Али-Баба и сорок прогульщиков - Александр Хорт

Однажды Борька, Гришка и я отпросились с урока литературы, чтобы пойти в кино.

Конечно, про кино знали только мы сами да несколько ребят из нашего класса. И кое-кто во дворе. Ирине Сергеевне мы о нём не заикнулись. Ведь даже самая распрекрасная учительница вряд ли отпустит со своего урока в кино. Поэтому Борька сказал, что вывихнул ногу. Гришка заныл, что у него разболелся живот.

Я сначала хотел сказать, что у меня сильно болит зуб. Но потом передумал. Всё-таки это очень подозрительно, когда сразу у трёх здоровых людей, пятёрочников по физкультуре, что-нибудь болит. Можно подумать, у нас не школа, а лазарет. Поэтому я сказал, что к нам домой должен прийти мастер чинить телевизор, а родители на работе, и я должен открыть дверь.

Мы придумали такие уважительные причины, что Ирина Сергеевна нам поверила. Она отпустила и Борьку, и Гришку, и меня. Мы втроём пошли смотреть интересный фильм про глухонемого мужика, которому злая барыня приказала утопить собачку. А всем остальным ребятам из нашего класса пришлось в это время изучать какой-то рассказ Тургенева.

Вообще-то, за те несколько дней, которые прошли после летних каникул, наш шестой «А» редко собирался на уроках в полном составе. Обычно несколько человек выдумывали себе какую-нибудь уважительную причину и на переменках отпрашивались. Поэтому на любом уроке кого-нибудь да не досчитаешься. Димка Оскол кин — тот даже отпросился первого сентября. Всем классом мы впервые собрались лишь, когда участники школьного драмкружка хотели показать нам сказочный спектакль.

Про этот спектакль я и хочу рассказать. О нём я узнал как раз в тот день, когда мы втроём смотрели фильм про глухонемого Герасима. После ужина я включил телевизор и сел смотреть футбол, как вдруг зазвонил телефон. Он у нас стоит в коридоре. Мама сняла трубку и начала разговаривать. Я подумал, это кто-то из её знакомых. А она вдруг зовёт меня.

Выхожу в коридор, и мама шепчет:

— С тобой хочет поговорить Ирина Сергеевна.

У меня от страха сердце в пятки ушло. Вдруг классная руководительница узнала у мамы, что наш телевизор работает как часы? Ему никакой мастер не нужен. Но, к счастью, Ирина Сергеевна ни о чём не догадалась. Она просто сказала:

— Юра, завтра после уроков школьный драмкружок будет показывать нашему классу спектакль. Очень интересную сказку. Они сообщили мне об этом во время последнего урока. Я уже позвонила всем, кто на нём отсутствовал: — и Боре, и Грише. Ты придёшь завтра в школу?

— Конечно, приду, Ирина Сергеевна, — с готовностью ответил я. — Куда я денусь?

— Ну мало ли какие могут быть у человека дела, — сказала учительница. — Но если придёшь, то предупреди родителей, что после уроков задержишься.

Когда я сообщил маме, что завтра задержусь на спектакле, она спросила:

— Почему ты не радуешься?

— А чего радоваться? — буркнул я. — Театр-то не настоящий.

— Это не имеет значения, сынок. Каждый спектакль учит уму-разуму. Нужно только внимательно следить за тем, что происходит на сцене.

В тот день наш класс наконец собрался в полном составе. Все пришли на спектакль. Каждому охота посмотреть сказку. И даже хорошо, что театр не настоящий. В настоящий нужно ехать на метро или автобусе. А тут поднялся на пятый этаж — и всё.

После уроков мы вместе с Ириной Сергеевной пришли в актовый зал. Смотрим, и душа радуется. Обычный занавес, который всегда закрывает сцену, уже не обычный, а сказочный. На нём пришиты силуэты верблюдов из золотистой бумаги и сбоку причудливая башня. А сверху блестит полумесяц. Всё ужасно красиво. Вдоволь насмотревшись на эту красоту, мы начали хлопать, чтобы побыстрей начинали спектакль.

Только мы немножко похлопали, как на сцену вышел старшеклассник и сказал:

— Дорогие ученики шестого «А»! Сегодня участники нашего драмкружка хотели показать вам новый спектакль «Али-Баба и сорок разбойников». Но один из наших артистов сказал, что от волнения вывихнул ногу, и отпросился домой. Поэтому мы покажем спектакль «Али-Баба и тридцать девять разбойников».

После этих слов он ушёл за занавес, а мы ни капельки не расстроились. Без одного разбойника спектакль хуже не станет. Да и кому взбредёт в голову пересчитывать такую банду?!

Вдруг на сцене опять появился тот же самый старшеклассник и объявил:

— Ребята! Мы хотели показать спектакль «Али-Баба и тридцать девять разбойников». Но только что ещё один из наших артистов отпросился домой, потому что у него заболел живот. Поэтому сегодняшний спектакль будет называться «Али-Баба и тридцать восемь разбойников».

Он опять скрылся за сказочным занавесом, однако через минуту появился снова. На этот раз он сообщил, что у одного из артистов неожиданно заболел зуб. Он отпросился к врачу. Поэтому спектакль будет называться «Али-Баба и тридцать семь разбойников».

Так он мелькал у нас перед глазами, словно пропеллер, — то выйдет, то удалится. После каждого его появления в шайке становилось на одного человека меньше. Все разбойники под разными предлогами отпрашивались со спектакля. Одному нужно забрать сестричку из детского сада, другому — сдать в прачечную бельё, третий вдруг вспомнил, что обещал встретить бабушку, которая приезжает из деревни.

Дело дошло до того, что старшеклассник сказал:

— Дорогие ребята! Мы хотели показать вам спектакль «Один Али-Баба и один разбойник». Однако исполнитель роли Али-Бабы сказал, что к нему домой придет мастер чинить телевизор. А родители на работе, он должен открыть дверь. Мы его отпустили. Поэтому смотрите спектакль, который называется «Разбойник».