Странник между мирами - Йен Макдональд

Шарлотта Вильерс — таких людей можно звать только по имени и фамилии — смотрела в залитое дождем окно машины, презрительно кривя губы при виде прохожих в тяжелых зимних пальто, дутиках с капюшонами и коротеньких курточках, не спасающих от холода пятую точку. «Это мой дом, это мои люди, — думал Эверетт. — Не смей разглядывать их, как какая-нибудь туристка!»

Машина двигалась на север, следуя синим дорожным знакам, указывающим маршрут к шоссе М25.

— Мы не в университет едем?

— Совершенно верно.

Шарлотта Вильерс достала из сумочки пудреницу и посмотрелась в зеркальце. Эверетт заметил блеск вороненой стали, рукоятку слоновой кости, дуло, покрытое затейливой резьбой. Пистолет. Убедившись, что ее внешность в полном порядке, Шарлотта Вильерс вновь убрала пудреницу и с громким щелчком закрыла сумку. «Специально разыграла сценку, чтобы я увидел твое оружие», — подумал Эверетт.

Выехав на Лондонское окружное шоссе, Бритоголовый-в-деловом-костюме — теперь, наверное, Бритоголовый-в-шоферской-кепке — смог продемонстрировать возможности машины. Шарлотта Вильерс улыбнулась внезапному скачку скорости. Эверетт видел в передаче «Топ Гир», как тестировали модель S-класса. Он знал и максимальную скорость, и резкое ускорение от нуля до шестидесяти миль в час, и количество лошадиных сил. «Опять смотришь дурацкие передачи для мальчишек? — бушевала Лора. — Лучше бы уроки сделал!» От воспоминания перехватило горло. Она его, наверное, ждет. Приготовила что-нибудь вкусное. Пробует дозвониться. Звонит Рюну. Звонит в полицию. Мама, прости, я должен это сделать!

«Мерседес», превысив все мыслимые ограничения скорости, мчался по внешней полосе. Сверкали фары. Фургоны и «Форды Мондео» шарахались в стороны. Пленипотенциар, полномочный представитель — это вроде посла, только еще круче. Убер-посланник. В те далекие времена, когда еще не было ни телефонов, ни интернета, а письма из одного полушария в другое шли месяцами, полномочный представитель, собственно, и был государством. Соглашение, заключенное с полномочным представителем, будет обязательным к исполнению для его страны. Серьезная вещь — межмировая дипломатия.

Через Дартфордскую переправу и дальше на юг.

— Где вы держите папу?

— Твой отец работает в секретном научно-исследовательском центре.

— Не в нашем мире?

— В некоторых областях ваша наука опережает нашу, в других — наоборот. Явление, которое вы называете «портал Гейзенберга», у нас открыли несколько десятилетий назад. У нас и оборудование, и технология — естественно, мы привозим к себе ученых.

«Значит, он в вашей вселенной», — подумал Эверетт, а вслух сказал:

— Он работает или в тюрьме сидит?

Шарлотта Вильерс вздохнула.

— Мистер Сингх, что за паранойя, драмы плаща и кинжала! Взрослая жизнь не похожа на приключенческие романы. Тема исследования секретная, приходится соблюдать определенные меры безопасности. Все равно как если бы твой отец работал у вас на каком-нибудь заводе по производству ядерного оружия.

Машина свернула на транспортную развязку в форме огромного четырехлистника. С М25 на М20. Судя по указателям, дальше их путь лежал к Ла-Маншу и к тоннелю на континент. Бритоголовый-в-шоферской-кепке гнал «Мерседес», обходя длинную вереницу грузовиков, направляющихся к побережью. В Мейдстоне оставили позади дождь; западный ветер подстегивал преследующие их тучи. Насквозь мокрый пейзаж озаряло зимнее солнце. Дороги уже подсыхали. Лавируя между другими машинами, «Мерседес» выехал на полосу, где двигался транспорт, направляющийся к Евротоннелю.

Эверетт сказал:

— У меня нет с собой паспорта.

— Паспорт не понадобится, — ответила Шарлотта Вильерс.

За полкилометра до контрольного поста машина свернула на служебное шоссе, ведущее вверх из долины, где выезжали из тоннеля грузовики и поезда. Дорога вскарабкалась на вершину мелового холма и нырнула в неглубокую ложбину, огибая полузатопленное поле озимой пшеницы. Борозды были полны воды. Посреди поля виднелся огороженный участок, метров сто в поперечнике. Ни единого здания, ни радиомачты, один только забор. Бритоголовый-в-кепке свернул на узкую дорогу, ведущую через набухшее водой поле к ограде. По дороге явно мало ездили — она была вся в ухабах и рытвинах, края размыло, через трещины в асфальте пробивались травинки и упрямые зимние сорняки. При приближении машины ворота открылись сами собой. Камеры наружного наблюдения поворачивались вслед гостям. Теперь стало видно, что дорога уходит вниз, в бетонный бункер, незаметный со стороны. Открылись тяжелые черные створки, и машина окунулась в темноту. Эверетт оглянулся на скрип — стальные двери медленно закрывались, прямоугольник дневного света становился все уже и наконец исчез совсем. Фары выхватывали по стенам тоннеля неработающие фонари, какие-то трубы, провисшие кабели, лопасти вентиляторов, металлические двери с выведенными по трафарету потускневшими номерами. Впереди забрезжил свет. Эверетту показалось, что «Мерседес» добирался до него очень долго. Тоннель искажал расстояние и скорость, пространство и время. Мисс Вильерс выпрямилась, подтянула перчатки, еще раз посмотрелась в зеркальце. Пара касаний тюбиком помады — и она уже вновь готова разить наповал.

В освещенном проеме их встречал Пол Маккейб. Вид у него был помятый, как будто он спал прямо в одежде, когда звонок Эверетта его разбудил. Возле него виднелся невысокий человек с оливковой кожей и элегантно подстриженной бородкой, настолько же изящный и ухоженный, насколько Маккейб выглядел затрапезно. На незнакомце был костюм в индийском стиле из серой и кремовой парчи. Рядом стояла Колетта Харт.

«Мерседес», подъехав, затормозил. Из темноты возникла женщина в форме спецназа и открыла дверь. Эверетт заморгал, ослепленный четырьмя рядами прожекторов. Во всяком случае, штурмовую винтовку за спиной у женщины он разглядел.

— Эверетт! Ну здравствуй, здравствуй! — Пол Маккейб с жаром потряс его руку. — Хорошо доехал? Мы послали за тобой самую лучшую машину, как особо важному гостю, да-да. Я сам всего пять минут как добрался. Раненько ты позвонил, знаешь ли.

Шарлотта Вильерс вышла из машины. Эверетту показалось, что Маккейб ей поклонился — чуть заметный наклон головы, и все-таки.

Незнакомец в элегантном костюме прижал руку к сердцу.

— Мистер Сингх, весьма польщен знакомством! Я — Ибрим Ходж Керрим, пленипотенциар Земли-2.

Эверетт еле удержался, чтобы не ляпнуть: «Знаю, я помню ваш акцент — не то испанский, не то марокканский. Я слышал ваш голос по радио и летал над крышами вашего Лондона».

— Очень приятно, мистер Керрим.

Пленипотенциар улыбнулся одной из тех улыбок, что преображают все лицо. У него были блестящие глаза и отличные зубы. «Хорошо бы вам можно было доверять, — подумал Эверетт. — Мне так нужны надежные люди!»

— Как я понял, вы владеете великой драгоценностью, — сказал Ибрим Керрим.

— Да, это карта Паноплии. Я разобрался, как она устроена.