Большая книга ужасов. Millennium - Ирина Щеглова

– Ладно, мам…

Вот такие разговоры портят настроение хуже всяких Жрагаров! Я посмотрел на Варю:

– Ты хоть нас порадуешь?

– Обещали приехать, – улыбнулась художница. – Правда, только на выходных… Работы много и ехать через всю Москву.

– А сегодня вторник. Так что у Жрунов четыре дня, – сказал Кирилл Владимирович.

Все надолго замолчали. Наверное, думали о том, как так получилось, что нельзя попросить родителей спасти собственного ребенка от Жрагара. Ни к чему были эти грустные мысли, так что я вернулся к предыдущей нашей теме:

– Давайте Руслана искать.

Первым делом мы подошли к Андрею Ивановичу.

– Юсупов? Не хочу знать этого слабака, – ответил вожатый. – Так его расписывали, мол, талантливый, работоспособный… А тут говорит, не буду заниматься – уезжаю домой. Разве это дело?

– И что, уехал?

– Смылся, слабак! – Андрей Иванович ударил кулаком по столу. – Сказал, к Татьяне Марковне, директрисе нашей, пойдет. А вечером его уже не было, и в домике не ночевал.

– Так вы видели, чтобы он уезжал из лагеря? – спросил я. – Может, с ним случилось что-то.

– Да что с ним может случиться? – Вожатый занервничал, но решил этого не показывать.

Например, Жрагар мог его запросто сожрать. После обеда мы сразу же пошли в административный корпус, подкараулили нашу директрису и завалились в ее кабинет.

– Садитесь, ребята. – Татьяна Марковна указала на ряд стульев у стены.

– Мы по поводу Руслана Юсупова, – говорю. – Правда, что он уехал из лагеря?

– С чего вы взяли? – удивилась директриса. – Все отдыхающие «Прогресса» на местах, жалоб нет. Для первой смены ситуация просто идеальная.

Я хотел высказать все, что думаю по поводу замечательной работы лагеря. Мол, дети у них пропадают вместе с Интернетом, а на территории водятся опасные монстры. Но Татьяна Марковна опередила меня:

– Скажите, ребята, а что вы знаете про Жрагара?

Думал, у меня челюсть на пол упадет. Хотя чему удивляться? Она ведь директор и просто обязана знать, что происходит в ее лагере. Как ни странно, выручила нас Сорокина:

– Мы видели, как мальчишки-футболисты рассматривали странный альбом, а потом кричали про этого Жруна, или как там его…

– И что вы думаете обо всей этой истории? – Татьяна Марковна пристально посмотрела на нас поверх очков.

Настала моя очередь высказаться:

– Мне кажется, все это может быть очень опасно для неокрепшей детской психики. Я бы рекомендовал вызвать психотерапевта и, на всякий случай, спасателей, – хотел еще добавить «эвакуировать лагерь», но понял, что номер не пройдет.

– Знаете что, молодой человек! – директрису почему-то ужасно возмутили мои слова. – В моем лагере нет никакого детского помешательства! Это все пережитки старого советского прошлого.

Я понял, что Татьяна Марковна в курсе истории «Орленка» и не хочет разбирательств, губительных для карьеры. Глядя на наши кислые лица, директриса смягчилась:

– Я этот мерзкий альбом положу в сейф под замок. А Юсупова мы обязательно найдем! Андрей Иванович у меня марафон по лагерю пробежит, но отыщет мальчика!

На этом аудиенция закончилась, мы вышли из кабинета, и я повел ребят к логову завхоза. Постучался, открыл дверь.

– А, это ты? – мужик меня сразу узнал. – Опять сайты ищешь?

– Нет, – я решил говорить напрямую, – нужны ключи от нового домика. От того, где вы краны вчера ставили!

– Ишь, чего захотел! – рассмеялся сторож. – Может, тебе туда еще кабельное провести и джакузю поставить?

– Очень надо до выходных спрятаться. Каждую ночь зубной пастой мажут, а у меня на фтор аллергия, – я врал самым наглым образом, но завхоз заметно смягчился, осталось только его добить: – Если выберусь из «Прогресса» живым и здоровым, попрошу своего друга приехать посмотреть сервер и ресивер. Он в банке админом работает, у него там всяких запасных деталей завались просто.

Завхоз тяжело вздохнул:

– Ладно. Идем, покажу вам домик. Только там еще линолеум не постелен. Поставщики, собаки бешеные, три рулона потеряли.

Через двадцать минут мы уже тащили свои вещи в новое жилище.

– Думаешь, сможем спрятаться за стенами от Жрунов? – спросил Кирилл Владимирович.

– Мой дом – моя крепость, – говорю. – Теперь, когда в лагере кто угодно может стать Жрагаром, я не рискну лечь в общей спальне.

– Думаете, нам так просто разрешат ночевать в недоделанном домике? – спросила Варя. – Меня вожатая точно хватится. Будет большой скандал.

Я тяжело вздохнул – вечно приходится объяснять элементарное:

– Нам переполох только на руку. Что вожатые сделают? Родителям нашим позвонят, чтобы отругали и забрали в Москву? Так это как раз то, что нам нужно! Правда, сомневаюсь, что скандал будет – у Жрагара другие методы!

Варя зажмурилась и сжала кулаки – наверное, загадывала большой переполох, звонки родителям и прочие обыденные неприятности.