Дочь колдуна - Сергей Охотников

— Чешуйница шпионская серебристая, отличный экземпляр. Кажется, кто-то за вами следил. Впрочем, уже не важно. Продаете животное? — осведомился карлик.

Ник кивнул. Тогда ушастый господин убрал банку с чешуйницей, достал из конторки прозрачный кристалл, вставил его в каменную столешницу и объявил:

— Пополняю ваш счет на восемьдесят девять марок, согласно прейскуранту.

Кристалл стал медленно наливаться голубым светом. И когда лазурный столбик заполнил почти все пространство между хрустальными стенками, карлик сказал:

— Готово, можете пользоваться.

— Мне нужна справка! — тут же повторил Ник. — Хочу знать, что это за место и почему у вас вход в подвале дома?

— С вас одна марка, — ответил карлик, а потом начал рассказывать.

Оказывается, рядом с людьми, только под землей, всегда жили маленькие камнерожденные человечки. Цверги и кобольды были самыми многочисленными, но не единственными. В стародавние времена подземные жители враждовали друг с другом, да и людей особо не жаловали. Война была жестокой и бесконечной, но недавно, всего каких-то шестьсот лет назад, люди на поверхности придумали объединить торговые города в Ганзу. Карлики, которые привыкли постоянно подсматривать за людьми, крепко задумались и создали свою подземную Ганзу, или Унтерханзу.[2]С тех пор подземные поселения разрослись, коммерция пошла в гору. И так далее и тому подобное. Рассказчик еще долго расписывал бы искусность камнерезов и расчетливость банкиров, если бы Ник не стал задавать вопросы.

— А что это за синий свет в кристаллах? — спросил он. — Что значит пополнить счет на восемьдесят девять марок?

— Видишь ли, — сказал привратник Гартхольд, — мы, камнерожденные, не имеем собственной жизненной силы. Мы заимствуем ее из недр земли. Или от людей и других разумных существ. Эта сила — самое дорогое под землей. Мы научились хранить ее в кристаллах и используем вместо денег. Наши алхимики слишком хорошо умеют производить золото и серебро, поэтому золотые монеты у нас не в ходу.

— Значит, я могу использовать этот счет, — Николас помахал светящимся кристаллом, — чтобы вернуть себе молодость?

— Боюсь вас расстраивать, — отозвался Гартхольд, — но вы, люди, кроме вампиров конечно, не можете свободно впитывать чужую жизненную силу. К тому же средств на твоем счету все равно недостаточно.

— Ладно… — уныло проговорил Ник.

Слишком много на него обрушилось за этот день. А тут еще цверги, кобольды и вампиры. Впрочем, раз справка все равно оплачена, следовало задавать вопросы:

— Много у вас в городе домов и подвалов?

— У нас большие вложения в недвижимость! — гордо ответил карлик.

Ник не совсем понимал, зачем задал этот вопрос, но ответ направил ход мыслей в нужное русло:

— И что, все дома одинаковые? А на воротах всегда головы с длинными ушами и большим носом?

Гартхольд кашлянул:

— Про правильный размер ушей я бы поспорил. — Потом ответил: — Дома у нас бывают разные. Есть несколько типовых проектов, а высокохудожественные барельефы на воротах — специальный знак для посвященных и одновременно колдовской ключ-талисман.

— Колдовской ключ! — воскликнул Ник и звонко стукнул себя ладонью по лбу.

Вот теперь все стало понятно: мастер Гримгор нанял несколько цверговских особняков и создал специальное заклинание, которое переносит от одного домика к другому. И каждый раз, открывая ворота, он, Ник, на самом деле запускал заклинание телепортации! В последний раз что-то пошло не так, и колдовство сожрало всю жизненную силу! Старичок Николас собрался было бежать, но вспомнил, что не может сейчас бегать, да и невежливо уходить таким образом.

— Я скоро вернусь, пожалуйста, никуда не уходите! — сказал Ник и пошел по коридору обратно.

Гартхольд кивнул, тут же закрыл глаза и мгновенно уснул.

В конце коридора на кирпичной стене имелся знакомый барельеф, Ник приложил ладошку к глиняной голове и сказал:

— Гугенхайм, открывай!

Стенка послушно развернулась, пропуская старичка. Николас прошел в подвал, поднялся по лестнице и прислушался. В доме было тихо. Наверное, стражники не проявили должного усердия и уже закончили с обыском. Тогда Ник осторожно вышел в прихожую, а затем во двор. Черные чугунные ворота так и лежали среди крапивы. Старичок Николас не без труда присел на корточки, чтобы дотронуться до барельефа, и прошептал:

— Гугенхайм, деанимация!

Тут же мир замелькал перед глазами. Темнота накрыла, но всего на мгновение. А еще что-то зашевелилось в кармане. Николас, шатаясь, поднялся на ноги. Ощупал свое лицо — кожа была гладкой! Тогда он запустил руку в карман и выудил оттуда серебряный талер, совершенно целый и неповрежденный. Ник чувствовал, что окончательная разгадка всей этой колдовской истории совсем рядом, и со всех ног бросился обратно в дом. Лишь забежав в подвал, он понял, что вновь может бегать, и очень даже быстро. Вернувшись к Гартхольду, Ник с ходу спросил:

— А что за чешуйница была у меня в кармане? И почему талер вновь стал целым? Что там за колдовство с вашими воротами?

— Консультация — одна марка! — улыбнулся привратник.

— Снимите с моего счета! — Ник протянул карлику светящийся кристалл.

Произведя платеж, Гартхольд стал объяснять:

— Думаю, вы столкнулись со стандартной схемой секретной защиты. Мы позволяем колдунам встраивать такую в недвижимость. На входе имеются ворота с колдовским ключом. Всякий, кто называет имя ключа, подвергается проверке. И если чист, переносится к другим, точно таким же воротам. Если же имеет при себе вредоносные заклинания и устройства, то отправляется в другом направлении. И получает энергетический удар.

— Вот так дела! — воскликнул Ник. Теперь он окончательно все понял. Из-за шпионской магии в талере заклинание телепортации сработало по-другому. А серебряную чешуйницу наверняка подбросила та злобная старушка. Ну, или другая, не менее злобная.

— Еще бы, — подтвердил Гартхольд. — Патентованная охранная схема фирмы «Даркхаузер и сыновья». Еще будут вопросы?

— Конечно! — весело отвечал Николас.

Чувствовал он себя великолепно, жизненная сила так и бурлила в нем. Теперь, когда она вернулась, Ник каждой клеточкой тела ловил ее сладкое, чуть щекотное течение.