Егор Молотков и сыпучая карта - Виталий Сертаков

Дома мама Егора устроила настоящий тайфун. Или тайфун вместе с цунами. Досталось даже папе. Оказывается, утром он позвонил маме и сказал: «Ты, главное, не волнуйся, все будет хорошо». Это он так готовил ее к мысли, что Егора прямо во дворе школы похитил неизвестный с бородой. Мама начала волноваться в три раза сильнее. Едва нашелся Егор, как неизвестный ворвался в квартиру бабушки. Маме позвонила бабушкина соседка и давай кричать про бандитов и что Егор тоже тут был, а сейчас, наверное, всех увезли в больницу. Мама копила ярость целый день и с порога обрушилась на мужчин.

– Со мной на родительских собраниях не хотят сидеть другие родители! – бушевала мама. – Я боюсь подходить к телефону! Кто в универсаме отцепил тележку, посадил в нее двух первоклассников и спустил с горки? Хорошо, что они перевернулись в сугроб, а не врезались в автобус! Почему именно мне звонит мать Коржова, когда ее сынок застрял в канализации? Почему другим не звонят, когда дети на плоту пытаются из нашей реки уплыть в Африку? Кто подговорил детей туда плыть, я тебя спрашиваю?

На самом деле ответы маме не требовались. Егор это знал, смотрел в пол, изо всех сил изображая стыд и раскаяние. Ему, конечно, хотелось объяснить, что в Африку поплыли только добровольцы и наверняка бы доплыли, если бы не спасательный катер, отправленный на перехват трусливыми родителями Чесноковой. И в канализации они с Коржовым вовсе не потерялись, а отправились убивать гигантских слизняков. Потому что слизняки могли вырваться и захватить город, как в том фильме. Но маму не убедишь…

Постепенно тайфун стих. Егора отправили мыться и спать. Стоило залезть под душ, его словно болючий комар укусил за руку.

– Трошик! – обрадовался Молотков. – Про тебя-то я и забыл. Ну конечно, как я сразу не сообразил, что ты воду не любишь.

Он бережно снял сороконожку с руки и усадил на стиральную машину. На сей раз маленький потрошитель не пытался сбежать. «Наверное, привык ко мне, – подумал мальчик. – Эх, жаль, про него никому нельзя рассказать. У одного кошка, у другого собака или попугай. А тут – червяк. Засмеют, если узнают. Никто не поверит, что это боевой червяк!»

Только когда Молотков вытерся насухо, сороконожка вернулась к нему на запястье. И сразу засветилась слабым фиолетовым светом. «Она от меня заряжается, – ахнул Егор. – Вот это да! Я для трошика – как розетка…»

Ох, чуть не забыл. Ключ!

Перед тем как залезть под душ, Егор снял с шеи удивительную шестерню и повесил на крючок. А теперь задумался, где ее понадежнее спрятать. Ведь глупо ходить с такой тяжелой штуковиной. Лучше спрятать в тайник за книжной полкой, решил Молотков. Или засунуть в кабину вертолета, который мы собрали с папой?

«Себя-то не обманывай, – сказал кто-то внутри Егора ехидным голосом Леры Гайкиной. – Ты вовсе не хочешь прятать штуковину. Потому что она кое-что отпирает».

Егор тихонько прокрался к себе мимо комнаты родителей. Мама уже почти не ругалась. Она довольно мирно объясняла папе, что скоро ему все равно придется уволиться, чтобы носить Егору в тюрьму передачи. Потому что сын наверняка скоро туда угодит. Папе лучше уволиться прямо сейчас и попытаться уберечь сына от страшных преступлений.

Молотков забрался под одеяло и опять стал разглядывать таинственную шестерню. Чем дольше мальчик смотрел на нее, тем сильнее ему хотелось позвонить Лере. Просто так, узнать, как у нее дела.

Лера взяла трубку после первого же гудка.

– Я так ждала, что ты позвонишь, – обрадовалась она.

– Это я просто так, – небрежно отозвался Молотков. – Проверить, верный ли номер ты дала.

– Ну конечно, – согласилась Гайкина. – Я понимаю, что ты очень занят. Уроки завтра, домашнее задание и все такое.

– Твой дедушка сказал, что серые охотники больше не придут, – напомнил Егор. – Куда же они делись?

– Дедушка так сперва думал… – Лера помолчала, будто собираясь с духом. – Он думал, что охотники украли сундук с сыпучей картой и отправились к своему хозяину. Но теперь дедушка сильно волнуется.

– Почему? Он боится, что Нестор ворвется к вам?

– К нам домой побоится, так как знает про трошей. Но Нестор уже понял, что вместо карты украл аккумулятор. Теперь он не успокоится.

– И что же делать? – Егор невольно представил, как мужчины с серыми усиками караулят Леру в подъезде. – Твой дедушка говорил, что они долго не живут.

– Что-то происходит, – Лера вздохнула, совсем как взрослая. – Понимаешь… У дедушки снова звонили часы. Где-то не закрыта калитка, и мы не можем ее закрыть. Дедушка не хочет меня пугать, но, похоже, он сам кого-то боится.

– Кого, если не охотников?

– Этого я не знаю, – призналась Лера. – Он не говорит. Хочет срочно отправить меня к родителям.

Молотков сглотнул. Тяжелый диск лежал у него на ладони.

– А где живет… хозяин охотников? Здесь… или там?

– Дедушка говорит, что прежде они не лезли в наш мир, – совсем тихо произнесла Гайкина. – Там случилось что-то плохое…

– Я знаю, где находится дверь, – выдохнул Молотков. – В подвале нашей школы. И у меня есть чем ее открыть.

Гайкина надолго замолчала. Молчание длилось так долго, что Егор испугался, не сел ли в телефоне аккумулятор.