Найди своего принца! Большая книга историй о любви для девочек - Ирина Щеглова

Целых два дня мое счастье было безоблачным. В пятницу Дима снова сидел со мной на занятиях, а потом напросился в гости, и мы провели вместе остаток дня: гуляли, вместе сходили за Андрюшкой в детский садик, покупали продукты в супермаркете; Дима обнимал меня за плечи и говорил, что мы похожи на молодую семью. Я краснела от удовольствия, смеялась невпопад и, наверное, вела себя очень глупо.

В субботу я пошла с ним вместе в студию, где он собирался репетировать с ребятами. Сначала было интересно, но прошло несколько часов, я устала и никак не решалась уйти. Наконец мое терпение было вознаграждено – у моих друзей кончилось время, им на смену пришли другие музыканты, и мы все вместе пошли в кино. Фильма я не помню абсолютно, мы так отчаянно целовались, что я забыла, где нахожусь. Потом уже выяснилось: мы смотрели что-то с Томом Крузом.

Друзья быстренько ретировались, видимо, поняли: нам не до них. А мы снова гуляли по вечерним улицам, разглядывали звезды, рассказывали друг другу о ночном небе и о созвездиях, целовались, целовались…

И снова желтый прямоугольник Светкиного окна вспыхнул у меня перед глазами, но быстро погас – видимо, кто-то выключил свет. Я потянулась к Диме, сегодня мне хотелось, чтобы все видели – он мой парень!

Оставалось неведомое и опасное воскресенье. Обещание Женьки не выходило у меня из головы.

– Как насчет завтра? – нежно спросила я у Димы и прижалась щекой к его щеке.

– Завтра у меня тяжелый день, – ответил он.

– У тебя тяжелый вечер, – поправила его я. – А что ты будешь делать с утра?

– С утра я буду спать, – улыбнулся он, – ужасно устал за неделю.

Такое объяснение показалось мне обидным. При чем тут сон? Разве влюбленный человек думает о сне? Я, например, последние несколько дней нахожусь в такой эйфории, что мне ни сон, ни еда не нужны.

В общем, я надулась, отстранилась от него и сказала:

– Пока…

– Я позвоню. – Он беспечно махнул мне рукой на прощание, мне ничего не оставалось, как идти домой.

На первом этаже было темно, наверное, опять перегорела лампочка. Я нащупала рукой перила и уже поставила ногу на первую ступеньку лестницы.

– Поздно гуляешь, – услышала я, и чья-то тень, отделившись от стены, приблизилась ко мне.

Сердце гулко стукнуло по ребрам.

– Старых друзей не узнаешь? – спросила тень насмешливо. Вспыхнул огонек зажигалки, освещая полузабытое лицо.

– О, Рита, привет, – с огромным облегчением сказала я. – Давно не виделись.

Это была она – девушка из соседнего двора. И хотя знакомство с ней и ее компанией обернулось для меня годичным затворничеством, я все-таки почти обрадовалась ей. Она была старше меня на год или больше, значит, сейчас ей уже лет восемнадцать. Выглядит старше своего возраста, но я почти сразу узнала ее, наверное, от страха, так обострилось мировосприятие. Мы не виделись пару лет. Точнее, виделись мельком, едва здоровались, издали кивая друг другу.

– Давно, – согласилась она, как будто насмешливо. – Ты же меня избегаешь?

– Н-нет. С чего ты ты взяла? – неуверенно ответила я.

– Земля слухами полнится.

Я почувствовала, с ней рядом был еще кто-то. Этот кто-то шевельнулся, потом из темноты протянулась его рука. Рита оттолкнула ее и сказала насмешливо:

– Костян освободился.

Я вспомнила: так звали парня, которого тогда посадили.

– Как он? – спросила я.

– Нормально, видишь, гуляем. А другие еще сидят.

Ритин голос сорвался.

– Как ты, Костян? – спросила она, обернувшись к приятелю. Он промолчал.

– Не хочет говорить, – усмехнулась Рита. – Мы тебя тут давно поджидаем, – сообщила она.

– Зачем? – Я удивилась. – Телефон же есть, позвонила бы…

– Не, тебя мамка заругает и станет пасти, а нам это ни к чему. У нас к тебе вопросы есть, серьезные.

– Спрашивай. – Мое недоумение стремительно росло.

– Сама-то ничего не хочешь рассказать? – Взгляд у Риты неожиданно стал злым.

– О чем?

– Не знаешь?

– Нет…

– Забыла? Забыла, как на парней наших тогда настучала? – Рита угрожающе придвинулась. – Мамку с папкой испугалась и дяденькам полицейским все выложила?!

– Рита, что ты несешь? – Я не отступила от нее, не отодвинулась, не вздрогнула и тогда, когда тяжелая лапа Костяна опустилась на мое плечо и раздался сиплый голос:

– Колись давай!

Я разозлилась. Это – мой подъезд! Два пролета – и квартира, где ждут меня родители и брат. Только что меня целовал парень, в которого я влюблена. Так почему же на меня практически в моем доме наезжают всякие отморозки, да еще и предъявляют какие-то немыслимые претензии?! Я бесстрашно стряхнула руку Костяна с плеча.

– Вам дяденька полицейский только что об этом сообщил или во сне приснилось? – гневно бросила я.

– Во сне, – хохотнула Рита. – У нас сведения из первых рук.

– А ты че, гордая, да? – снова подступил ко мне Костян.

– Не кипятись, – посоветовала я, – а то снова наделаешь глупостей.

– Че?!

– Уймись, Костян. – Рита придержала его рукой. – Дашка права, ты ж только пришел, если еще ввяжешься во что-нибудь, впаяют будь здоров!

На втором этаже щелкнул замок, кто-то открыл дверь.

– Дарья! – послышался голос отца. – Это ты?

– Иду, пап.

Я отстранила Риту и пошла вверх по лестнице.

– Еще увидимся, – пообещала она.

Когда я подошла к отцу, он спросил:

– С кем ты говорила?

– С нашими ребятами, мы в кино ходили, а потом погуляли немного, вот мы и стояли, болтали потихоньку… завтра же воскресенье.