Последние подростки на Земле - Макс Бральер

И уж тем более этому громиле.

Я хватаюсь за перила, окружающие дом. Гррыгх делает следующий шаг – и обваливает ограду вокруг двора. Еще шаг – и ломаются наши деревянные пики.

– Они прорвали внешнюю линию обороны! – вопит Квинт.

Нет ничего лучше детского сока в маленьких пластиковых баночках! Если вы его никогда не пробовали, обязательно попробуйте. Сладкий, приятный, с привкусом химических добавок, а из пустых баночек получаются идеальные противомонстровые соковые гранаты.

Квинт разработал наикрутейший рецепт.

Когда о непробиваемую голову Гррыгха начинают чпокать гранаты, заряженные этой смесью, монстр взвывает. А потом принимается царапать обожженную кожу.

– ДЖЕК, ВТОРАЯ КАТАПУЛЬТА! – выкрикивает Квинт.

– А у вас, гм… у вас есть вторая катапульта? – спрашивает Джун.

– Еще бы! – с улыбкой отвечаю я, хватаюсь за свисающую веревку и облетаю вокруг дерева, приземляясь с другой стороны дома. Одну из крупных веток Квинт притянул вниз и привязал к деревянному настилу пола. Это и есть вторая катапульта.

Вместо снаряда Квинт приспособил старую ржавую холодильную камеру, набитую хламом, который мы натаскали из города: велосипедные сиденья, микроволновые печи, кирпичи, дверцы автомобилей!

Пора обстрелять всем этим монстра!

Я опускаю Луисвильский резак, разрубаю веревку, и…

Считай, две тонны всякого хлама прилетают Кислотному Гррыгху прямо в рыло. Корзина, полная шаров для боулинга, врезается ему в живот, и мерзкая тварь истошно воет.

Но, несмотря ни на что, это неукротимое зло продолжает наступать.

Оно прет вперед, как кровожадная машина для убийства…

– Я отвлеку его! – кричит Джун. Она подпрыгивает, хватается за спасательный канат, раскачивается, пролетает над двором и спрыгивает на крышу соседского дома. Я улыбаюсь. У Джун просто талант.

Кислотный Гррыгх поворачивает свою здоровенную башку к Джун. Воспользовавшись этим, Бродяга тут же ныряет под ноги Гррыгху и вонзает ему в лапу свои мощные клыки. Взревев, Кислотный Гррыгх наклоняется вниз, подхватывает Бродягу и отшвыривает его…

Бродяга и Квинт вываливаются из дома на дереве. Ударившись о землю, Бродяга взвизгивает. Квинт жестко приземляется на траву. Я слышу, как он выдыхает «У-уф…», выпуская воздух из легких.

Я отлетаю в сторону.

Луисвильский резак выпадает у меня из рук и вонзается в траву, всего в паре сантиметров от лица Квинта.

Долго нам не продержаться.

Но вдруг…

Дирк вооружился до зубов, обвешавшись безумными изобретениями Квинта! Он швыряет в воздух четыре острых фрисби, затем пускает в ход убойный метатель мячей.

БУМ! БУМ! БУМ!

От этих ударов мозги у Гррыгха съезжают набекрень. Он теряет равновесие и делает шаг вперед – прямо в ров-бассейн…

Раздается оглушительный «КРАК» – это треснула огромная, как ствол дерева, лодыжка Кислотного Гррыгха. Монстр ранен!

Я ждал этого момента… Момента триумфа героя постапокалиптических битв Джека Салливана.

– Квинт! – кричу я, глядя вниз. – Готовься бросать!

Квинт, лежа на траве, смотрит на меня в замешательстве. А потом – щелк! – до него доходит.

– Ты же не умеешь ловить! А я – бросать! – выкрикивает он.

– Сегодня – умеем! У нас все ПОЛУЧИТСЯ!

Квинт серьезно кивает. Он кое-как встает на ноги, дотягивается и хватает Луисвильский резак.

Квинт белый как мел. Пот градом катится по лбу. У нас только одна попытка.

Я бросаюсь к трамплину, делаю два шага вперед и командую:

– ДАВАЙ!

Квинт подкидывает Луисвильский резак.

Я подпрыгиваю и на мгновение зависаю в воздухе…

Бита-резак взлетает, вращаясь, а я тем временем отталкиваюсь от трамплина, взмываю вверх и…

Распрямляясь, я крепко сжимаю рукоятку, разворачиваюсь в воздухе, замахиваюсь клинком и…

Луисвильский резак вонзается в шрам на огромном лбу Гррыгха. Он истошно ревет.

Я болтаюсь на клинке, намертво вцепившись в него, а тем временем ноги монстра подкашиваются, и он начинает заваливаться вниз, вниз, вниз, пока…

Глава 18

Я лежу на огромном и уже мертвом Гррыгхе и пытаюсь отдышаться. Проходит, гм… часа два, прежде чем я прихожу в себя.

Снаружи не долетает никаких звуков, даже самых ужасных. Ни рева монстров, ни подвываний зомби.

Слышно лишь мое выравнивающееся дыхание.

А потом – как удар током!

Будто тебе двинули под дых – и ты только глазами моргаешь.

Я выдавливаю улыбку.

– Я знаю.