Проклятье короны - Серж Брюссоло

Я с тревогой глянула на берег. Море разбушевалось еще сильнее. Теперь оно приобрело угрожающий темно-зеленый цвет и плевалось пеной, как взбесившийся пес.

Амандина присела на камень, собираясь с мужеством. Теперь шторм ревел вдоль всего пляжа, хотя вокруг море выглядело совершенно спокойным. Значит, именно наше присутствие пробудило гнев водяных духов.

Я протянула руку со словами:

– Дай мне жемчужины, я разбросаю их… Будем рисковать вместе.

Амандина вручила мне кожаный мешочек с волшебным жемчугом, и я отправилась навстречу прибою. Грохот стоял ужасающий, и я отчаянно трусила. Если бы я могла, я заткнула бы уши и бросилась наутек со всей возможной скоростью. Чем ближе я подходила, тем более различимы становились гневные лица в пенных водоворотах. Миллионы разинутых глоток ревели: «Еще десять шагов, глупая девчонка, и мы поглотим тебя!» Волны одна за другой набегали на пляж, стараясь настичь меня. К счастью, я была вне их досягаемости и до меня долетали только соленые брызги.

Подходить ближе к прибою было бы чистым безумием. Я развязала горловину мешочка и разбросала по песку десяток жемчужин. Они тут же впитали в себя солнечные блики и засияли с невероятной яркостью.

Разложив таким образом приманку, я отступила. Долго ждать мне не пришлось. Не прошло и трех минут, как из воды показались прекрасные лица. Сирены! Я насчитала шестерых. Они были безумно красивыми, но когда они заулыбались, я различила за нежными губами мелкие остренькие зубки, хищные и страшные. Зубы настоящих акул. Да уж, не стоило давать им шанс укусить меня!

Несмотря на совершенную красоту, в них было что-то пугающее. Глаза их оказались черные с золотом, как у рыб. Они разглядывали меня с настораживающей пристальностью.

Заметив жемчужины, они поползли по песку, стараясь, однако, не покидать полосы прибоя. Тело каждой их них, начиная от пупка, переходило в рыбий хвост с широким перепончатым плавником, которым они с силой колотили по воде, вздымая тучи брызг. Протягивая руки к жемчужинам, они издавали хриплый визг, как разъяренные кошки. Поскольку я постаралась разложить жемчуг вне их досягаемости, они нервничали и лупили хвостами все сильнее. Одна из них подняла на меня взгляд и сказала невероятно чистым, мелодичным голосом:

– О прелестное человеческое существо, если ты принесешь нам жемчужины, мы споем тебе чудесную песню…

Увидев эти уставленные на меня акульи глаза, я содрогнулась. А ведь были еще эти острые зубы, скрытые за сладостными, как мечта, губами…

– Наши песни знамениты, – продолжала уговоры сирена, – они прогоняют грусть и дарят вечное счастье. Если я спою для тебя, ты больше никогда не прольешь ни слезинки. Что бы с тобой ни случилось, ты будешь радостно улыбаться.

– Звучит очень заманчиво, спасибо за предложение, – ответила я, – но я пришла сюда не за этим… и этот жемчуг принадлежит не мне. Моя подруга хочет спросить вас кое о чем. Это ее жемчужины. Если ваш ответ удовлетворит ее, она будет счастлива преподнести их вам в подарок. У нее еще много жемчуга, даже прекраснее, чем этот…

На мгновение я подумала, что сирена сейчас выскочит из воды, чтобы снести мне голову и вырвать из моих рук мешочек с «вишневыми косточками». Я невольно отступила на десяток шагов. Она продолжала улыбаться, но ее когти яростно чертили в песке глубокие борозды.

– О, не уходи! – жеманно проворковала она, изо всех сил стараясь выглядеть очаровательной. – Я уверена, что мы сумеем договориться. Мы не любим отвечать на вопросы, но не можем обойтись без лунного жемчуга. Мы едим его, и он дарит нам вечную молодость и красоту. Как только мы перестанем его получать, сразу станем дряхлыми и уродливыми. Сжалься над нами… подойди, тогда мы сможем познакомиться поближе и непременно подружимся.

Может, я и идиотка, но не настолько же! Нет уж, хвостатая красавица, твои намерения мне ясны!

Я повернулась и пошла к Амандине, которая все еще тряслась, сидя на камне.

– Приманка сработала, – сказала я, – но будь осторожна. У них мало общего с милыми русалочками из сказок.

Я взяла моток веревки, обмотала один ее конец вокруг пояса Амандины и затянула узел, а потом взялась за второй конец и примостилась в расщелине среди камней, откуда меня нельзя было вытащить на песок. Амандина сделала глубокий вдох. Сирены собрались на самой границе прибоя – мы ясно видели их неправдоподобно прекрасные лица и чересчур острые зубы. Они неотрывно следили за нами, как стая изголодавшихся акул следит за приближением упитанного пловца. Амандина взяла мешочек с жемчугом.

– Только не клади его в карман, – посоветовала я. – Положи жемчужины на сухом песке, вне досягаемости сирен, иначе они набросятся на тебя и отнимут их.

Принцесса молча кивнула и медленно направилась навстречу женщинам-рыбам. На полпути она пристроила раскрытый мешочек с жемчугом на широком плоском камне. Луч света оживил жемчужины своим сиянием, и сирены среди волн алчно зарычали. Мне стало еще больше не по себе.

Я старательно обмотала веревку вокруг локтя, чтобы хватка была надежнее. Следовало приготовиться к худшему. Атлетической мускулатурой я не обладаю, и меня тревожило, сумею ли я вытянуть Амандину на берег, если случится беда.

Подойдя к самой границе влажного песка, Амандина присела и принялась писать свой вопрос, водя по песку указательным пальцем. Сирены скрежетали зубами от злости. Они терпеть не могли, когда их вынуждали отвечать на людские вопросы, но притягательная сила жемчуга была так велика… Им нужно было заполучить его любой ценой, даже если сам океан восставал против их пророчеств!

Осознав, что женщины-рыбы вот-вот уступят шантажу, море вздыбило тонны воды. Волны стали еще огромнее. Я призналась себе, что мы не сдюжим. Если хоть одна из этих жидких гор обрушится на пляж, нас смоет, как пару креветок!

Сирена, которая несколько минут назад пыталась заговорить со мной, выползла на песок, чтобы прочесть вопрос.

Усмехаясь, она посмотрела в лицо Амандине, а потом сказала:

– Я отвечу тебе, человеческое дитя, раз таково твое желание, но это не принесет тебе пользы, потому что океан заберет тебя. Водяные духи не терпят, когда мы делимся знаниями со смертными. Это противоречит их принципам.

Она добавила еще что-то, чего я не расслышала из-за грохота бури; должно быть, те самые сведения, которые ждала Амандина. Затем сирена жадно протянула руки и с ненавистью прохрипела:

– А теперь жемчуг! Скорее, пока море не унесло тебя!

Амандина выпрямилась, затем подбежала, спотыкаясь, к плоскому камню и швырнула мешочек с жемчугом в сторону сирен. Те тут же кинулись друг на друга, как акулы, сражающиеся за добычу. Хвосты хлестали по воде, поднимая тучи брызг. Пена прибоя тут же порозовела от крови. Мне стало ясно, что ради обладания этой горстью вишневых косточек они готовы растерзать друг друга на части. Однако мне не пришлось долго раздумывать об этом: за спиной Амандины выросла гигантская волна, готовая поглотить ее.