13 1/2 жизней капитана по имени Синий Медведь - Вальтер Моэрс

Первым делом я и другие медведи принялись наводить порядок в лесу. Мы валили деревья, расчищали поляны и возводили на скорую руку временные дома.

Мы развели косуль и белочек, ведь без них не представить себе настоящего леса. Мы намели целые горы сухой листвы. Я научил других медведей, как при помощи воды удалять сети коварного паука. Нашлось даже его тело. Мы сожгли его вместе с паутиной. Потом у нас еще несколько дней появлялись галлюцинации от ядовитого дыма.

Постепенно я перезнакомился со всеми медведями. На это, правда, потребовалось некоторое время, ведь их было несколько тысяч. Попадались и такие, которые вполне могли быть моими родственниками, — дяди-тети, братья-сестры моих предполагаемых родителей.

Поначалу все жили в общих бараках, но со временем семейные пары начали обзаводиться своими собственными избушками. Мне самому лично больше нравилось жить вместе с остальными. На что одинокому медведю отдельный дом?

Мы построили школу, где я преподавал замонианские диалекты, пчеловодство, граландскую демонологию, филинистику, высшую математику и еще около тридцати различных предметов. Кверт Цуиопю тоже стал учителем и, наряду с ковровым делом, биологией, замонианской географией и философией, читал лекции по пространственным дырам, предмету, в котором он был непревзойденным специалистом. В свободное от работы время он любил полетать на своем ковре над Большим лесом и помечтать о 2364-м измерении. Как-то раз мне в голову пришла идея записать «Лексикон подлежащих объяснению чудес, тайн и феноменов Замонии и ее окрестностей», но статьи из него по-прежнему посещали меня произвольно, когда хотели. Как я ни старался: бил кулаками по голове, выкрикивал заглавия словарных статей, проклинал профессора Филинчика — все было напрасно. «Ну почему профессор не снабдил меня руководством по правилам пользования этим упрямым справочником?» — подумал я.

Правила пользования «Лексиконом». В тот же самый миг мозг мой словно пронзило электрическим током, и в голове возникли правила пользования «Лексиконом».

Правила пользования «Лексиконом подлежащих объяснению чудес, тайн и феноменов Замонии и ее окрестностей»

1. Удостоверьтесь, что ваша черепная коробка настроена на прием «Лексикона».

2. Затруднения с вызовом статей (расплывчатый, нечитабельный шрифт, перевернутый текст) могут быть связаны только с нарушением вашего мозгового кровообращения. Проконсультируйтесь с врачом!

3. Если вместо статей «Лексикона» вам слышатся голоса из других измерений, сигналы далеких галактик или же в мозгу у вас появляются образы давно умерших родственников, тем более необходимо срочно проконсультироваться с врачом!

4. Чтобы вызвать статью из раздела «Чудеса», дерните себя левой рукой за правое ухо и громко и четко, по буквам, произнесите вызываемое понятие.

5. Чтобы вызвать статью из раздела «Тайны», дерните себя правой рукой за левое ухо и опять же по буквам произнесите желаемое понятие.

6. Чтобы вызвать статью из раздела «Феномены», дерните себя двумя руками крест-накрест за оба уха и произнесите по буквам желаемое понятие.

7. В случае иных нарушений и нежелательных побочных явлений обращайтесь лично к профессору Абдулу Филинчику: Западная Замония, Темные горы, Ночная школа.

Ага, были, значит, и «Правила пользования», просто я не додумался о них спросить!

Последующие месяцы я занимался исключительно тем, что переписывал статьи «Лексикона» из своей головы на бумагу. Полученный рукописный экземпляр я поручил еще раз переписать ученикам нашей школы. Это занятие превратилось у нас в подобие обязательного факультатива по правописанию.

А еще я нередко предпринимал пешие прогулки по Большому лесу, составляя географический план окрестностей и изучая местную растительность. Во время таких прогулок я частенько думал о том, что надо бы как-то упорядочить жизнь общины цветных медведей, принять обязательные для всех законы и правила. Во-первых, следовало незамедлительно издать запрет на проживание в Большом лесу пауков-ведунов, а также расставить знаки, предупреждающие о наличии пространственных дыр, и, конечно же, распределить среди медведей обязанности: кто будет убирать прошлогоднюю листву, кто разводить пчел, а кто возводить дома.

Поляна. Как-то раз, путешествуя по лесу, я забрел на ту самую поляну, где началось мое приключение с пауком-ведуном. Лесная поляна ничуть не изменилась с тех пор, и у меня по коже побежали мурашки, хотя, как и в прошлый раз, светило теплое вечернее солнышко. И тут в голове моей вдруг сама собой родилась мысль, которую я так долго вынашивал и которой суждено было лечь в основу нашей медвежьей конституции: «Все цветные медведи не равны, среди них есть желтые, красные, зеленые, синие, фиолетовые, замонитовые и опализамовые…»