Сумасшедшие каникулы - Вера и Марина Воробей

Смешавшись с толпой, Толик теперь следил за Рябым и Витамином с более близкого расстояния. Он жалел, что не мог слышать, о чем они говорят. Зато рядом с ним оказались двое мужчин, которые вели разговор о женщинах. Волей-неволей до Толика долетали отдельные фразы их разговора.

— Я ей говорю: дорогая, не в деньгах счастье. А она мне отвечает: «Да, не в них. Но с ними можно быть несчастливой где угодно, когда угодно и с кем угодно». Представляешь?

— Да, женщины, — философски заметил другой. — Я своей тоже тут заявил: «Сколько можно есть эту кашу „Быстров“ на завтрак?» Что ты думаешь, она сделала?

— Что?

— Перестала и ее готовить. Теперь по утрам пью кофе с бутербродами. До обеда еле дотягиваю.

«Разделились безнадежно мы на женщин и мужчин», — вспомнил Толик прочитанную где-то фразу, продолжая наблюдать за парочкой в другом конце вагона.

— Ты выходишь? — спросили его сзади. Он покачал головой и отодвинулся, чтобы парень мог пройти к выходу. Свободного места, конечно, было немного, учитывая, что у некоторых запасливых пассажиров в руках появились мокрые зонты, но Толику все равно стало неприятно, когда парень буквально протиснулся сквозь него. «С ориентацией у него, что ли, проблемы?» — брезгливо подумал он.

Через две остановки он вышел вслед за Рябым и Витамином.

Шел приличный дождь. Толик обрадовался, что на нем куртка — хоть какая-то защита. Он застегнул молнию и пошел вслед за парочкой, неуютно ежившейся под дождем.

Улицы были почти пустынными. Иногда проезжало в поисках пассажира одинокое такси, иногда проходили припозднившиеся пешеходы, стремившиеся поскорее добраться до дома. Промокший ночной город казался таинственным и загадочным. Он постепенно погружался в сон, чтобы набраться сил для нового рабочего дня.

У складов Толика поджидала еще одна неожиданность. В подворотне стоял небольшой крытый брезентом пикап, а за рулем сидел Коленый.

Он подогнал машину ближе. Вышел под дождь. Трое приятелей, не произнося ни слова, отправились к двери. Толик притаился у пикапа. Отсюда ему хорошо был виден вход в складские помещения. Непрекращающийся дождь был ему на руку.

— Давай же! — Он напрягся, услышав в голосе Коленого нетерпеливые нотки.

Витамин постучал в дверь. Видимо, с той стороны ждали визитера, потому что Толик услышал:

— Да я это, я, Михеич, — произнес Витамин. — Открывай скорей, а то утону.

Дверь открылась. Трое бандитов ворвались в помещение незадачливого охранника. А перед тем как захлопнулась дверь, Толик успел заметить в освещенном проеме, что Коленый с силой обрушил пистолет на голову старика.

Толик на миг оцепенел. Мысли в его голове роились, словно пчелы, и он никак не мог собрать их воедино. Еще неизвестно, что эти звери сделали со стариком, возможно, убили. Ведь он их видел, а скорее всего и знал. Просто так что ли Витамин назвал его Михеичем.

В эту минуту снова открыл ась дверь, и инстинкт отбросил Толика к пустым контейнерам, в изобилии стоявшим во дворе. «Кругом темень, я во всем черном, меня трудно заметить», — напомнил себе Толик, продолжая наблюдать.

Витамин и Рябой вынесли тяжелый ящик.

Кряхтя, они поставили его в пикап. Затем снова ушли в дом. И тут же вышел Коленый, неся на плече мешок. Секунцой позже ходку повторили Рябой и Витамин с ящиком, нагруженным бутылками.

Краденое таскают! Вот для чего понадобился пикап, чтобы незаметно вывезти товар.

Толик расстегнул куртку, потянулся к мобильнику. Его обдало холодным потом, когда он не нащупал его на поясе джинсов. Он стал нетерпеливо похлопывать себя по карманам, и вдруг до него дошло, что телефон отца не просто потерян, он украден. Не зря же возле него отирался тот тип в метро. И вовсе он не «голубой», а самый настоящий жулик и вор. Сколько их развелось в Москве! Толик заскрежетал зубами от собственного бессилия. Он стал вспоминать, где здесь поблизости таксофон, и тут почувствовал, как рукав его куртки настойчиво дергает чья-то рука:

— Телефон ищешь? Толик, вздрогнув, обернулся.

— Ты?! Как?! Что за черт?! — только и смог выдавить он из себя, уставившись ошалевшими глазами на Тусю, с которой потоком лилась вода.

— Потом будем разбираться. Вот, — Туся протянула ему свой мобильник, отбрасывая мокрые волосы с лица. — Звони! Вызывай подкрепление.

Толик попытался включить подсветку на часах, но она не работала. Он привстал, Туся собралась вслед за ним.

— Сумасшедшая! — зашипел он на нее. Сиди здесь, в контейнерах, и не высовывай носа. Иначе…

— Ладно, поняла, — Туся отползла обратно в щель, проявив удивительную покладистость и сообразительность.

А Толик, пробежав небольшое открытое расстояние, оказался неподалеку от фонаря. Прикрытием ему служили мусорные бачки, источающие отнюдь не райский аромат. Он поморщился, торопливо набрал цифры, которые помнил наизусть. И принялся молиться всем святым, чтобы его соединили, чтобы капитан оказался на месте.

— Вас слушают.

— Мне нужен капитан Гаврилов, — сказал Толик, прикрыв трубку рукой.

Секунда, другая, третья…

— Капитан Гаврилов слушает.

— Только не перебивайте меня, — предупредил Толик. — В Юго-Восточном округе, неподалеку от метро «Кузьминки»… — принялся объяснять он, мысленно поблагодарив небеса за содействие.

Спустя несколько секунд капитан уточнил.

— Это что же, Волгоградский проспект получается?

— Да.

— А ты откуда звонишь, герой?

— Не важно.

— Пусть так. Сколько человек участвуют в ограблении?

— Трое. Один вооружен пистолетом «ТТ». Пришлите кого-нибудь. Быстрее! Они напали на сторожа, вытаскивают ящики, мешки какие-то. Грузят их в закрытый пикап, — Толик продиктовал номер машины.

— Сейчас будем. Смотри, не лезь на рожон, Толик, — предупредил Гаврилов и дал отбой.

Надо же, узнал, капитан — честь ему и хвала! Толик бросился вновь во двор, опасливо поглядывая на закрытую дверь. Он так боялся за Тусю, что его начало трясти.

Она тоже лязгала зубами, правда, не от страха, а от холода. Толик стащил себя куртку, пусть мокрая, но все-таки лучше, чем тонкая прилипшая к телу кофточка. Он стал напяливать куртку на Тусю.

— Не н-н-ужно, — упиралась она. — Я все р-равно уже зам-мерз-з-ла.

— Не хватало еще, чтобы ты простудилась! — Толик так цыкнул на нее, что все со противление мигом прекратилось.

— Смог доз-з-вониться? — спросила Туся, застегивая ветровку.

— Смог. Скоро приедут. Сиди здесь, — снова сказал он.

— А т-ты куда? — Туся вцепилась в его руку.

— Пойду посмотрю, что там внутри делается. Что-то они давно не показывались у машины.