Призраки из прошлого и другие ужасные истории - Алла Озорнина

…Я сижу за письменным столом, но вместо того, чтобы делать уроки, тупо пялюсь на шестнадцатиэтажный дом напротив. Мне кажется, что в его окнах кипит жизнь.

В моем же существовании ничегошеньки не изменилось. И я уверен, что не изменится. Скорее всего, этот Политатуйко просто шарлатан, думаю я. И НИИ у него вовсе не НИИ, а контора по выкачиванию денег.

Вспоминаю сегодняшнее «обычное общение» с Поповым, Кирилловым, Рюмкиным и Верхотуровым и сую в рот очередную конфету.

Хорошо, что завтра последний день первой четверти: мы учимся по особой программе, так что у всех каникулы уже закончились, а у нас только начнутся. Хоть недельку отдохну от Попова и его дружков.

Из кухни доносятся голоса родителей. Через три дня папа должен лететь в поселок Благодатный, который находится на границе с Китаем и в котором живет мамин дядя. Дядя Миша. Из его последних писем (а он до сих пор отправляет их в бумажных конвертах, как это делали бабушки и дедушки много лет назад) мы знаем, что в поселке творится что-то непонятное. Такое, от чего волосы встают дыбом. Хотя когда-то дядя называл Благодатный островком российского благополучия. «Тут недавно один знакомый из Благодатного съездил в Америку в составе какой-то там делегации, так до сих пор плюется, – писал дядя Миша. – Как, говорит, у них там, в Америке, все убого, примитивно. И освещение, говорит, на наших улицах куда ярче, чем в Нью-Йорке или Лос-Анджелесе».

Сейчас же, как я понял, освещение в Благодатном стало куда хуже, чем в том же Нью-Йорке или Лос-Анджелесе. Вот папа и решил разобраться, что же там, на границе с Китаем, происходит.

– Петь, ты что, оглох? Ну сколько можно звать? – доносится голос отца.

Я вхожу на кухню. По папиному лицу вижу, что он волнуется.

– Петя! – говорит он и замолкает. Потом вскакивает со стула, отходит, нет, почти отбегает в угол кухни и продолжает, – ты знаешь…

– Илья, может, все-таки не надо? – вмешивается мама.

Она выглядит очень встревоженной.

Папа откашливается. Смотрит не на меня и не на маму, а куда-то в сторону:

– Петр! Ты знаешь… кхы-кхы… Я тут это… В общем, Петр, я весь день думал и решил попросить тебя… – он делает паузу, а я пытаюсь угадать, о чем же он хочет меня попросить. – Я, Петр, решил отправить тебя в командировку. В Благодатный. Вместо себя… – он как-то противно мнется, – я не могу оставить редакцию, а там, ну, в Благодатном, нужно все-таки, ну, побывать… Ну, материал потом привезти о том, как там люди живут… Как раз у тебя каникулы начинаются…

Наверное, папа шутит, думаю я. Хотя, судя по выражению лица, вряд ли.

– Илья, может, не надо? – опять вмешивается мама.

– Алина, я тебе только что все объяснил! – срывающимся голосом говорит отец. – Собирайся, Петр! Прямо сейчас едем покупать тебе билет на самолет. Мой сдавать, тебе покупать.

– А по Интернету нельзя это сделать? – тихо спрашивает мама, как будто от заказа билета по Всемирной паутине что-то изменится.

– Можно! – нервно отвечает папа. – Но сдать нельзя. А так мы сдадим мой билет и купим билет Петру. Так что быстро собирайся и не забудь захватить паспорт!

– Но как… – растерянно говорю я. – Как я полечу? Как доберусь до этого Благодатного?

– Да что тут знать! – с напускной беспечностью говорит отец. – Долетишь до Читы, дядя Миша тебя встретит, сядете на поезд, ну, и это… Словом, не заморачивайся, с дядей Мишей я созванивался еще неделю назад, он меня ждет. То есть ждал. Теперь будет ждать тебя.

– Илья… Ну, а как же Петины ночные кошмары? Ведь они будут продолжаться! Подумай, Илья!