Миллион приключений Алисы - Кир Булычев

Шут вылез из-под стола и втиснулся между Алисой и королем.

– Ты чего? – спросил король.

– Буду советы давать.

– Так ты ж дурак.

– Один дурак от такого отсоветует, чего десять умников насоветуют, – сказал шут.

– Ладно, посмотрим. Начинай жаловаться, маркиз Фафифакс.

Рыжий толстяк с красным носом встал в дальнем конце стола.

– Известный склочник, – сказала королева-мачеха.

– Ваше величество, – зашевелил рыжими усами толстяк, – приношу жалобу на ограбление, воровство, обиду и оскорбление.

– Кто посмел обидеть моего верного слугу?

– Рыцарь Красной стрелы.

– В чем его вина?

– Он увидел моих рабов, которых вели на продажу, разбил мечом их оковы и избил стражников.

– Серьезное преступление, – сказал король. – А куда он увел рабов?

– Маркиз думает, как бы получше соврать, – сказал шут. – Рабов-то у него не уводили. Тот рыцарь просто пошутил. Разбил оковы и уехал дальше. А рабов маркиз потом поймал и все равно продал.

– Это правда? – спросил король. – Ненавижу, когда меня обманывают по мелочам. Неужели до сих пор не поняли?

– Но это же грабеж! – закричал маркиз.

– Баловство, а не грабеж. Каждый рыцарь имеет право испытывать свое оружие на неблагородных. А он даже никого не убил. Садись. Следующий.

Следующим поднялся мужчина в меховой шапке, которую он даже за столом не снял.

– Ваше величество, я приношу жалобу на рыцаря Красной стрелы.

– Что случилось, торговец Пузанелло?

– Он украл коня из моего табуна.

– Как так?

– Он встретил табун моих лошадей, вскочил на одного из коней и оставил пастухам расписку, что конь взят взаймы, потому что рыцарю нельзя появляться без коня на турнире. – Торговец помахал бумажкой.

– Ну-ка дай сюда, – приказал король.

Бумажку передали по рукам. Король повертел ее в руках и сказал:

– Почерк непонятный, неблагородный почерк. Если ты благородный, то пиши квадратными буквами. Я правильно говорю?

– Правильно! – закричали рыцари и вельможи.

– Разрешите, я прочту, – сказала Алиса. – Я этот почерк разбираю.

– Ты? – удивился король. – Видно, у вас в королевстве распустились, принцесс уже начали грамоте учить. Была бы ты моя дочь, я бы тебя выпорол, не посмотрел бы, что голубая кровь.

– Не обращай внимания. Это он для вельмож выступает, чтобы своих дочерей не учили, – прошептала королева-мачеха. – А то добьются равноправия – и погибнет рыцарство.

На листке, вырванном из блокнота, Пашкиной рукой было написано:

«Взят взаймы из табуна 1 конь (один). Верну его вечером со всеми трофеями, которые добуду на турнире. П. Гераскин, рыцарь Красной стрелы».

– Ай-ай-ай! – сказал король. – На трофеи рассчитывает.

– Ничего преступного, – вмешался шут. – Как же еще благородному рыцарю получить коня, если не взять взаймы? Вы же сами, ваше величество, когда в том году воевали, три миллиона у ростовщика взяли.

– А в самом деле! – закричал король. – Ну-ка плесните мне компота! Не может же рыцарь на турнир без коня приехать.

– А вдруг не вернет? – упорствовал торговец.

– А если не вернет? – спросил король у шута.

– Вернет, – сказала Алиса. – Я за него ручаюсь.

– А если не вернет, – прищурился шут, – то придется ему сделать с торговцем Пузанелло то же, что вы сделали с ростовщиками, когда они после войны попросили вас вернуть долг.

– А что я сделал? – спросил король.

– Вы же их всех утопили.

Король так расхохотался, что поперхнулся компотом. Пока шут с камергером били его по спине, торговец вскочил из-за стола и исчез.

– Ну, есть еще жалобы? – спросил король, откашлявшись.

– У меня жалоба, ваше величество, – поднялся со своего места рыцарь в золотых латах. У него был острый нос, острые глаза, острые уши, а изо рта на сантиметр вылезали клыки. На груди у него был нарисован герб – черный клыкастый волк.

– Говори, благородный рыцарь Черного волка.

– Я приношу жалобу на рыцаря Красной стрелы.

– Опять! – возмутился король. – Чего он еще натворил?

– Я стоял на улице и наводил порядок.

– Какой же ты порядок наводил?

– Я лупил палкой служанку, которая пережарила кашу.

– Правильно. И что же дальше?

– Мимо проезжал рыцарь Красной стрелы, он вырвал у меня палку и этой палкой меня ударил. Видите ли, женщин бить нельзя.

– Молодец, – сказала Алиса.

– Как так нельзя? – удивился король. – Ну, может, принцесс еще нельзя, но служанок обязательно надо бить!

– Как мудро! Какой государственный ум! – раздались возгласы в зале.

– Если каждый будет чужих служанок выручать да чужих рабов освобождать, – сказал камергер, – порядок погибнет.

– Разрешите дураку слово сказать! – закричал шут.

– Говори!

– Думаю, нам с вами, король, в это дело вмешиваться смешно. Если наши рыцари за себя постоять не смогут, кому они такие нужны? Не надо было спину подставлять.

– Так я же в одной пижаме был! – сказал рыцарь Черного волка. – А пока за мечом сбегал, его и след простыл.

– Все это похоже на склоку, – сказал король. – Сам ищи обидчика.

– Что-то мой пасынок сегодня добрый, – сказала Изабелла. – Повезло нам, не будут твоего Пашку наказывать. Обошлось.

И только она это произнесла, словно сглазила, – по другую сторону короля поднялся высокий, похожий на ворона человек в черной одежде с золотым поясом и в высокой красной шапке.

– Я тоже приношу жалобу на рыцаря Красной стрелы, – сказал он. – Я надеюсь, что на этот раз никто его не сможет защитить.

– Слушай, епископ, мы утомились. Может, отложим на следующий раз?

– Нет, ваше величество. Он совершил страшное преступление.

– Ну, тогда говори, епископ.

– Мы хотели сжечь одну ведьму. Вдруг появился этот рыцарь, разогнал стражу, затоптал костер, освободил ведьму, посадил ее на коня и ускакал!

В зале наступило гробовое молчание. Алиса поняла, что этого преступления Пашке не простят.

– Он дьявол, – в полной тишине раздался голос камергера.

И все зашептали:

– Дьявол, дьявол…

– На плаху его! – рычал король, отбрасывая жбан с компотом. – На костер! Никакой пощады! Он мое государство хочет загубить.