Что Кейти делала потом - Сьюзан Кулидж

– Как ты думаешь, что могло привести Кейти Карр в Европу? – спросила Лили, стоя у окна и следя за тремя медленно удаляющимися фигурами на песчаной полосе. – Уж ее-то я меньше всего ожидала здесь встретить. Я думала, она так и будет торчать в этом отвратительном месте – как там оно называется? – где они живут, до конца своих дней.

– Я, признаться, сама удивлена тем, что она здесь, – подхватила миссис Пейдж. – Я и не предполагала, что ее отец может позволить себе отправить ее в такое дорогостоящее путешествие.

– А кто эта женщина, с которой она в таких хороших отношениях?

– Понятия не имею. Какая-нибудь подруга с Запада, полагаю.

– Боже мой! Как жаль, что они не пошли в какой-нибудь другой пансион, – сказала Лили с досадой. – Если б они остановились, например, в гостинице «Ривуар» или в одном из пансионов на дальнем конце пляжа, мы бы их и не видели, а то даже и не знали бы, что они в Ницце! Это так неприятно, когда люди наскакивают на тебя таким вот образом, – люди, с которыми ты не хочешь встречаться. А когда они к тому же твои родственники, еще хуже. Боюсь, Кейти будет всюду за нами тащиться.

– Нет, дорогая, не беспокойся! Некоторое сдерживающее воздействие с нашей стороны – и она не причинит нам хлопот, я вполне уверена. Но мы должны обращаться с ней вежливо, Лили, ведь ты знаешь, ее мать была моей кузиной.

– Это-то и есть самое печальное! Ну, единственное скажу: я не буду брать ее с собой всякий раз, когда мы идем на флагманский корабль, – решительно заявила Лили. – Я не собираюсь навязывать лейтенанту Уэрдингтону какую-то деревенскую кузину и, кроме того, портить удовольствие себе самой. Так что, мама, я тебя ясно предупреждаю, ты должна как-то это уладить.

– Конечно, дорогая, я все сделаю. Это была бы такая жалость, если бы твой визит в Ниццу оказался каким-то образом испорчен, – притом что здесь наша эскадра и этот милый лейтенант Уэрдингтон так внимателен к тебе.

Ничего не ведая об этих планах по оказанию «сдерживающего воздействия» на нее, Кейти возвращалась в гостиницу в приятной задумчивости. Европа наконец обещала быть такой чудесной, какой казалась тогда, когда Кейти знала ее лишь по книгам и картам, а Ницца пока что казалась ей прекраснейшим местом на свете.

В гостинице их кто-то ждал – кто-то высокий, загорелый, симпатичный, в военной форме, с приветливо сияющими из-под кепи с золотым ободком карими глазами. Увидев его, Эми с развевающимися локонами бросилась вперед, а миссис Эш издала радостное восклицание. Это был Нед Уэрдингтон, единственный брат миссис Эш, которого она вот уже два с половиной года не видела, и вы можете представить, как она была рада встрече с ним.

– Значит, ты получил мою записку? – сказала она после первых горячих приветствий и после того, как представила его Кейти.

– Записку? Нет. Ты писала мне записку?

– Да, в Вильфранш.

– На корабль? Я получу ее только завтра. Нет, я узнал, что вы здесь, лишь по счастливой случайности. Я шел в гости к знакомым – они остановились на побережье недалеко отсюда – и, завернув сюда, чтобы взглянуть на список приехавших, как я это обычно делаю, увидел ваши имена; а так как швейцар не мог сказать мне, в каком направлении вы пошли, я решил подождать, пока вы вернетесь.

– Мы осматривали чудесное старое здание – Швейцарский пансион – и сняли там номер.

– Швейцарский пансион? Да это то самое место, куда я шел. У меня есть там знакомые. Очень приятный пансион, как кажется. Я рад, что вы перебираетесь туда, Полли. Это потрясающая удача, что наша эскадра пришла сюда именно сейчас. Я смогу видеться с тобой каждый день.

– Но, Нед, ты же не собираешься покинуть меня так быстро? Ты ведь останешься и пообедаешь с нами? – принялась настойчиво просить сестра, когда он приподнял кепи, прощаясь.

– Мне очень жаль, Полли, но сегодня не могу. Понимаешь, я обещал взять знакомых дам на прогулку в экипаже, и они ждут меня. – Он добавил извиняющимся тоном: – Я и не предполагал, что вы здесь, а иначе я постарался бы быть свободным сегодня. Завтра я приду пораньше и буду в вашем распоряжении, что бы вы ни собирались делать.

– Хорошо, дорогой. Мы будем ждать тебя, – улыбнулась в ответ миссис Эш, а как только он ушел, спросила: – Не правда ли, Кейти, он милый?

– Очень милый, на мой взгляд, – сказала Кейти, с интересом наблюдавшая за этой краткой встречей. – Мне так понравилось его лицо. И как он вас любит!

– Милый мальчик! Он очень любит меня. Я на семь лет старше, но мы всегда были близки. Братья и сестры не всегда бывают близки, как вам известно – или, скорее, не известно, ведь все ваши очень близки.

– Да, это в самом деле так, – счастливо улыбнулась Кейти. – Нет других таких, как Кловер и Элси… кроме, быть может, Джонни, Дорри и Фила, – добавила она со смехом.

Переезд в Швейцарский пансион состоялся на следующий день рано утром. Миссис Пейдж и Лили не вышли приветствовать их. Кейти была скорее рада этому: ей хотелось без задержек устроиться на новом месте. Было что-то очень успокаивающее в мысли о том, что им предстоит жить в этих комнатах целый месяц; это был такой долгий срок, что, казалось, вполне стоит потратить время и труд, чтобы сделать их красивыми и по-домашнему приятными. И пока миссис Эш распаковывала вещи свои и Эми, Кейти, имевшая природный талант создавать уют в помещениях, завладела маленькой гостиной: передвинула часть мебели, достала и разложила бювары[81], рабочие шкатулки и немногочисленные книги, которые они привезли с собой, развесила на стенах фотографии, купленные в Оксфорде и Лондоне, и перевязала лентами шторы, чтобы впустить в комнату солнечный свет. Затем она спустилась в маленький садик и вернулась оттуда с длинной веткой вечнозеленой калины, которую положила на каминной полке, и букетиком желтофиоли для их единственной вазы. По ее распоряжению горничная уложила в камине дрова и сосновые шишки, так что их оставалось только зажечь. А когда все было сделано, она позвала миссис Эш, чтобы та высказала свое мнение.

– Прелестно, – сказала та, опускаясь в большое, обитое бархатом кресло, которое Кейти придвинула к окну с видом на море. – Не видела более уютной комнаты с тех самых пор, как мы уехали из дома. Вы волшебница, Кейти, и настоящее утешение для меня. Я так рада, что взяла вас с собой! Пойдите же теперь распакуйте ваши собственные вещи и приоденьтесь ко второму завтраку. У всех нас довольно потрепанный вид с дороги. Я заметила вчера, что эти ваши кузины косо взглянули на наши старые дорожные платья. Постараемся сегодня произвести более благоприятное впечатление.