Загадка туристического агентства - Анна Устинова

Таня со слов Кати поведала Олегу такую историю. Репетиция не понравилась Моей Длине с первых же минут. Школьникова сочла, что ритмичка Элеонора Васильевна учит их ходить по подиуму совсем не так, как надо.

— А как надо? И как не надо? — полюбопытствовал Олег.

— Знаешь, по телефону мне это довольно трудно объяснить, — усмехнулась Таня.

— А остальные девчонки тоже были недовольны? — осведомился Олег.

— Да нет. Катька говорит, остальным понравилось. Просто Моя Длина с самых первых шагов два раза чуть не упала. Ну, и Элеонора начала ей втолковывать, что она не так ноги ставит. Машка жутко обозлилась. Тем более что на репетиции сидел Андрей Станиславович.

— Ясно, — хмыкнул Олег.

— В общем, Моя Длина принялась втолковывать ритмичке, что, мол, во всех лучших домах по подиуму принято ходить гораздо медленнее. Ритмичка сказала, что ей виднее. А тут еще Дуська Смирнова вмешалась. «Мне, — заявляет, — темп Элеоноры Васильевны очень удобен». Элеонора возьми и скажи: «Вот, Школьникова, чем спорить, учись у Смирновой. Смотри, как она хорошо двигается».

— Воображаю, что было с Моей Длиной, — сказал Олег.

— Нет, не воображаешь, — ответила Таня. — У Машки сделалась такая злобная физиономия, что Катьке даже немного страшно стало. В общем, Машка и говорит ритмичке сквозь зубы: «Может, мне еще у Смирновой уроки брать?» А Элеонора, святая простота, видимо, не почувствовала никакого подвоха и отвечает: «Вообще-то было бы совсем неплохо. Тебе, Школьникова, надо как следует подиумныи шаг освоить».

— Ну, ничего себе! — воскликнул Олег.

— Ты слушай дальше, — продолжала Таня. — Школьникова сжала кулаки. У Катьки вообще душа ушла в пятки. Но Машка сдержалась. Только тихо так говорит: «Насчет уроков мы еще поглядим». Но все равно у нее настроение жутко испортилось.

— Но больше она не спотыкалась? — спросил Олег.

— Сначала нет, — пояснила Таня. — Но когда она в очередной раз изображала проход, в дверь стали подглядывать мальчишки из младших классов. Сперва они просто открывали дверь и хихикали. Потом, видно, им этого показалось мало. И они стали друг друга заталкивать внутрь. И как раз, когда Школьникова шла мимо двери, один из них вылетел прямо ей под ноги. И Машка плюхнулась на пол. А Дуська Смирнова начала громко смеяться.

— Младшеклассник-то жив? — хорошо был известен Олегу характер Моей Длины.

— Катька говорит, слегка пострадал, но все-таки жив, — пояснила Таня. — Ритмичка с Андреем вместе его отстояли. Правда, не сразу. Ну, в общем, Андрей всю эту малышню погнал вон. Ритмичка, чтобы разрядить обстановку, попросила Школьникову снова пройтись. Машка пошла. И тут, можешь представить, на ее жутко дорогой туфле из какого-то очередного бутика сломался каблук. И она опять растянулась, причем прямо перед Андреем. Бывает же такое.

— Не повезло, — искренне посочувствовал Олег. — Сегодня явно не день Моей Длины.

— Вот и Катька так считает, — сказала Таня. — Она тоже оказалась в трудной ситуации. С одной стороны, ей было жалко Машку. А с другой — всех охватил истерический хохот. И они никак не могли остановиться. Даже Андрей с ритмичкой не удержались.

— Не надо все-таки было Машке участвовать в конкурсе, — искренне полагал Олег.

— Вот ты это ей и объясни, — усмехнулась Таня. — Только, боюсь, она не поймет.

— Не поймет, — подтвердил Олег. — А Катька не рассказывала, конкурсантки-то, кроме Дуськи, есть?

— Что ты все с этой Дуськой? — ревниво произнесла Таня.

— При чем тут я? — поторопился успокоить ее Олег. — Я просто о Моей Длине волнуюсь. Представляешь, какой у нее будет шок, если она проиграет.

— У меня лично будет шок, если она выиграет, — ни на секунду не верилось Тане в победу Моей Длины. — Вспомни девчонок из одиннадцатых классов — Ленку Пилявскую и Жанну Лескову.

— А они что, тоже участвуют? — удивился Олег. — Им-то зачем?

— А остальным, по-твоему, зачем? — ответила вопросом на вопрос Таня.

— Остальным-то для самоутверждения, — откликнулся мальчик. — А Жанне и Ленке это ни к чему. И так все при них.

— Что-то ты, Олежка, в последнее время стал чересчур наблюдательным, — в голосе Тани послышалась обида.

— Вот это мне нравится! — возмутился Олег. —

Сама мне только что о них напомнила, а теперь я виноват.

— Да шучу я, шучу, — уже взяла себя в руки девочка. — Понимаешь, Катька сказала, что на фоне остальных Моя Длина совершенно не смотрится. Даже в своих бутичных прикидах.

— Ну Катерина, положим, у нас с детства отличалась большой доброжелательностью, — словно бы вскользь заметил Олег.

— Боюсь, в данном случае она права, — вздохнула

Таня. — И даже спонсорство матери Мою Длину не спасет.

— Это уж точно, — ответил Олег.

Поболтав еще немного, они с Таней распрощались до завтрашнего утра. Однако в половине одиннадцатого девочка позвонила вновь.

— Слушай, Олег, — с волнением проговорила она. — Я только что разговаривала с Моей Длиной.

— Неужели она решила поделиться с тобой своим позором? — охватило недоумение мальчика.

— Вовсе нет, — скороговоркою отвечала Таня. — Понимаешь, за Машкой кто-то следил.

— Да у нее, наверное, на нервной почве развилась мания преследования, — сказал Олег. — Такое иногда случается.

— Все может быть, — не возражала Таня. — Но Машка говорит, за ней не один раз следили.

— То есть? — заинтересовался Олег.

— Ну, сначала она возвращалась после репетиции…

— Так ее же вроде Пашков должен был встречать, — вспомнилось Олегу.

— Он-то встретил, — откликнулась Таня. — Но Машка в расстроенных чувствах его прогнала.

— Везет бедному Лешке, — посочувствовал Олег.

— Не говори, — продолжала девочка. — В общем, Машка пошла к себе домой одна. И когда свернула из школьного двора в Докучаев переулок, заметила, что за ней увязался какой-то тип.

— Ну, точно мания преследования! — воскликнул Олег, — Мало ли кто мог идти в ту же сторону по Докучаеву.