но на пороге остановился.

– Что еще? Идите, идите, - махнул ему рукой Людовико.

– Господин мэр, тут одна девушка передала мне письмо, - служащий продемонстрировал Людовико фиолетовый конверт. - Сказала, что это очень срочно. Она здесь, ждет ответа. Впустить ее?

– Девушка?! Какая еще девушка? - Людовико с недоумением уставился на секретаря.

– Она не назвала своего имени. На вид ей лет шестнадцать, одета довольно элегантно. Но точно не венецианка, у нее тосканский акцент, - пояснил секретарь.

– Тосканская девушка? Что она хочет? У меня для нее нет ни минуты. Положи письмо на письменный стол, я прочту его позже. А сейчас поспеши предупредить советников и не морочь мне голову этой девушкой, - буркнул Людовико.

Секретарь, поклонившись, вышел за дверь, которая открывалась прямо в зал для совещаний с городскими советниками.

Как только Ческо услышал слова секретаря о появлении неизвестной девушки, его передернуло будто от озноба. Известие прозвучало предчувствием беды. Даже Красавчик среагировал на это, зарычав и оскалив зубы.

Мальчик быстро взял себя в руки, успокавающе погладил пса по голове и положил перед мэром лист бумаги и ручку:

– Уважаемый мэр, пишите указ. Поспешите, пожалуйста. Людовико поморщился, бросил взгляд на рыкнувшего Красавчика и, чуть поколебавшись, принялся писать.

– Отлично! Теперь можете идти на совещание и постарайтесь убедить городских советников и журналиста, что Нина не ведьма! Верьте нам, и вы не пожалеете, — улыбнулся мэру довольный юный алхимик.

Людовико с беспокойством посмотрел на него:

– Выполнять указания группки детей — это безумие! Но я не вижу другого выхода.., и желаю себе, чтобы никто из них не задал вопроса: а не вернулся ли к жизни князь Каркон? Я не знаю, как на него ответить.