Возведённые в степень - Валерий Квилория

Через минуту он уже колдовал над её причёской. Из-за отсутствия лака и пенки для укладки волос, Захарьев использовал имеющиеся в наличии подручные средства. А имелись иголка и катушка белых ниток, которыми он и принялся сшивать разделённую надвое пышную причёску. Среди белокурых волос завуча белая нить, конечно, бросалась в глаза, но не очень.

– Я вам пока последнее сообщение прочитаю, – предложила подобревшая Фенечка и придвинула к себе лист бумаги.

В депеше на имя директора школы говорилось, что осадное положение продолжается и, что скоро на помощь в городок прибудут части регулярной армии. Пока же в школу подвезут продукты питания и предметы первой необходимости.

– Что за предметы? – не поняли друзья.

– Всё, что вам для жизни в первую очередь необходимо, – совсем непонятно пояснила Фенечка.

– А что нам такого необходимо? – посмотрел Шурка на Леру.

– Патроны, – принялся загибать пальцы Лера, – ружья, каски и, если можно, рыцарские латы.

– Нет, Стопочкин, – обожгла его взглядом завуч. – В школу завезут матрацы и постельное бельё, на котором вы будете спать. А ещё полотенца, мыло, зубную пасту и прочие средства гигиены.

– А парни верно говорят, – подал голос Пантелеймон Юрьевич. – Нам бы автоматы, парочку пулемётов и какую-нибудь пушечку, иначе от глобалов не отбиться.

К тому времени Шурка сделал последний стежок и отступил, любуясь своей работой. Фенечка снова взялась за зеркальце.

– Ну, как? – вопросительно глянула она на Пантелеймона Юрьевича.

– Как-то пирамидально, – признался биолог.

Действительно сведённые вместе половинки былой причёски напоминали островерхую крышу какого-нибудь старого домика в Троицком предместье Минска.

– Может, верхушку срезать? – почесал за ухом Шурка.

– Тогда будет похоже на перевёрнутую вверх дном утятницу, – не без злорадства вставил Лера.

В следующий миг в кабинет стремительно вошёл запыхавшийся Почёмбыт. Схватил депешу, пробежал по ней глазами и только потом посмотрел на завуча.

– Ношение руля, Фаина Демьяновна, вам на пользу не пошло, – заметил он, думая о чём-то своём. – Что-то у вас в лице изменилось.

Завуч хотела объяснить, что во всём виновата муравьиная кислота и замаскированная просека на голове, но Юлиан Сидорович внезапно бросился к окну.

– Едут! – радостно объявил он.

Лера обернулся и увидел, что в ворота школы въезжают два небольших фургончика, на которых крупными буквами выведено «МЧС».

– Ура! – обнялись завуч с директором.

Но тут из поднебесья на один из грузовиков с противным жужжанием спикировало нечто жёлто-чёрное, размером со среднего слона.

– Да это же оса! – ужаснулось школьное руководство.

– Нет, – не согласился Пантелеймон Юрьевич, который уже видел убитую Шуркой осу, – оса поменьше, это шершень.

Шершень вцепился в фургон и слышно было, как под страшным натиском его шести лап трещит жестяная обшивка. Ухватив добычу, гигантское насекомое легко оторвало её от земли.

– Боже, – зарыдала Фенечка, – а как же водитель?!

В ту же секунду дверь грузовичка открылась, и наружу вывалился человек. На помощь ему из школы выбежали несколько старшеклассников, ухватили бедолагу за руки-ноги и уволокли под защиту каменных стен. Водитель другого фургона резко затормозил и тоже скрылся в школе. Но шершни больше не нападали.

– Уверен, что этот глобал, представляющий род общественных насекомых из группы ос, украл продуктовую машину, – грустно заметил учитель биологии. – Они чуют еду за десятки километров.