Перекресток двенадцати ветров - Олег Верещагин

— две пары нижнего белья;

— спортивный костюм;

— свитер (при виде этого предмета Светка жалобно сделала брови домиком);

— тонкая брезентовая накидка;

— три пары носков;

— одеяло;

— ложка, миска, кружка;

— куча разной мелочи вроде иголок и ниток.

— Я не поняла, — взбунтовалась Светка, — а спальник?! В спальнике теплее, чем под одеялом!

— Теплее, — кивнул Рат, выбросивший из её рюкзака фирменный купальник из лямочек и чашечек с треугольничками (Светка проводила его обречённым взглядом.) — Лежишь в тепле, потом надо быстро вскочить — и… — он выдержал паузу.

— Так, ну а палатка? — это уже Егор включился, без подтырок, на самом деле удивлённо.

— У нас канадка, она весит всего два кило…

— Это пять банок сгущёного молока, — сказал Рат. — На черта нужна палатка, если… ладно, сами увидите. В общем, не берём… — он оглядел всех и засмеялся: — Да поймите же, в тайгу надо с собой брать побольше продуктов — и из остального только то, что нельзя найти на месте. Ну я объясняю. Вот у вас отличные приспособления для костра. Титан. Производство Германии. А зачем они? Вот тренога, тросик, крюки… Всё это есть в лесу.

Та же палатка. За десять минут можно сделать шалаш — лучше любой палатки. Вот аптечка — вещь хорошая, я же не предлагаю её оставить и лечиться народными средствами… хотя они и неплохи. Вот топоры — по штуке каждому, я же не говорю — давайте их оставим и сделаем каменные. Но фонарики-то вам зачем?

— Ладно, убедил, — буркнул Егор, выглядевший обескураженным.

— Вот и давайте раскладывать продукты, — улыбнулся Рат. — Консервы — это самая основная тяжесть…

…Егор и Светка всё ещё возились с рюкзаками, когда Рат кивком вызвал Сашку на улицу. Прикрыв за собой дверь, он сказал негромко:

— Я так понял — ты в военном клубе занимашьеся?

— Ну, у юных десантников, — согласился Сашка, — а что?

— Пошли, — Рат зашагал к одному из сараев, на ходу объясняя: — Я когда про тайгу говорил — я не пугал. Там всякое бывает, даже со взрослыми… Мне кажется, дядя… Владимир Никифорович забыл, что такое тайга. Нас четверо, я свою вертикалку возьму… — он запустил руку под навес крыши и достал большой свёрток промасленной тряпки. — А ты это возьмёшь. Это деда, ещё с Первой мировой.

— Что… ну, блин!

В руках у Сашки оказалась лаковая, хотя и вся поцарапанная, кобура. Он безошибочно нашёл защёлку — крышка отскочила.

— Это же маузер! — Сашка достал и поднял стволом вверх прославленное старыми художественными фильмами оружие. — Настоящий!

— Ну да, — подтвердил Рат. — А вот патроны… Ты его пока спрячь, а потом наденешь. Я покажу, как с ним обращаться. А половина отряда с оружием — это уже всё-таки…

— Хорошо, — Сашка убрал пистолет и, закрывая крышку, взглянул на Рата. — Слушай… — он помедлил. — Почему ты… как бы… Ну, вот наши ровесники, я многих знаю, они выпивают, матерятся так, что уши вянут, с девчонками крутят — всё хотят взрослыми казаться. А ты… Ты вроде и правда взрослый.

— Ты Пикуля^[15] читал? — спросил Рат. Сашка кивнул. — «Честь имею!» помнишь? Какой там у главного героя девиз был?

— «Лучше быть, чем казаться», — вспомнил Сашка. — Это из Библии, по-моему… Так значит, и ты считаешь…

— Конечно, — бесстрастно ответил Рат. — И ты, мне кажется, думаешь так же…

…Распоряжение лететь пилоты восприняли совершенно спокойно. Старший из них только уточнил:

— Вы уверены, что там найдётся, где приземлиться?

— Абсолютно, — твёрдо ответил Рат, поскольку ответа ждали именно от него. Пилот пожал плечами:

— Ну что ж, мы можем лететь в любой момент. Прогноз благоприятный, за час будем возле хребта.

— Отлично, — кивнул Егор. Он вообще выглядел очень оживлённо, и это даже радовало.

Рат скомандовал:

— Таскаем вещи… Я сейчас приду…

…— Улетаешь, значит… — бабушка вздохнула. — Ну что ж…

— Ксанка за тобой присмотрит. И Виктор Валерьевич, да вон и баба Катя, — он кивнул старой подруге бабки, которая энергично закивала.

— Да уж чего за мной присматривать… — покачала головой старая женщина. — А то и не ходил бы…

— Пойду, обещал, — решительно сказал Рат. И, повернувшись, зашагал по улице, уверенно ставя ноги…

…Члены экспедиции ждали около «финиста». Егор, глядя снизу вверх, неожиданно спросил:

— Послушай, это правда, что тут много золота?

— Да, — коротко ответил Рат. Подумал и, подхватив с травы рюкзак, добавил: — Старики говорят так: «Золото мыть — голосом выть.»

— Старики… — усмехнулся Егор. — Ты-то мыл. Мне отец рассказывал.

Рат молча пожал плечами. Зато Сашка неожиданно ответил:

— Слушай… Жора. Отвяжись от человека с разной хренью, я тебя прошу. У него папы-бизнесмена нету. Он как может, так и зарабатывает. Думаешь, ему, — он кивнул на невозмутимо карабкающегося в самолёт Рата, — приятно разных дундуков по тайге водить? А он водит, потому что бабку кормит. Твою тоже, между прочим, твоего отца мать! Не ворует, газетами на улице не торгует — ноги сбивает и комаров кормит за деньги, которые тебе папа на карманные расходы даёт!

Странно, но Егор не обиделся. Он выслушал всё это и спокойно ответил:

— Ничего ты не понимаешь, Саш.