В поисках йети - Альберто Мелис

Во-вторых, лорд Кларенс, как выяснилось, вовсе не лгал. Он обещал им, что они окажутся дома до того, как Кики откроет глаза. Так оно и будет.

В-третьих (и тут ответы стали немного запутаннее), лорд Кларенс и Дживс попросили о помощи именно его, Вайолет и Шейлу из-за некоторых «способностей», которыми они обладали. Или, вернее, которые они унаследовали от родителей.

Но его сестра уже поняла это.

Он перенял от папы Билли удивительный талант, о котором часто говорила их мама. «У вас необыкновенный отец! — говорила она каждый раз по возвращении из очередного путешествия. — В какой бы ситуации мы ни оказались, что бы ни случилось, ему всегда удаётся предугадать, как поведут себя животные, даже самые непредсказуемые и хищные».

Сейчас Вэлиант мог делать то же самое. Он читал таящееся в сердцах животных, словно открытую книгу. И ему даже удавалось быть ими понятым, поскольку его природные способности усиливались действием браслета.

Дживс сказал Шейле, что её браслет тоже приумножал талант, который она унаследовала от отца, а именно способность легко изучать иностранные языки. Только в её случае браслет играл особую роль, поскольку она не знала ни слова по-тибетски.

Что же до Вайолет…

— Дживс…

— Да, мистер Вэлиант? — прозвучал в темноте голос дворецкого.

— Почему вы не захотели сказать моей сестре, для чего нужен её браслет?

— Она очень устала, ей надо поспать. У нас будет ещё достаточно времени, чтобы обсудить это.

— Но и у неё есть какой-то особый талант, верно?

— Да. Вайолет унаследовала его от вашей матери. Нечто необычное, однако она должна будет открыть это самостоятельно.

Вэлиант на секунду задумался.

— Отец говорит, что мама — самая смелая женщина на свете, — заявил он. — Однажды она даже бросилась в ледяные воды Арктики, чтобы спасти раненого детёныша тюленя.

— Правда?

И Вэлианту почему-то показалось, что Дживс улыбнулся.

— Можно я вас спрошу?

— Конечно.

— Это вы сделали так, чтобы наши родители приобрели Ред Касл?

— Да.

— А раньше кому он принадлежал?

— Он всегда принадлежал лорду Кларенсу. Но мы жили там только в редких промежутках между путешествиями. В своё время милорд был великим первооткрывателем. Потом после происшествия…

— Какого происшествия?

На этот раз Дживс не ответил.

— Вы хотели сказать, когда вы с лордом Кларенсом были… В общем, когда вы превратились в привидения… то есть в Синюю сущность? — настаивал Вэлиант.

— Да.

— Но что такое Синяя сущность?

— Это дух голубого цвета.

— А!

— Большего я сказать не могу, — добавил Дживс. — Некоторых вещей не понимаем до конца даже мы сами.

— Но у вас есть какие-то правила, правда? Такие как Первый протокол, запрещающий лгать.

— Да.

— Есть и Второй протокол?

— Мы не можем принимать облик других людей.

— А всего остального можете, верно?

— Верно. Мы можем материализоваться под видом растений, животных или предметов. Мы можем сколько угодно появляться, исчезать и перемещать любые предметы.

— А Третий протокол?

— Он самый главный. Мы не можем делать ничего, что причинило бы вред или сделало бы несчастным человеческое существо.

— Это мне нравится.

— Спасибо.

Вэлиант зевнул. Сон наконец распахнул ему свои объятия.

— Завтра вы объясните нам, что именно мы должны сделать при встрече с йети, так?

— Да.

— Тогда спокойной ночи, Дживс.

Последовала длинная пауза.

Потом голос призрака снова зазвучал в темноте.

— Спокойной ночи, мистер Вэлиант.

Глава 16
Om mani padme hum![1]

Шейла наблюдала за гигантом, сосредоточенно затягивающим ремни своего рюкзака на площадке перед монастырём.

— Видел, какой у него шрам на щеке? — шепнула она на ухо Вэлианту.

— Ещё бы, — ответил тот.

Солнце едва успело показаться на востоке из-за далёких горных вершин, но Трое Путешественников уже давно были на ногах.

Было ещё темно, когда Тензин Багдро разбудил их. Он отвёл их на монастырскую кухню и накормил плотным завтраком, состоящим из молока и цампы — местного подобия хлопьев, изготовляемых из прожаренной ячменной муки. Затем он вручил им три походных рюкзака, в каждом из которых, кроме некоторого количества продовольствия, лежали одеяло, электрический фонарик, маленькая пластиковая фляжка и альпинистская верёвка.

— Как знать! Вдруг они вам пригодятся, — сказал трáпа.

Затем он проводил ребят к их проводнику — Тобгьялу Ганчену, пастуху-кочевнику из племени голок. Он был гигантского роста, с длинными иссиня-чёрными волосами, затянутыми в узел на затылке, в чёрной тибетской шапке; в мочках его ушей сверкали серебряные серьги. Но больше всего ребят поразил длинный шрам на правой щеке — глубокий полумесяц, начинавшийся от брови и доходивший до уголка рта.

— Не хватает только деревянной ноги — и получился бы классный пират… — восхищённо прошептал Вэлиант. — Но где же Тензин Багдро?

— Понятия не имею, — ответила Шейла.

Вайолет же не спускала глаз со входа в монастырь.

Представив их гиганту, трáпа зашёл туда и больше не появлялся. Точно так же исчез и дворецкий — когда они проснулись, его в комнате уже не было.

— Не могу понять, почему Дживс опять испарился, — озабоченно сказал Вэлиант. — Он должен был объяснить нам, что делать, когда мы доберёмся до убежища йети.

— Ага. И это не единственное объяснение, которое он должен был нам дать, — пробормотала Вайолет, глядя на свой браслет.

— Если только он не скрывает своё присутствие от монахов, — вмешалась Шейла. — Хотя, сдаётся мне, что все знают, как и зачем мы здесь оказались…

Вайолет рассеянно кивнула. С того момента, как она проснулась, ей стало казаться, что её браслет испускает тепло. Лёгкое тепло, словно чьё-то ласковое дыхание.

Она закрыла глаза и постаралась представить себе лицо мамы Кэролайн. Как там говорил о ней папа? «Поверьте, ребята! Ваша мама — необыкновенный человек. Она…»