Ворон, колдунья и старая лестница - Зильфа Китли Снайдер

– Эй, – крикнула вдруг Джени так громко и неожиданно, что все буквально подпрыгнули, – эй, я знаю, где можно найти…

Окончание фразы она прокричала уже на бегу, так что ее никто не услышал. Но уже через минуту девочка вернулась с улицы, держа двумя пальцами что-то чрезвычайно жуткое на вид. Это была уж точно мертвая ящерица.

– Я увидела ее вечера на дороге. Такая пойдет?

Аманда с сомнением посмотрела на раздавленную ящерицу.

– Она совершенно мертвая! – радостно крикнула Джени, протягивая ящерицу Аманде. Та отшатнулась.

– Хорошо, – наконец сказала Аманда. – Поднимись и положи ее на порог моей комнаты. А мне еще кое-что надо сделать, прежде чем туда пойти.

Джени отдала ящерицу Эстер.

– Отнеси ее в комнату Аманды, ладно? – попросила она.

Эстер осторожно, обеими руками взяла ящерицу, а Блэр приблизился, чтобы взглянуть на нее. Когда оба двинулись к лестнице, Эстер спросила:

– Она ведь точно мертвая, да, Блэр?

– Мертвая, – ответил Блэр. – А мы можем вылечить ее?

– Нет, – сказала Эстер. – Она слишком мертвая.

– А Дэвид сможет?

– Нет, даже Дэвид не сможет. Она слишком мертвая даже для Дэвида.

Джени усмехнулась.

– Блэр и Тессер думают, что Дэвид умеет делать все, – сказала она Аманде, – даже оживлять мертвых ящериц. Блэр и Тессер пока еще такие глупенькие!

Аманда ответила дежурным хмыканьем, но остановилась и долго смотрела на близнецов со странным выражением на лице.

Одеть всех детей Стэнли в церемониальные одеяния оказалось гораздо более сложной задачей, чем ожидал Дэвид. Все необходимое он держал у себя в шкафу в коробке, поэтому потребовал, чтобы одеваться все пришли в его комнату. Так можно было по крайней мере ничего не перепутать. Но это не помогло. Джени начала канючить, потому что она хотела непременно надеть мамино колье, а не кольцо, а Блэр и Эстер постоянно теряли украденные носки, потому что те оказались детям явно не по размеру. Так прошло более получаса, и Дэвид решил, что Аманда сейчас будет вне себя от гнева. Пришлось в срочном порядке напяливать на малышей нужные вещи, наскоро проверять, всё ли в порядке, и выталкивать в коридор, чтобы идти в комнату Аманды.

Аманда отперла дверь и с минуту молча смотрела на них. Закрыла глаза рукой, потом убрала ее и снова посмотрела на детей. Снова закрыла глаза рукой и не открывала почти минуту, а когда открыла, сказала:

– Вы что, шутите?

– В смысле «шутите»? – удивился Дэвид.

– Только не говорите мне, что это ваши ритуальные одеяния!

– Ну, вообще-то так и есть, – сказал Дэвид. – А что с ними не то?

И уже задавая вопрос, мальчик внезапно понял, в чем дело. Он был так поглощен соблюдением требований ритуала, и так тщательно проверял, чтобы никто ничего не забыл, что совсем не задумался о том, как все будет выглядеть. И вот теперь, когда он наконец подумал об этом, внешний вид детей говорил сам за себя, особенно по сравнению с тем, как оделась Аманда.

На ней было длинное черное платье в обтяжку почти до пят. На ногах оказались специальные ритуальные туфли на высокой подошве, из растрескавшейся лакированной кожи, какие носят пожилые дамы. С шеи на кожаном шнурке свешивался магический медальон. Волосы были схвачены обручем, на лбу приклеился зеркальный треугольник, а на плечах, словно сложенные крылья, красовалась алая шаль. С первого взгляда на Аманду в голову приходили мысли о ночи, о прячущейся за мрачными тучами луне, о заклинаниях, зловещих голосах и бурлящем вареве в ведьмином котле.

А вот с первого взгляда на детей Стэнли в церемониальных костюмах в голову могло прийти что угодно. Разумеется, у Дэвида не было возможности ходить по барахолкам и распродажам старья. Поэтому ему пришлось выбирать из того, что отыскалось в бельевой корзине и паре коробок со старыми вещами на чердаке. Все найденное соответствовало правилам, за этим он проследил. Вещи достаточно старые, среди них нет ни одной белой, у каждого из детей есть хотя бы одна вещь, принадлежавшая умершему, и один краденый носок. Но внешний их вид был просто ужасен.

Особенно странно выглядел Блэр. На нем красовалась толстовка, которую отец носил в колледже, поэтому она уж точно была очень старой, – бледно-синего цвета, с желтыми буквами «Университет Калифорнии» на груди. Блэру она оказалась страшно велика, почти до колен. Дэвид закатал рукава, так что получились нелепые кольца, и все равно Блэр едва мог высунуть из рукавов пальчики. В качестве вещи, принадлежавшей умершему, Дэвид повязал на шею брату мамин шарф, ставший от этого похожим на гигантский шейный платок. Шарф был розовый, из тонкой ткани, и такой длинный, что Блэр то и дело наступал на его концы. Одна нога его была обута в шерстяной тапок, а другая – в украденный носок, теперь превратившийся в грязно-розовый, подвязанный на лодыжке одной из Эстериных лент для волос, иначе бы он просто свалился.

Дэвид впервые внимательно посмотрел на Блэра, на сестер в странных нарядах и не смог сдержать улыбки.

– Он и правда выглядит несколько странно, – сказал он Аманде.

Та хмыкнула:

– Странно? Нет, он выглядит не странно. Он мог бы выглядеть странно, но сейчас он просто смешон. Вы все так выглядите.

Дэвид был вынужден признать, что Аманда права. Все дети Стэнли выглядели нелепо в этих одеждах, торчащих одна из-под другой, не по размеру, и в теннисных носках у каждого на ноге.

– Пойдемте, – скомандовал Дэвид детям и направился к своей комнате.

– Постой-ка минутку, – сказала Аманда. – Куда это ты собрался?

– Избавиться от этого хлама, – пояснил Дэвид, с каждой минутой чувствуя себя все более глупо и уже начиная сердиться.

Девочка хмыкнула.

– Вернитесь. Я ведь не сказала, что вы одеты неправильно. Я просто сказала, что вы очень смешны. Придется проводить ритуал в чем есть, ведь когда еще у нас появится такая возможность – целый день без взрослых.

Дэвид уже всерьез собирался уйти в свою комнату и запереться там, но не стал этого делать и вернулся, однако не потому, что Аманда одобрила их одеяния. Он внезапно вспомнил о своем предчувствии и понял, что просто обязан вернуться. Что-то должно было произойти сегодня, и ему нужно было знать, что именно, и неважно, как он при этом выглядел.

Когда они зашли в комнату Аманды, Эстер потянула брата за рукав и спросила:

– А мы тоже выглядим смешно? Мы смешно выглядим, Дэвид?