Загадка города-призрака - Джей Джей Барридж

~ острые зубы и когти ~

Довольный Бастер бежал резвой рысью, время от времени останавливаясь и нюхая воздух. Кэш с изумлением поглядывал на племянника. Хотя Картер рос среди тенезавров, вдалеке от людей, он на удивление хорошо приспособился к новой жизни, пусть и любил одиночество. Он очень быстро освоил английский, но у него не выработалось определенного произношения. С Би он говорил с английским акцентом, а с дядей – с американским.

– Слушай, Картер, – сказал Кэш, – а ты можешь изобразить, как кричит тиранн?

Мальчик повернулся к нему и издал леденящий душу стук, совсем как Бастер, когда тот хочет отпугнуть от себя людей.

– Ого, вот здорово! – восхитился дядя. – Ну, а рычание?

Картер издал серию громких рыков. Лупер, аллозавр Кэша, с тревогой оглянулся на мальчика.

– Белый тираннотитан рычит по-другому, вот так, – сообщил Картер и превосходно изобразил новый звук.

Бастер удивленно повернул голову.

– Ронакс тявкает, – продолжал Картер и снова испустил целую какофонию звуков.

Конечно, Кэш никогда не слышал ни одного из этих тираннов, но даже не сомневался, что крики переданы с точностью, потому что они явно озадачили завров.

– И ты вот так же разговариваешь с заврами? – спросил Кэш. – Ведь Бастер всегда знает, чего ты от него хочешь.

Картер улыбнулся.

* * *

Один раз мимо них промчался чернохвостый олень, и Бастер гнался за ним, пока тот не скрылся в густом кустарнике.

– Еще тут водятся койоты, рыси и лисицы, – рассказывал Кэш. – Конечно, пока на эту землю не явились белые люди, выше в горах жили крупные хищники. Последними эти места покинули горные тиранны, они уцелели только в заповеднике к северу отсюда. А прежде здесь водились и другие тиранны, и даже теризинозавр – большой зино с длинными когтями. Все пребывало в гармонии. Но пришли люди, искавшие золото, и все переменилось.

– Что это за белые штуки? – спросил Картер, показав на множество белых предметов, рассеянных по камням.

– Кости, – печально ответил Кэш.

– Чьи?

– Апатозавров. – Кэш немного помолчал и добавил: – Их убивали ради языков.

Картер озадаченно посмотрел на дядю. Он не понял его объяснения, и Кэш для наглядности высунул язык.

– Из-за их языков, – повторил он. – Когда сюда пришли золотоискатели, они принесли с собой ружья. Первые пули достались тем, у кого были острые зубы и когти. Поселенцы привели собак. За ними последовали крысы. И те, и другие любят есть яйца завров.

Картер кивнул, вспомнив жизнь на Ару.

– Те люди, которым не удалось найти золото, стали зарабатывать деньги, продавая языки апатозавров, которые считались деликатесом. – Кэш печально покачал головой. – Постепенно коренных жителей вытеснили отсюда: поселенцы позарились на их землю, а самый простой и легкий способ избавиться от туземцев – это убить завров, которые служили им основой жизни. Поселенцы выловили всю рыбу в озере Тахо и впадающих в него реках, чтобы изгнать племя уошоу, а на равнинах убили бизонов и бурых тираннов. Все эти прекрасные животные были уничтожены буквально за два-три года.

– Неужели все?! – Картер с тревогой посмотрел на дядю. – Но ведь у тебя есть апато.

– Да, – подтвердил Кэш. – Я держу несколько апатозавров и надеюсь вернуть их в дикую природу, чтобы хоть немного восстановить прежний баланс. – Кэш, покачиваясь в седле, немного помолчал, а затем продолжил: – Тритопсы и мелкий скот легче содержать, чем апатозавров. До появления холодильников мясо быстро портилось, и скот возили на бойню по железной дороге. Но апатозавры не помещались ни в один вагон, поэтому у них просто отрезали языки, а туши бросали гнить на равнинах.

Картер долго молчал, словно что-то обдумывал, а потом спросил:

– Тут нет рапторов?

– Раньше водились, но давным-давно. Когда люди заселяли новые территории, они в первую очередь уничтожили агрессивных хищников, – ответил Кэш. – Иная судьба была у аллозавров. – Кэш похлопал Лупера по длинной шее. – В наших краях они чужие. Они стали первыми одомашненными заврами. Благодаря этому они не исчезли и сохранились как вид.

Было ясно, что эта тема повергла Картера в уныние. Последовала еще одна долгая пауза – мальчик обдумывал услышанное.

Они поднимались все выше на Красные холмы, повсюду возле тропы валялись белые кости апатозавров. Поравнявшись с лесом, Кэш нарушил молчание.

– Расскажи мне про Ару, твой дом, – попросил он с улыбкой.

Картер вопросительно посмотрел на него:

– Про мой клан, мою семью тенезавров?

– Да, про твою первую семью, про тенезавров, – расскажи мне о них.

– Никто не хочет, чтобы я говорил о них. – Картер с сожалением покачал головой. – Все уверены, что тенезавры убили моих родителей.

– Ты скучаешь по заврам?

– Да, – задумчиво ответил мальчик. – На них тоже охотились глупые люди. Не ради языков, а ради перьев. Они убили многих завров.

– Скажи, Картер, а как ты разговаривал с тенезаврами? Мне очень интересно.

– Разговаривал? Нет, я не разговаривал. Разговариваете вы, не завры, – объяснил мальчик.

– Ладно, тогда спрошу по-другому: как же они понимают друг друга?

Картер вытаращил на Кэша глаза и медленно опустил голову, раздувая ноздри. Согнувшись, он издал серию резких звуков и почти беззвучных вздохов. Потом снова выпрямился:

– Вот так, но ты можешь видеть только, как движется мое лицо, а не то, что у меня в голове.

– Значит, это движения тела и мысли, а также какие-то слова? – допытывался Кэш.

– Никаких слов. Никаких мыслей. Мы все чувствуем, – пояснил Картер.

– Как же ты мог понять, что говорили другие тенезавры?

– Мы обменивались звуками, но это нельзя назвать разговором. – Картер пытался как можно понятнее ответить на этот непростой вопрос. – Звуки означают одно, но движения означают больше. Еще запахи, правда, я не различаю их так хорошо, как Бастер. Я чувствую только некоторые из них.

– Значит, если тенезавр делает какие-то движения, моргает, издает странные звуки, даже пукает, то все это означает, что он общается с сородичами?

Картер усмехнулся:

– Да, у завров это получается лучше, чем у людей. Я закрою глаза, но все равно буду слышать тебя. Я открою глаза и закрою ладонями уши, но буду видеть, как ты делаешь что-то руками, морщишь лицо, шевелишь губами. Я закрываю глаза и затыкаю уши, но все равно чувствую твое присутствие.