Самая младшая - Лариса Романовская

– Ну давайте за знакомство, раз такое дело, – говорит дед Толя.

Наконец-то все сели на свои места! А то тарелки местами меняли, стулья таскали по всей квартире. Как будто собирались играть в дочки-матери или в крокодила и никак не могли распределить роли.

– За знакомство, за знакомство… – Мама держит в руке бокал. Он похож на прозрачный тюльпан на коротком толстом стебле.

Нелька вдруг закрывает ладонью губы и выбирается из-за стола. И хрюкает – как будто ей сейчас смеяться хочется, а нельзя. Все замолчали, а потом папа включил телевизор.

Пока Нелька обратно за стол не пришла, Лысик три раза себе салат клал – тот, который с ананасами, курицей и орехами грецкими. Всякий раз, когда Максим к салатнице наклонялся, Полина спрашивала: «Вам нравится?» – и он говорил: «Да, спасибо» и свою тарелку скорее ставил на место. Полина успокоилась: Лысику у них вкусно, зря мама так волновалась. И зря к Полининой щеке кудряшку клеила, как только Нелька обратно вернулась, Максим только на нее и смотрел. Уставился в Нельку – как на экран.

– Дорогие мои! Сегодня у нас очень важный день! – Бабушка поднимается с места: – Давайте поднимем эти бокалы за встречу двух сердец!

Полине хочется залезть под стол, а потом проползти под ним до самого коридора. У бабушки сейчас голос, как у злого робота. И слова ненастоящие. У нее даже сережки блестят, как железные кнопки. Если бы Полина не знала, что эта строгая бабушка – ее баба Тоня, то, наверное, испугалась бы. Вон Максим точно напугался. В вилку вцепился, будто ей защититься хочет.

– Самое главное в семье – это терпение. И если наша Нелечка не сможет переступить через свои недостатки, то…

– Бабушка! – Нелька дергается на своем стуле так, будто ей тоже хочется нырнуть под скатерть и отсюда уползти. – Ба, ну, может, не надо сейчас?

– А почему нет? Пусть Славик… то есть Максим, знает, кого именно он берет в жены!

– Давайте выпьем за любовь! – Папа встает с дивана и начинает быстро крутить штопором.

– Любовь – это инстинкт продолжения рода, – говорит вдруг Стас. Он все время молчал и в экран мобильника косился. – Любовь – такое же явление, как голод, жажда и…

– Стас! Ну что ты огород городишь! – перебивает его бабушка. А Стас бокал поднял. Но дальше ничего сказать не успевает, мама у Нели нтересуется:

– Так вы на какое число заявление подали?

– На тридцать первое декабря, – говорит Максим.

– Вы с ума сошли? Слава, ты слышал? А как же Новый год?

– Мы сперва свадьбу отметим, а потом Новый год, – Неля тоже встает из-за стола.

Теперь все стоят, кроме деда Толи и Полины. Ее наконец-то никто не стискивает с боков, и можно есть нормально, растопырив локти. А еще можно ремешки у туфель расстегнуть и с ногами на диван забраться.

– В Новый год всегда должна быть сказка!

– А где вы собираетесь свадьбу отмечать?

– Максим, а твои родители приедут?

– Ребенок Неля, ты себя как чувствуешь?

– Масик, тебе курицы положить?

– Главное – это терпение. Нелечка, если бы мы с дедушкой сорок пять лет назад… Ой, да уже сорок девять! Толь, ты слышишь? У нас золотая свадьба на следующий год!

– И чего? Стиральную машину в управе должны подарить, что ли?

– Зачем нам стиральная-то? Лучше бы холодильник! Дорогие Нелечка и Максим, вы сейчас стоите на пороге самого главного дня в вашей жизни…

– Мась, а пирог будешь с капустой? Знаешь какой клевый?

– Ба, может, закруглишься? Рюмка – не микрофон!

– Стас, ну как не сты… Максим, вы, наверное, думаете, что мы ненормальные?

Полина рассматривает узор на тарелке: там проступает уголок домика, возле которого должны стоять пастух и пастушка. Бабушка их именно так называет, хотя они одеты очень нарядно, как короли. Если отодвинуть кусочек моркови и разгрести вилкой майонез, то почти всю картинку разглядеть можно.

– Вишня, что ты там скребешь? – Мама села обратно, немного вдавила Полину в диван. – Максим, я так понимаю, вы официантом работаете?

– Нет, я бариста. Это человек, который варит кофе и…