Побег - Кэтрин Ласки

– Неужели это земля двигается?

– Земля не двигается. Просто вода отступает.

Эстрелла вспомнила свой ночной бег. Тогда каждая новая волна забиралась на берег все дальше; теперь вода проделывала обратный путь.

Ярко-розовые и лиловые облака затянули горизонт. Они походили на развевающиеся хвосты и гривы лошадей, скачущих вдоль моря.

– Мы можем идти! – воскликнула Эстрелла, осторожно ступая вперед, на оголившееся песчаное дно пролива. Остальные потянулись следом.

Когда они уже вошли в воду, странный, тревожный запах ударил им в ноздри. Лошади прижали уши и зафыркали. На том берегу, на отмели, полускрытые песком, лежали странные темные предметы, и от них исходил запах опасности. Эсперо занервничал.

– Они пахнут смертью, но они живые!

– Кто они такие? – спросила Эстрелла.

Она ощущала растущий внутри ужас. Точно такое же чувство вызывала стремительная белая тень под водой.

Одно из существ шевельнулось, стряхнуло песок – и широко разинуло жуткую пасть, полную острых устрашающих зубов.

– Крокодилы! – взвизгнул Эсперо.

Он встречал этих хищников на Первом Острове, в болоте близ долины. На его глазах один из них почти целиком проглотил новорожденного жеребенка.

– Назад! Назад! – кричала Анжела.

Селесто била дрожь. Он присел на задние ноги, не в силах сделать ни шагу.

Эстрелла зажмурилась и раздула ноздри, пытаясь вызвать в памяти сладкий запах трав… А потом яростно и звонко крикнула:

– Нет! Мы не можем!

– Но почему? – спросила Корасон.

– Мы не можем повернуть назад! Мы в самом начале пути!

Молодая кобылка вся дрожала, но не от страха, а от возбуждения. Анжела недоверчиво смотрела на нее. Никто не решался двинуться вперед. Тогда Эстрелла глубоко вздохнула – и шагнула на песчаное дно. Песок впереди зашевелился, будто вскипел: крокодилы вылезали на поверхность.

Внезапно лошадка почувствовала, что Эсперо рядом с нею.

– Они нас учуяли.

Хищники поползли быстрее; теперь были видны их короткие мощные лапы. По суше они, огромные как бревна, передвигались довольно неуклюже. Плоские бугристые головы поднимались, ловя запах лошадей.

– Мы можем обогнать их! – сказала Эстрелла, почуяв, что остальные идут следом. – Посмотрите на эти дурацкие короткие лапы! Они никогда нас не догонят. Мы можем лягаться. Мы можем их перепрыгнуть.

Она помедлила и добавила:

– На нас больше нет седел, нет мундштуков. Мы вольны сам выбирать свой путь.

Эсперо коротко заржал и ударил копытом.

– Она права! Нас ничто не удерживает, нами никто не управляет. У нас больше нет хозяев. Мы свободны!

Эстрелла сделала еще несколько шагов, но остальные медлили.

Они не пойдут, пока я не встану впереди.

И тогда лошадка сорвалась в галоп.

Она неслась, словно закатное облако, летящее по ветру. Черные грива и хвост развевались, как флаг на мачте корабля. Добравшись до противоположного берега, Эстрелла просто перелетела через двух крокодилов. Хищники яростно завертелись, распахнув ужасные пасти. В мозгу кобылки на мгновение встала жуткая картина – нога Мамиты, исчезающая в алой от крови воде. Нет! Нельзя! Нельзя об этом думать!

Эстрелла вновь взвилась в воздух, перепрыгивая крокодилов. Остальные лошади с громким ржанием устремились за ней.

Разъяренные хищники щелкали зубами и в бешенстве били хвостами, взрывая фонтаны песка. В следующее мгновение Эсперо услышал звонкое щелканье, напомнившее ему удар хлыста. Он обернулся – и увидел, как брызги крови летят на розовый от восхода песок.

– Селесто! – отчаянно закричал Эсперо.

Это была кровь молодого жеребца. Один из крокодилов мощным хвостом задел его и сбил с ног. Селесто неимоверным усилием тут же вскочил на ноги, ударил нападавшего хищника копытами и взвился в воздух. Эсперо видел, как кровь заливает голову жеребца.

Перепрыгнув через крокодилов, Селесто помчался по песку и вскоре оказался в безопасности, на высоком берегу пролива. Вся морда его была в крови, он пошатывался – и Эсперо с Корасон поспешно встали сбоку, чтобы поддержать его.

– Я думаю… Кажется… кажется, меня задели хвостом.

Он замотал головой, стряхивая кровь. Голубой глаз сверкнул – ярко, словно утреннее небо.

– Мой небесный глаз в порядке! – с облегчением выпалил Селесто.

– А второй? – тревожилась Эстрелла.

– Не уверен… не знаю… – в голосе жеребца зазвенел страх.

Корасон принялась ласково и осторожно вылизывать кровь вокруг глаза Селесто.

– Думаю, малыш…

– Я вижу! Вижу им! Правда вижу!

– Веко рассечено, потому и кровь. Но это скоро заживет, – ободряюще сказала Корасон.

– У этих крокодилов такие хвосты – вы и представить себе не можете! Мне повезло, что он всего лишь кончиком зацепил веко. Таким хвостом он мог бы голову мне снести!

Анжела вздохнула:

– И поглядите на них теперь! Зарылись в песок и снова лежат, будто бревна. Можно подумать, что они заснули.

– Будем надеяться, что так и есть, – решительно махнула гривой Корасон.

– Надо идти дальше! – сказала Эстрелла, и вся компания, растянувшись цепочкой, двинулась вдоль берега.

Если бы Эстрелла только знала, сколько раз в ближайшие сто дней ей придется повторить эту фразу… Возможно, зная это, она испытывала бы сейчас тяжкие сомнения и неуверенность. Но молодая кобылка ни о чем не догадывалась и потому шла вперед, а за ней следовали Селесто, обе кобылы и Эсперо.