Будни рэкетиров - Ярослав Зуев

Атасов хотел пожать плечами и поморщился. Видимо, вывихнул плечо в драке:

– Ты песенку из кинофильма «Дети капитана Гранта» помнишь?

– Нет. А разве там были песни?

– А как же, типа: «Кто, весел, тот смеется, кто хочет, тот добьется, кто ищет тот всегда найдет». Заруби эту истину на носу, парень.

– Не понимаю, как так вышло…

– Хочешь быть крутым, – продолжал Атасов, – да Бога ради. Но, как говаривал мой первый ротный: Сынок, типа. Сначала подумай о последствиях. Тем более, если вместо тебя на орехи попадает твоему старому приятелю, который, кстати, сидит себе дома, никого, типа, не трогает, пьет водочку по маленькой, поминая батяню…

– ?

– Ты же знаешь, что должно было случиться. Вот, типа, и случилось. Логика, Бандура, это умение видеть последовательности закономерностей.

Атасов вытянул из кармана джинсов сложенный пополам телеграфный бланк. Текст без знаков препинания гласил, что отца Атасова больше нет. Андрей протянул бумагу обратно. Какое-то время они молчали.

– Давай, что ли выпьем, – предложил Атасов, и не дожидаясь ответа, налил стаканы до краев.

– Ты дверь захлопнул?

– Нет, по-моему…

– И не надо. Гримо, типа, с гулек вернется, а мы не услышим…

– Так Гримо на гульках?

– Что удивительного? Ему же десятый месяц. Половозрелая, типа, особь.

– Кто?

– Кто-кто! Гримо. Не ты же. Вывернулся, типа, из ошейника и тю-тю. Как почесал за какой-то сучкой, так я его и видел. Я, Бандура, пропустил пару рюмашек, получив из Винницы похоронку. Вот он, мерзавец, и воспользовался. А вообще повезло, типа, псине. Твои дружки, Бандура, пса бы мигом, типа, прикончили. Как дважды два. Паф. Есть. Вот, Бандура, никогда в точности не знаешь, где найдешь, а где потеряешь…

– Как же они тебя врасплох застали?

– Что удивительного? – не понял Атасов. – Внезапность, типа, первый залог успеха. И потом, ты же знаешь, я дверей не закрываю. Впрочем, не в двери дело… – Атасов усмехнулся. – Был у меня приятель в Виннице. Двадцать лет кирпичи и доски кулаками ломал. Кия, типа! – Атасов сымитировал рубящий удар кромкой ладони. Орехи лбом колол. Газеты рвал, свечки задувал, ударами. Пока его самого не задули.

– Каким образом?

Короче, парень жизнь посвятил каратэ… – Атасов на секунду задумался, потеряв нить, может, вспомнил отца, дожидающегося в Винницком морге. – Так вот. Дома носил исключительно кимоно, а спал с нунчаками[112]под подушкой. Точнее, типа, под татами. В общем, Бандура, не человек – ниндзя.

– Ну и что же с ним стряслось?

Ничего особенного, типа. В макиваре[113]есть один минус, парень, который подметил еще Брюс Ли. Она не умеет давать сдачи. Понимаешь? Как-то позвонили ему в дверь. Он, взял, открыл, без задней мысли. И, тут, бух! Подача в нос. Пока в себя приходил, всю квартиру обчистили. Вот, типа, как. И на старуху бывает проруха… Давай еще по одной. – Они опрокинули стаканы.

– М-да. – Атасов смахнул слезинку. – Давай, парень, рассказывай, чем ты крымчан раззадорил. Они тебя искали. Нашли – убили бы, тут, типа, и коню ясно. Меня отмудохали на совесть. Я уж подумал, замордуют до смерти, пока главарь их, Леня, кажется, не разобрался, что не по тому пляшут.

– Скоты, – не выдержал Андрей.

– Давай, Бандура, я слушаю.

Андрей в двух словах поведал об утренних приключениях.

– А чего им от барышни понадобилось?

– Понятия не имею. Честно.

– Славно, – подытожил Атасов.

– Что будем делать, Саня?

– Будем мочить козлов, – со свойственной ему невозмутимостью сказал Атасов. – Они завтра водочный склад накрыть хотят. А потом стрелка у них. Ребята не местные, но нахальные. Самоуверенные, типа.

– С кем стрелка? – уточнил временами предусмотрительный Бандура.

– А шут их разберет. Мне они не докладывали. Это они между собой трепались, пока я на полу отдыхал. Думали, вырубился. Не забивай ерундой башку, парень. Какая разница с кем, если они на нее один шиш не доедут? Мы их по дороге угробим. – Атасов откупорил новую чекушку. – Тут у меня еще снаряд. Выстрелим, типа, по почкам?

– Не вопрос, Саня.

– Телевизор цветной стащили, – добавил Атасов, пододвигая стаканы.

– Гады…

Хрен по телевизору, Бандура. Награды дедовские забрали. И мой АПС.[114]– Лицо Атасова окаменело. – Ордена они у меня кровью выблюют. Тут, Бандура, без шуток. Закопаем прямо в лесу. Я Эдика на завтра выдернул. И велел, чтобы Валерия хоть из-под земли, типа, вырыл. С этим дураком Вовкой. Чтоб утром, как штык, у меня.

– Правилову звонил?

– На кой? Мы, Бандура, и сами с усами. Без банкиров как нибудь перебьемся.

– Тоже верно, – согласился Андрей.

– Машину спалили или только пугали?

– Спалили, Саня…

– Вот и хорошо, типа. Замочим их к чертовой матери, – повторил Атасов, и в его голос, наконец-то, прорвалась лютая ярость, – джип отберем, и я, парень, с чистой совестью, поеду батяню хоронить.

Упоминание совести заставило Андрея вспомнить о Кристине. Он щелкнул себя по лбу:

– Вот черт!

– Ты куда?

– Кристине позвоню. Я ее из госпиталя не забрал.

На противоположном конце провода вначале долго никто не снимал трубку, а потом с Андреем заговорил Андрей:

– Здравствуйте, вы говорите с автоответчиком…

«Не могла же она в больнице остаться. Я бы ее не проглядел. Или спать улеглась? Лежит, десятый сон видит?»

Кристина любила укладываться пораньше, будучи стопроцентным жаворонком. В отличие от Андрея, которого долгое общение с Атасовым потихоньку превратило в сову.

«Ну так и пускай спит. Т-с. Спи моя прелесть. Увидимся завтра. Все, что ни делается, к лучшему. Да и утро вечера мудренее».

Успокоив себя таким образом, Андрей вернулся в кухню.

– Ну-с, – сказал, потирая руки Атасов. – Ишь, запотела. Работаем?

– Поехали, – сказал Бандура, потянувшись за стаканом.

* * *

пятница, 4-е, вечер