Нелли. Тайна серых теней - Елена Лев

Головы заговорили одновременно и, скорее всего, не с Нелли. Но она, пытаясь побороть мучительную тошноту, уловила, что мнения голов разделились.

– Отпустите меня, – выдавила она.

Головы каким-то невероятным образом плавно поменялись местами. Нижняя ушла наверх, средняя – вниз, верхняя – в середину.

– Она опасна. Отродье ворцелл…

– Детеныш…

– Прекрасный экземпляр…

Головы еще раз поменяли месторасположение, и Нелли вырвало.

– Она не справится. Не сможет…

– Сможет. Прекрасные данные…

– Нельзя тянуть с решением…

Нелли трясло, но она попыталась встать на лапы.

– Доверять детенышу, для которого все – игра?

– Эта играет по правилам…

– Она – ворцелл. Для них нет правил…

Нелли все-таки удалось подняться. Однако мышцы зашлись мелкой дрожью бессилия.

– Вы не могли бы… показать, где тут… выход? – пролепетала Нелли, безрезультатно стараясь побороть отчаяние и придать голосу твердость. Страха почти не было, лишь острое желание исчезнуть, раствориться, рассыпаться в пыль.

Монстр обрел устойчивую форму и выпрямился. Верхняя голова нырнула в туман, а нижняя расположилась точно против носа Нелли.

– Выход? – тройное эхо оглушило ее. Головы закашляли, что, видимо, означало смех.

Вдоволь повеселившись, головы снова заговорили по очереди и теперь вели беседу с Нелли.

– Есть только вход, – убежденно заявила нижняя голова. – Везде, всюду, всегда есть только вход.

– Выхода нет, не было и не будет, – поддержала средняя.

«Это они насчет пещеры», – борясь с тошнотой, решила Нелли.

– Если вошел, значит, можно и выйти, – слабеющим голосом возразила она, не теряя надежды выжить.

– Никогда! – булькнул монстр верхней головой из тумана. – Отсюда ты уйдешь другой. Значит, та, которая пришла, останется здесь навсегда.

Монстр присел и выдохнул верхней головой прямо в нос Нелли облако зеленого дыма. Нелли стало легче, тошнота постепенно затихла.

Понимая, что с едой обычно не разговаривают, Нелли осмелела и даже стала понимать полную странной философии речь монстра.

– Все существа ищут возможность войти, – вещала верхняя голова. – В высшее общество, в полосу удачи, в свет славы. Тебе это знакомо?

Нелли кивнула.

– Одни находят вход быстро, другие не скоро.

– Одни, войдя, получают печаль, другие – довольство. Но никто не может выйти.

– Выйти невозможно.

«Невозможно? Как бы не так!» – подумала Нелли, чувствуя, как растворяются остатки немощи и страха, а в тело возвращается жизнь.

– А смерть? Чем не выход? – спросила она, желая показать, что не боится философских диспутов.

– Глупая! – заорали головы разом. – Смерть – лишь особый вход.

– Одни в него ломятся, другие ждут приглашения, третьи боятся войти.

– Но он всегда открыт.

– Он всегда ждет…

Последние слова нижняя голова многозначительно прошипела.

– А я в данный момент куда вошла? – спросила Нелли, подавив комок в горле.

– Хочешь понять? – неожиданно миролюбиво произнес монстр.

– Похвально.

– Но это непросто.

Он повернулся к Нелли спиной, видимо, чтобы она оценила его хвост, похожий на покрытый металлической чешуей канат. Хвост с легким скрежетом коснулся стены и оставил глубокую царапину, в которую сразу сбежало несколько зеленых капель.

– Это будет несколько ошеломляюще, – продолжало чудовище.

– Это будет страшно.

– Это будет неприятно.

– Ничего, – ответила Нелли, восстанавливая ровное дыхание. – Я не из пугливых.

В последнем утверждении Нелли не была полностью уверена, но решила в этом не сознаваться.

– Когда в школьной раздевалке, выйдя после душа, я не нашла своей одежды… – продолжила Нелли, следя за монстром, – это было неприятно и страшно. Хотя, наверное, вы этого не поймете. Пришлось завернуться в штору, которую я сорвала с окна, и бежать домой под хохот и улюлюканье. Ничего, я выжила!

Монстр подцепил когтем светящуюся зеленую каплю со стены. Жидкость мгновенно испарилась и легким облачком устремилась вверх.

– Типичные игры ворцелл! – Нелли уловила сочувствие в словах существа.

– Это хорошо, что ты обижена.

– Только мы, фламины, поможем тебе.

Он жестом указал следовать за ним и исчез в проеме.

Нелли бросилась следом. Ей было страшно, но интересно.