Холодный гранит - Стюарт Макбрайд

Когда на Хейзлхед опустилась ночь, район стал темным и холодным. Снег здесь был глубже, чем в центре города, а деревья выглядели как чернильные кляксы в тесте Роршаха. Уличные фонари рисовали на снегу желтые световые лужи, и мерцающий голубой маячок патрульной машины заставлял черные тени дергаться и плясать. Большинство жилых домов были погружены во тьму, но кое-где из-за приподнятой шторы просачивался свет и высовывался нос любопытного обывателя, желающего выяснить, что здесь понадобилось полиции.

Полиции был нужен Джим Ламли. Квартира Ламли совсем не изменилась с тех пор, как Логан был здесь. Она походила на обычный свинарник. На ковре кучами были сложены коробки из-под салатов вперемешку с пивными банками и бутылками. Все фотографии из комнат были перевешены на стену в прихожей, это было что-то вроде фотомонтажа из жизни Питера Ламли.

Когда Инш позвонил в дверь и, подобно броненосцу, вплыл в квартиру, ведя за собой на буксире Логана и пару констеблей в форме, Джим Ламли не предпринял никаких попыток к сопротивлению. Он спокойно встретил их, одетый в свой грязный комбинезон, небритый и взъерошенный: волосы его топорщились, как иголки у посаженного на электрический стул дикобраза.

— Если вы ищете Шейлу, то ее здесь нет, — сказал он и плюхнулся на диван. Выдернул из упаковки банку пива и открыл ее.

— Мы пришли не за тем, чтобы навестить Шейлу, мистер Ламли, — сообщил Инш. — Мы пришли за вами.

Джим Ламли кивнул и отпил из банки.

— Труповоз, — сказал Логан.

Ламли даже не побеспокоился вытереть пиво, пролившееся из банки на щетинистый подбородок.

— Да, Труповоз. — Логан присел на другой конец дивана. — Он мертв.

Джим Ламли медленно кивнул и глубокомысленно уставился на банку с пивом.

— Хотите что-нибудь рассказать нам об этом, мистер Ламли?

Ламли запрокинул голову и влил в себя банку пива. Пена вылилась из углов рта и потекла по подбородку на засаленный комбинезон.

— Да особо нечего рассказывать… — проговорил он, пожав плечами. — Я ходил по району, как всегда, искал Питера, а тут он появился. Прямо как с фотографии в газете. Вон той. — Он вытащил из упаковки еще одну банку пива, но Инш успел отобрать ее до того, как Ламли ее открыл.

Затем инспектор велел констеблям произвести обыск в квартире — искать орудие убийства. Ламли взял с дивана подушку и приложил к груди, как грелку.

— Ну я и пошел за ним, — прибавил он. — В лес.

— В лес? — переспросил Логан. Это было совсем не то, чего он ожидал, но, встретив строгий взгляд инспектора, промолчал.

— Он шел, как будто прогуливался, как будто ничего не случилось. Как будто Питера не убили! — Лицо Джима Ламли начало краснеть, краска поднималась вверх по шее из-под засаленного воротника комбинезона. — Я его схватил… Я… я… только хотел поговорить с ним. Сказать, что о нем думаю… — Он закусил губу и посмотрел на шов, тянущийся по краю подушки. — Он начал вопить, и я его ударил. Чтобы он заткнулся. Чтобы не орал. Но я не смог… Остановиться не смог. Я его бил, бил, бил…

О господи, подумал Логан, а мы-то думали, что на него напала толпа. А Ламли один был!

— А потом… Потом опять пошел снег. Стало холодно. Я снегом умылся, стер кровь с рук и пошел домой. — Он пожал плечами. — Сказал Шейле, что произошло. Она собрала чемодан и уехала. — По щеке Джима Ламли покатилась слеза, оставляя тонкую чистую полоску на грязной щеке. Он шмыгнул носом и попытался сделать еще один глоток из пустой банки с пивом. — Да, я чудовище… такое же, как и он… — Он заглянул в пустую пивную банку — из нее на него взглянула пустота. — Он что, мертв? — Ламли смял банку в кулаке.

Инш и Логан обменялись хмурыми взглядами.

— Конечно, он мертв, мать его, — сказал Инш. — Кто-то превратил его в сито.

Горькая улыбка искривила залитое слезами лицо Ламли.

— Ну, туда ему и дорога…

Снаружи изящные белые пушинки медленно опускались на землю с серого неба, поблескивая в свете уличных фонарей. Логан и Инш, сев в машину, посмотрели, как констебли засунули Джима Ламли на заднее сиденье патрульной машины и уехали.

— Итак, человек не тот, но повод хороший, — сказал инспектор, выдыхая вместе с каждым словом облачко пара. — Пятьдесят на пятьдесят. — Он протянул Логану пакет с леденцами: — Нет? Как хотите. — Высыпал в ладонь с десяток леденцов и начал кидать один за другим в рот; иногда он промахивался, и леденец падал на забрызганный грязью пол «рэнджровера».

— Полагаете, они с ним справятся? — спросил Логан, в то время как Инш заводил машину и включал обогрев на полную мощность.

— Да. Вполне возможно. Жаль только, что это не он Труповоза искромсал. Так бы все хорошо срослось.

— Поедем обратно в больницу? — спросил Логан.

— В больницу? — Инш взглянул на часы. — Уже почти час ночи! Она меня повесит. — Поздние возвращения инспектора домой жена его принимала в штыки. — Я оставил полицейских, чтобы опросили свидетелей. Утром прочитаем. Все равно половина пациентов уже спит.

Инш высадил Логана рядом с домом. Логан понаблюдал, как «рэнджровер» медленно катится по обледеневшей дороге и исчезает из виду. Потом пошел домой. На автоответчике мерцала красная лампочка. Может, звонила Джеки Ватсон, подумал Логан и нажал на кнопку. Из динамика донесся голос Миллера. Репортер уже знал, что Труповоза закололи, и хотел эксклюзива.

Выругавшись, Логан нажал на кнопку и стер сообщение. И пошел спать.

Среда началась так, как и должна была начаться. Телефон зазвонил, когда Логан принимал душ; он выскочил из ванной, но не успел ответить, и в дело вступил автоответчик. Еще один звонок от Миллера, призывавшего его поговорить по душам. Логан не стал поднимать трубку. Послушал лепетанье репортера и отправился в кухню, желая выпить чашку чая и съесть тост.

Уже выходя из квартиры, он задержался, чтобы стереть сообщение Миллера. Оно оказалось необычно длинным. Слушать его он не стал. Было понятно, что на сегодня это не последний звонок от журналиста.

Утреннее совещание прошло спокойно, Инш позволил себе несколько раз зевнуть, информируя сотрудников о событиях прошлой ночи, как в больнице, так и в комнате для допросов номер три. Заданием на день стал поквартирный обход. Еще раз.

Логан успел к концу совещания, улыбнулся констеблю Ватсон и получил от нее улыбку в ответ. Она готовилась к опросу врачей, медицинских сестер и пациентов. Да и вообще он был должен ей пинту.

Инш устроился на своем обычном месте, а именно на краю стола, и, опираясь на него громадным окороком, шарил по карманам в поисках чего-нибудь сладкого.

— У меня точно были где-то фруктовые пастилки… — пробормотал он, когда к нему подошел Логан и спросил о планах на текущий день.