Маленькая фея и Город Снов - Злата Серебрякова

– Это Тапыч! – весело закричал Мишка и замахал руками. – Тапыч! Мы здесь!

И действительно, между больших валунов, по заросшей тропинке, от ворот замка, то и дело оглядываясь, косолапо бежал плюшевый медвежонок.

Тапыч и мальчик радостно обнялись.

– Тапыч, миленький! Как ты здесь оказался? А Надюшка где?

Мальчик восторженно смотрел на верного друга. Медвежонок замялся. Алинка присела рядом и положила руку Тапычу на плечо.

– Ну, рассказывай, что случилось?

И Тапыч рассказал.

Нарисованная волшебным мелком дверь вывела их с Надюшкой в Город Снов. Только оказались они не в самом городе, а в лесу на склоне горы. Сыщики долго бродили среди деревьев – то поднимаясь по склону вверх, то спускаясь вниз. Было совершенно ясно, что расследование зашло в тупик. Надюшка и Тапыч заблудились. На самой вершине горы они обнаружили маленький домик, окружённый забором. Надюшка обрадовалась – наконец-то можно будет узнать дорогу.

Тапыч долго барабанил в дверь, но на его стук никто не вышел. Так как дверь была не заперта, сыщики решили зайти и подождать хозяев.

В домике была всего одна комната.

– Не похоже, чтобы здесь кто-то жил. – сказала Надюшка, разглядывая толстый слой пыли на столе.

Тапыча заинтересовал большой буфет в углу. Медвежонок здорово проголодался во время хождения по лесу и рассчитывал найти в буфете что-нибудь съедобное. Он стал передвигать горшочки и баночки, заглядывая в каждую из них. В самом углу на полке стоял большой медный кувшин, в котором явно что-то было. Тапыч даже не смог сдвинуть его с места. Медвежонок ухватился за ручку и поднатужился. Кувшин сдвинулся, одновременно часть стены отошла в сторону, открывая тёмный проём и лесенку вниз.

– Что это? – испугался Тапыч.

– Потайная дверь! – отозвалась Надюшка, заглядывая в темноту.

– Надеюсь, ты не собираешься туда лезть? – строго спросил Тапыч.

Но Надюшка уже спускалась по ступенькам.

– Там наверняка есть что-то интересное!…

Недовольный Тапыч двинулся за ней.

Они оказались в большом зале. Зал освещали факелы, закреплённые в стенах. Причём факелы зажглись сами собой, едва Надюшка ступила на гладкий мраморный пол. С одной стороны зала на возвышении стоял большой трон. Надюшка разглядывала красивый узор, покрывавший его спинку, когда Тапыч дёрнул её за руку и прошептал:

– Посмотри, там кто-то есть.

Надюшка резко оглянулась. В другом конце зала была арка. В арке стоял высокий человек в плаще. Из-за капюшона, надвинутого на лицо, он выглядел довольно зловещим.

– Извините, пожалуйста, – осторожно сказала Надюшка, – мы заблудились и хотели узнать дорогу. Вы не могли бы нам помочь?

Человек не сдвинулся с места. Надюшка пригляделась повнимательней и засмеялась. Она пробежала через весь зал и остановилась прямо перед человеком в плаще.

– Не бойся, Тапыч, иди сюда, – махнула рукой девочка, – это же картинка.

Она была права. Это, действительно, было изображение на стене. Но столь искусное, что казалось – ещё мгновение, и складки плаща всколыхнутся, а из-под капюшона блеснёт острый взгляд. На груди у человека была жёлтая цепь. На цепи большой медальон в виде хищного профиля птицы со страшным изогнутым клювом. Вот только глаза у птицы не было. Как будто его сковырнули. Вместо него – вмятина на стене.

– Смотри, здесь какие-то буквы! – сказал Тапыч, указывая на арку над головой нарисованного человека.

Надюшка отошла подальше и медленно прочитала:

Шишли-мышли, час настал!

Встань на место, мой кристалл.

Выбираю ночь и мрак,

Солнца луч теперь – мой враг!

Абуль-фабуль-бигуди,

Чёрный Флипен – выходи!

Когда Надюшка произнесла последние слова странного стишка, из-за колонны выскочил противный мохнатый человечек. Он оскалил кривые зубы и наставил на девочку большую картонную вилку.

– Ни с места! – закричал разбойник. – А не то я проткну насквозь ваши пухлые животики! Я великий и ужасный Михаед!

Надюшка тут же вспомнила о том, как она нарисовала в Мишкином альбоме чудовище. Этот мохнатый, и правда, был на него сильно похож.

– Кто говорил о Чёрном флипен-чпоке? – продолжал орать человечек, размахивая ножом и вилкой.

Надюшка пожала плечами, а Тапыч громко икнул и указал лапой на рисунок на стене.

– О! Чёрный флипен-чпок! – склонился в почтительном поклоне разбойник.

Заподозрив неладное, он решил подобраться поближе. Хитрые глазки внимательно разглядывали картину. Михаед потрогал пальцем вмятину на нарисованном на стене медальоне и забормотал:

– Что она говорила там про кристалл? Мой час настал? Эй! Девчонка, прочитай-ка ещё раз!

Надюшка молчала. Михаед нахмурился, но вдруг ему пришла в голову чудесная идея. Он вытащил из кармана флипенбол Ямуса и вставил его в углубление в стене. Камень вспыхнул багровой молнией. Раздался гром. Пол и стены зала сдвинулись. Казалось, что какая-то неведомая сила вырвала дом из земли. Мохнатый разбойник тоже исчез, а на его месте появился тот самый, в плаще с капюшоном… Хозяин замка – Чёрный флипен-чпок.

– А потом мы услышали, как внизу кричит Алинка. Этот пригрозил нам, чтобы сидели тихо, а сам пошёл заманивать вас в ловушку. Хорошо, что вы вырвались. – вздохнул Тапыч, заканчивая свой рассказ.

– Как же тебе удалось сбежать? – спросила Алинка.

Тапыч фыркнул:

– Сбежишь там! Этот Чёрный Михаед нагнал полный замок Теней. А меня он послал парламентёром. Сам-то, видать, боится выходить.

– Зачем послал? – не понял Мишка.

– Не зачем, а кем, – Тапыч многозначительно поднял лапу, – парламентёром! Велел, чтобы я передал. Ну, как его ультиматум, во!

– А что такое «ультиматум»? – спросил Мишка, обернувшись к Алинке.

– Это такой приказ. – ответила Маленькая фея, глядя на Тапыча. – и что же он требует?

Медвежонок сел на камень и вздохнул.

– Требует, чтобы Город Снов подчинялся теперь только ему. И чтобы ни один Сон без его ведома не смел покидать свой фонтан. А иначе он грозится все эти фонтаны осушить. Так он сказал. – виновато развёл лапами Тапыч. – А ещё сказал, что, если я не вернусь, он Надюшку заколдует. Вот. Что теперь делать?

И расстроенный медвежонок виновато опустил голову.

– Не расстраивайся, Тапыч! – успокоила его Алинка. – Ты тут ни при чём! Все вместе мы что-нибудь придумаем! Верно, Миш?