Белый Джаз - Джеймс Эллрой

– Галлодет сдал тебя Нунану?

– Хвала аллаху, нет. Он просто поднял панику и пару раз туманно намекнул на какие-то преступные заговоры. Я уверен, что в глазах Нунана я – всего лишь стареющий полицейский с неплохими ораторскими способностями и репутацией жесткого человека.

Крики. Отдельные лучи фонариков выхватили из темноты благодушную улыбку Дадли.

– А откуда у Галлодета пленка?

– Майк Брюнинг дал. Он побоялся, что наше дело в опасности, и поспешил к Роберту с копией фильма, чтобы обезопасить хотя бы себя самого. Увы, перед тем как я отправил его на встречу с тобой, он мне во всем признался. Так что не стоит удивляться, что я так жестоко с ним обошелся.

– Галлодет…

– Отправился к аллаху, сынок. Аккуратно расчленен и спрятан в надежном месте. Убей Веккио, если ты еще этого не сделал, и у Эксли вообще никого не останется.

– Чик сказал мне, что Дьюхеймел сдал Эксли.

– Так и есть.

– Он говорил, что Эксли хранит деньги в сейфе.

– Да, Чик прав.

– В своем доме?

– Это было бы наиболее логично.

– Большие деньги?

– Да. Сынок, ближе к делу, не мучай старика…

– Я могу вскрыть этот сейф. Я убью Веккио и украду деньги Эксли. Половина – твоя.

– Ты очень щедр, сынок, но я несколько удивлен, что ты не стал выражать своей злобы по поводу того, что произошло на рынке.

– Мне хочется вам понравиться. Чтобы вы не трогали тех, кого я здесь оставляю, если мне удастся бежать.

– Насколько я понимаю, ты предполагаешь, что я останусь в живых.

– Деньги?…

– Я с благодарностью приму половину.

У склона холма – шум: мои легавые стучатся в двери хибар.

– Чик изложил тебе суть моих планов?

– Да.

– Выходит, тебе известно, что мне нравится наблюдать?

– Да.

– Я рассматриваю это как компенсацию за ту огромную работу по поддержанию порядка, что я делаю. Таким образом, я могу покоряться греху, не впадая в грех.

ВСПЫШКА: обнаженная Люсиль.

– Ты ведь и сам любишь подглядывать, сынок. Ты знаешь, как подобные вещи способны пробуждать темные инстинкты, что дремали в твоей душе, а вот теперь ты с легкостью оставил прелести простого созерцания.

ВСПЫШКА: окна борделей.

– Я прекрасно понимаю твое любопытство, сынок. ВСПЫШКА: кассета вуайериста – картинки к звукоряду.

– Я рад, что Кафесьяны и Херрики смогли возбудить твое любопытство, сынок. Я мог бы порассказать тебе много интересного про эти семейства.

ВСПЫШКА: ярко освещенное окно – РАССКАЖИ МНЕ.

– Сынок, неужто ты не видишь, что мы нашли наконец основу для взаимопонимания? Не правда ли, ты начинаешь понимать, что мы с тобой – родственные души, братья в любопытстве…

Крики, перекрещивающиеся лучи фонариков —

Я помчался вниз по склону – на бегу то и дело спотыкаясь. Хижины, стоящие вплотную – одна к одной; лучи всех фонарей направлены в дверной проем.

Снаружи столпились следившие. Расталкиваю толпу, заглядываю внутрь:

Люсиль и Ричи Херрик – «скончались по пути в больницу».

Шпагаты на запястьях, вспухшие вены, сведенные судорогой рты.

Сплетенные тела на норковой шубе.

Рядом, на лисьей накидке, – ампулы из-под героина, шприцы и флакон жидкости для прочистки канализационных труб.