Натаниэль Фладд и тайна единорога - Робин Лафевер

– Что стряслось, Корни? – притворно удивившись, спросил Нат. – А как же приключения?

– Поймал он тебя, Корнелиус, – вставила тетя Фила, пряча улыбку.

Дронт ничего не сказал, только вздернул клюв повыше и с большим достоинством вперевалочку пошел обратно в дом.

К мистеру Силвену они добрались к полудню. Он вышел навстречу, заламывая руки.

– Как я рад, что вы приехали!

– Что? Что случилось? – спросила тетя Фила, бросившись к нему.

– Мне разрешили рано утром пройти к Луминессе и дать ей витаминную смесь… – нервно сглотнув, произнес мистер Силвен.

– Овадий знает, что у нее будет малыш?

– Нет пока, – покачал головой фавн. – Проблема в другом. Мне кажется, она рожает.

– Уже? – с паникой в голосе спросила тетя Фила.

– Уже!

От этой новости тетя Фила бегом кинулась из домика. Нат бросился за ней, но мистер Силвен успел-таки сунуть ему в руку три больших желтых куска какого-то фрукта.

– Это айва. Луминессе угощение.

Не желая упускать тетю Филу из вида, Нат на бегу сунул странный фрукт в карман.

В третий раз он на пути к единорогу, но еще никогда эта дорога не казалась такой длинной и запутанной. Когда в очередной раз тропа приводила их на то же место, Нат думал только о драгоценных потерянных минутах. Они мечтали поскорее добраться до Овадия и шли молча. Да и весь лес как-то странно притих, словно волнуясь за Луминессу.

И вдруг Нат услышал приглушенные шаги сзади, еле слышный шорох. Глянув через плечо, он никого не увидел, только зашелестели листья на ближайшем дереве. Страх взметнулся по телу вверх. Нат прибавил шагу. Что бы за ним ни гналось, Нату не хотелось оставаться с ним один на один.

Они перешли через небольшой каменный мостик, и Нат снова оглянулся. Никого. Только расслабился – тут же еле слышный фрр. Он резко обернулся. Кто-то явно крадется следом! Сосредоточившись на источнике звука, Натаниэль вгляделся в заросли ежевики. Темно-синие глаза. Смотрят прямо на него. У самой земли Нат заметил копыто.

Еще один единорог? Не может быть. Тетя Фила говорила, что на весь лес единорог бывает только один.

Животное снова фыркнуло. Нату показалось, что с раздражением. Вспомнив ярость Луминессы в их первую встречу, Нат бросился за тетей Филой, но тут вспомнил про айву в кармане. Это же лучшее лакомство для единорогов. Может, единорог обрадуется, если дать ему кусочек? Нат достал большую желтую дольку из кармана, положил на землю и снова поспешил за тетей.

Они вышли на луг. Овадий поставил здесь небольшую палатку, и бедный ульдра с несчастным видом сидел возле костра и жарил сосиски. Из палатки торчали ноги. Похоже, Овадий совершенно беспечно решил вздремнуть.

Заметив их, ульдра вскочил и что-то тихо сказал хозяину. Ноги сразу же исчезли, и из палатки выглянул Овадий собственной персоной. Глаза его загорелись.

– Привезли? – спросил он.

– Да, – бросила тетя Фила. – Но, прежде чем отдать Книгу, мне надо увидеть родителей мальчика.

– Я же тебе говорил, что здесь их нет.

– Как же я их тогда найду?

– Отдай мне Книгу, и я выпущу почтового голубя. Он отнесет мое распоряжение, и их отвезут в Бэттинг-эт-Флайс.

И Овадий протянул руку.

Тетя Фила опустила на землю рюкзак, вытащила фальшивую книгу и с брезгливым выражением отдала Овадию. Он жадно схватил ее и, пролистывая страницы, закудахтал от радости.

– Выпускай голубя, – велела ему тетя Фила.

Не отрывая глаз от книги, Овадий махнул ульдре. Карлик пошел в палатку, вернулся с маленькой деревянной клеткой с голубем. К лапе птицы была привязана записка.

– Ты не обидишься, если я попрошу дать мне ее прочитать, – сказала тетя Фила.

Овадий махнул ульдре. Тот открыл клетку, достал записку и отдал тете Филе. Она быстро кивнула и вернула ее.

– Все в порядке.

Ульдра снова привязал записку и распахнул дверцу. Птица сначала сидела спокойно, как будто не веря своему счастью, затем выбралась наружу и, вспорхнув, взмыла высоко в небо. Нат смотрел, как голубь парит в небе, и мысленно, переполненный надеждой, уносился следом.

– Что же, – сказал Овадий. – Терпеть не могу прощаться, но мне действительно надо идти.

Он спрятал книгу за пазуху и погладил себя по груди.

– Ну все, больше мне рисковать не придется. Да, и еще. Я решил все-таки забрать рог у единорога. А то зачем мне все эти богатства, если я не смогу долго жить?

– Но ты же слово дал!

Овадий не обратил внимания на ее слова и направился через луг к Луминессе.

За спиной Ната, слева, треснул сук. Пряный запах, похожий на корицу, разлился в воздухе, а за деревьями раздался топот и фырканье. Нат замер. Так, значит, второй единорог все это время шел за ними? Он сжал в кармане еще один кусок айвы.

Овадий уже добрался до края луга и напоследок с торжествующим видом и самодовольной улыбкой обернулся.

– Оставайся тут, Нат, – приказала тетя Фила, сощурившись.

Но не успела она сделать и шага, как из-за деревьев выскочил стройный бело-багряный единорог. Копытами он взрывал траву под ногами, куски земли летели в разные стороны, как маленькие снаряды. Он низко опустил кроваво-красную голову и нацелил острый трехцветный рог прямо на Овадия. Ульдра пискнул от страха и нырнул в палатку. Тетя Фила смотрела на единорога, мчавшегося по лугу, и глазам поверить не могла. Нат прыгнул вперед, схватил ее за руку и дернул вниз, к земле.

Услышав грохот копыт, Овадий обернулся и успел только сложить от ужаса рот в большую букву «О», потому что в следующую секунду единорог пронзил рогом его грудь. Раздался ужасный треск. Единорог сбросил Овадия, тот полетел вверх, к деревьям, и с грохотом рухнул на что-то твердое. Тетя Фила содрогнулась.

Нат, все еще пригнувшись к земле, следил, как единорог носится по краю поляны, ревя то ли в предупреждение, то ли от свершившейся победы. Сделав еще круг, он замер.

– Юникорнис индикус! – с придыханием выдала на латыни тетя Фила. – Так, значит, он существует.

На лугу воцарилась тишина. Через несколько минут тетя Фила и Нат медленно поднялись с земли. Индикус смотрел на них темно-синими глазами, но не сделал к ним ни шага. Поднявшись на ноги, Нат вытащил кусок айвы из кармана и протянул зверю в знак мира.

Единорог медленно подошел к ним. Натаниэль замер. Он смотрел единорогу прямо в глаза, давая понять, что бояться нечего. Единорог сделал еще шаг, потом еще, и наконец Нат почувствовал его коричное дыхание на руке.

– Можно обменяться с ним дыханием? – шепотом спросил Нат у тети Филы.

– Конечно. Давай я первая попробую, пойдет ли он на контакт.