Черная книга из 5 «А» - Светлана Воробейчик

Бежим!– Артем толкнул Саньку в грудь, вынуждая того отступить в коридор.– Я все объясню позже!

Впрочем, комментарии другу вряд ли требовались: при виде разъяренного Жвакина, раскидывающего каменные статуи, как кегли, всякий пустился бы наутек, не дожидаясь развязки.

–Что встал?– Санька отвесил топчущемуся рядом Толе Зябликову пинка и бросился в сторону гардероба.– Спасайся кто может!

Горе-художник жалобно хлопал глазами, но не трогался с места. Кажется, от жути, творящейся вокруг, бедняга попросту впал в столбняк.

–Быстрее, быстрее!– упрашивал Артем Пышкину, однако сам еле переставлял ноги. Силы медленно покидали его.

Старость брала свое.

Остановившись возле исполинского папоротника в кадке, Артем выпустил руку Маши и подтолкнул ее в спину.

–Беги! Я спрячусь тут!

Пышкина в нерешительности топталась рядом. Ее глаза расширились от испуга, но убегать Маша не спешила. Растерялась так же, как Зябликов? Или не могла бросить друга в беде?

–Ну же, уходи!– прошипел Артем, стараясь, чтобы его голос звучал сердито, а не жалко.

Пышкина медлила еще пару секунд, а потом бросилась к длинным шторам, свисавшим с окна напротив кабинета директора до самого пола. Миг – и она исчезла, скрывшись среди уродливых грязновато-бурых занавесок. Теперь Артем видел только ее кроссовки. Оставалось надеяться, что Жвакин не обратит на них внимания, поглощенный поисками телефона, и не устроит в коридоре обыск.

Артем опустился на корточки и сжался, пытаясь слиться со стеной. Бесполезно. Даже несмотря на его малый рост, голова или локоть непременно высовывались из-за горшка. Жвакин даже в темноте заметит какую-то несуразицу, скорчившуюся на полу!

А может быть, подставить ему подножку и сбежать?

Артем осторожно приподнял голову, надеясь рассмотреть, что происходит возле спортзала. Из пепельно-серой темноты донесся новый вопль:

–Где мой телефон, козявка? Это ты его взял?

Протестующий писк Зябликова стих, не успев начаться.

В любом случае Толя подарил друзьям несколько минут, чтобы те успели скрыться. Пусть даже это означало, что сам художник выбыл из участия в жутковатых догонялках.

Артем подскочил к шторам и выдернул из них Пышкину.

–Пойдем! Нужно разыскать Саньку!

Подбородок Маши задрожал. Артем не сразу сообразил, что странные звуки, которые доносились до него, словно из неисправного радиоприемника, не очередная дурная шутка, выкинутая его ушами, а всхлипывания Пышкиной.

–Тебе Толю жалко?– пробормотал Артем, не зная, как прекратить начинающуюся истерику.

–Угу. И Борьку тоже.

–Все с ними будет хорошо.– Артем неловко похлопал подругу по спине и вновь потянул за собой.– Они же не умерли, а так… Уснули. Превратились в таких же кукол, как те ребята, что застыли в зале.

Артему действительно хотелось в это верить. Как и в то, что он сможет всех расколдовать. Впервые он почувствовал что-то вроде угрызений совести – ведь вся эта каша заварилась из-за его неосторожных слов, сказанных в магазине.

Они подошли к гардеробу и озадаченно переглянулись. Саньки нигде не было видно. И звать его, привлекая к себе внимание Жвакина, Артем не согласился бы ни за какие коврижки.

К счастью, друг показался сам – высунулся из дверей ближайшего кабинета и махнул им рукой.