Руки вверх, Синяя Борода - Валерий Роньшин

Фамилия у директора была не совсем походящая для кладбища. Вернее совсем не подходящая. На дверях его кабинета висела табличка:

"ДИРЕКТОР КЛАДБИЩА ВЕСЕЛОВ. Х.Х."

Катька постучала.

— Войдите, — донесся из-за дверей жизнерадостный голос.

Девчонки вошли и увидели полненького розовощекого коротышку. Он широко улыбнулся.

— Чем могу служить?

— Извините, — сказала Лика, — вы не И те, директор скоро будет?

— Директор перед вами! — ответил коротышка и, встав, церемонно представился: Харитон Харитоныч Веселов. Директор кладбища. Прошу любить.

— Вы директор кладбища? — недоверчиво смотрела на него Катька.

— А что, не похож? — засмеялся Харитон Харитоныч. — Небось, думали, раз директор кладбища — то обязательно мрачный тип с колючим взглядом. А я вот считаю, что на таком месте и нужен человек вроде меня. Веселый, жизнерадостный…

— Вы думаете? — с сомнением сказала Лика.

— Уверен!.. Где бы человек ни работал, он всегда должен радоваться!

— Чему радоваться?

— Да всему, — ответил директор. — Светит солнышко — радуйся, что оно светит. Идет дождь — радуйся, что он идет.

— Ну не знаю, — сказал Орешкина. — У меня вот бабушка умерла. Чему уж тут радоваться.

— Как это чему?! Радуйся, что она бабушкой умерла, а, скажем, не восемнадцатилетней девушкой.

Катька вздохнула.

— В том-то и дело, что ей восемнадцать было"

— Не понял.

— Мой прадедушка был три раза женат… — начала объяснять Орешкина.

— А-а, понял, — перебил Веселов. — У меня в роду аналогичная ситуация. — И Харитон Харитоныч принялся с подъемом рассказывать: — Мой прадедушка тоже был три раза женат. И каждая его последующая жена была моложе предыдущей…

— Мы бы хотели узнать… — сделала Лика попытку прервать разговорчивого директора.

Но не тут-то было.

Веселов оживленно продолжал:

— Впрочем, это еще не самое любопытное. Любопытно другое. И мой прадедушка, и мой дедушка, и мой отец — все были директорами кладбищ. Так что я из династии кладбищенских директоров…

— Очень интересно, — из вежливости сказала Соломатина.

— Еще бы не интересно! — воскликнул Харитон Харитоныч. — Я вам сейчас такое сообщу — вы вообще упадете. — Директор сделал эффектную паузу. — Моя прапрабабушка была знакома с самим Николай Василичем!

— С каким Николай Василичем? — не поняли девчонки.

— С Гоголем. Они познакомились, когда он останавливался в нашем городе.

— А зачем он здесь останавливался?

— Да бричка у него сломалась. Пока ее чинили, они и познакомились. И моя прапрабабушка; поведала Николаю Васильевичу одну историю, О том, как в наш городок приехал какой-то проходимец. А его приняли за ревизора. Николай Васильевич выслушал эту историю, а впоследствии написал свою знаменитую пьесу "Ревизор.

— Ничего подобного, — возразила Соломатина. — Сюжет "Ревизора" Гоголю Пушкин рассказал. Нам на уроке литературы говорили.

— Не знаю, что вам говорили на уроке литературы, а вот моя прапрабабушка…

— Послушайте, Харитон Харитоныч, — перебила его Орешкина, — нас больше интересует моя бабушка. Мы обошли все кладбище, но так и не нашли ее могилу.

Директор достал из ящика потрепанную тетрадку.

— Не волнуйтесь, девочки. Сейчас найдем вашу родственницу. Как ее фамилия?

— Несмеянова.

Веселов стал листать страницы, бормоча под нос:

— Несмеянова… Посмотрим, посмотрим… Неволяева, Немаляева, Несмейкина… Несмеяновой нет…

— Как нет? — изумилась Катька.

Веселов протянул ей тетрадку.