Хорьки-детективы - Ричард Бах

— Готово! — воскликнул фотограф из журнала «Что скрывается за маской». Его лицо скрыто линзами фотокамеры. Мягкая вспышка.

— Очень мило. Звездную карту чуть поближе к себе, мисс Трилистник. Вот так. Отлично. Прекрасно. Благодарю вас. Теперь забудьте о камере, идите вперед и остановитесь около Джилибера. Я щелкну пару раз, пока вы беседуете, хорошо?

— Да-да, конечно, — ответила Трили.

Журналист ждал, готовясь закончить интервью. «Что скрывается за маской» не был фотожурналом, но он был широко популярен и фотографии занимали в нем важное место. Однако Трили полагала, что не все в ее рассказе может быть представлено фотографиями. Она включила свой магнитофон.

— Большинство наших читателей — молодежь, — заметил Хорек Джилибер. — Если бы вы захотели заставить задуматься щенят, мисс Трилистник... Какое слово вам хотелось услышать больше всего, когда вы были щенком?

«Одно слово, — подумала Трили, — одна идея».

— Доверие, — сказала она, — это свет, который мы видим и с закрытыми глазами. Это свет, который нам нужен больше всего на свете. Иди туда, куда он ведет тебя.

Журналист прислушался к тишине, воцарившейся после слов Трили, и выключил магнитофон.

— Это так. Большое спасибо, мисс Трилистник. Мы признательны за потраченное вами время. Могу ли я позвонить вам, когда напишу интервью, чтобы вы проверили, все ли я написал правильно?

— Когда вам будет угодно, — последовал ответ. Трили улыбнулась журналисту. — Хотелось бы сказать о многом...

Хорек Джилибер кивнул:

— Я надеюсь, вы расскажете нам все, что сочтете нужным.

Посетители ушли. Трили соскользнула по лестнице своего офиса, расположенного в центре города, и скрытым переходом прошла к наружной двери, выходящей в переулок.

— Не забудьте включить ее перед тем, как постучите в дверь, — предупредила Трили, настраивая скрытую камеру в карманчике шарфа Хорька Норки. — Я наблюдательна, но он замечает все. Если вы начнете нервничать из-за камеры...

— Не извольте беспокоиться, — парировал партнер, натирая свою маску мелом, чтобы выбелить ее, и нарочно приводя щеткой в беспорядок шкурку. — Я ведь проделывал все это для вас, вы не забыли?

— М-м, — Трили кивнула в знак того, что помнит, — но я о чем-то догадывалась.

Когда Норки закончил «причесываться», Трили взяла у него щетку и положила ее на полку:

— Не называйте Оливера по имени. Вы его имени не знаете, не забудьте об этом. Остановитесь и у соседней двери. Он непременно начнет расспрашивать соседей...

— Безусловно, — ответил Норки. — Я забыл, что так поступили вы. Но вы сумели все проделать лучшим образом, мисс Трилистник. Вы выдержали испытания, хотя могли и усомниться...

Он быстро кивнул сыщице и шагнул из двери к фургону, груженному энциклопедией «Со всех лап — к знаниям». Ну прямо вылитый уличный торговец.

Хорьчиха Трилистник рассмеялась.

— О, мистер Норки, — позвала она, покачав головой, — может быть, вы и это захватите?

Он встревожено обернулся и взял из ее рук книгу, теперь несколько потрепанную, которую когда-то показал ей как образец:

«Со всех лап — к знаниям», том 23: Статуи первобытные — Танцы народов мира.