Негр Артур Иванович - Лариса Соболева

– Я постараюсь, – вздохнула Даша, но тут же всплеснула руками: – Надо же, в Индию! К кобрам и крокодилам!

У моих приятелей сын с удивительно темной кожей, жесткими черными волосами и огромными черными глазами, он полная противоположность родителям. Однако в лице его легко обнаруживаются черты и матери и отца. Когда припекает солнце, он становится похож на мулата, да и клички у юноши – Цыган и Мулат.

Родители, конечно, в недоумении: откуда он такой? Я прочла им рассказы о Ганнибале и высказала в шутливой форме предположение – а вдруг их сын потомок того самого Ганнибала и... к примеру, Асечки Ивановны? Или его далекий предок – Алешка, тот самый Алешка, которого Уткин привез в подарок царю Петру вместе с Ибрагимом, именуемым позже Абрамом Ганнибалом. Два брата, но один известен, оставил после себя память, а мы его знаем еще и как прадеда великого русского поэта Пушкина. Второй затерялся на просторах России, но он же был.

– Все может быть, – сказала мама.

– Жаль, мы не знаем родственников до седьмого колена, – вздохнул папа.

Эх, если бы знать!..

Если бы знать...

Почему не в ресторане? Шумно потому что, да и Артур с Дашей не хотели всяких там пышностей с танцами и громким оркестром, решили устроить скромный ужин дома. Но родители возразили: а друзья? Даша все равно отказалась от ресторана. Родители предложили отметить бракосочетание у них в кругу родственников и близких друзей, если молодожены не желают праздновать такое прекрасное событие. Подготовку мама взяла на себя. Таким образом, народу все равно собралось человек двадцать с небольшим, а площадь у родителей позволяла принять такое количество гостей и не ущемлять каждого теснотой. Заодно это был и прощальный вечер, вскоре Артур и Даша уезжали. Бедная Дуська рвала и метала, захлебывалась от злости лаем, Катя закрыла ее в своей комнате, а собака настойчиво скреблась в дверь. Едва сели за стол...

– Даша, тебя к телефону, – сообщила из прихожей Алла Константиновна, она была необыкновенно счастлива и даже помолодела.

– Меня?! – немало удивилась Даша, проходя в прихожую. – Слушаю.

– Даша, я поздравляю тебя... Марина! Опять! И здесь отыскала! Уж сегодня слышать контральто бывшей подруги нет никакой охоты. Марина звонила каждый день то трезвая, то пьяная и всякий раз слезно просила прощения. Прикрыв дверь в гостиную, Даша заговорила тихо:

– Прошу тебя, не звони больше. Это невыносимо.

– Даша, мне так плохо... так плохо... Никого рядом, я одна...

– У тебя есть двое детей, – зло сказала Даша. – Занимайся ими, а меня оставь наконец в покое!

– Дашка, если бы ты знала... Прости меня, Даша...

– Хорошо, прощаю, коль ты хочешь это услышать. А теперь сделай так, чтобы я о тебе навсегда забыла.

Она положила трубку, в которой о чем-то еще умоляла Марина. Сзади ее обнял Артур, Даша вздрогнула, так как не услышала, когда он проник в прихожую и подошел к ней.

– Жена, ты сердита?

– Конечно. Опять Марина звонила. Она меня доконает.

– В Индии Марина нас не достанет. Дашка, плюнь на нее, повернись...

Она обняла его за шею, приподнялась на цыпочки... Неожиданно выскочила Дуська и со свирепым рычанием бросилась к ним. Даша взвизгнула, поджала одну ногу, Артуру пришлось подхватить ее на руки. Узнав своих по запаху, Дуська засеменила на кухню, грозно рыча. Артур спросил:

– Дашка, что ты так реагируешь на Дуську? Она же для виду...

– Я поняла!.. – потрясенно произнесла Даша.

– Что? Что ты поняла?

– Дружок... Артур, я внимательно прослушала запись, сделанную во время сеанса гипноза, там нет ни слова о Дружке... Понимаешь, впечатления свои я рассказываю подробно, а о Дружке... Боже мой... это просто... невероятно...

– Ну и что? – Артур тряхнул ее, не опуская на пол, мол, очнись.

– Он не лаял. А он злой пес. На чужих он должен был лаять. Понимаешь? И мама открыла ночью дверь не чужому... Артур...

– Ты хочешь сказать... Роман? Твой брат?

– Не знаю... Предположение настолько чудовищно... не знаю.

– Хочешь, съездим туда? У нас в запасе время есть, узна...

Даша прикрыла ладонью губы Артура, медленно покачала головой:

– Не хочу. Я боюсь узнать правду. Лучше не знать.

Распахнулись двери гостиной. Иван и отец скорчили недовольные мины.

– Ну, кто так делает? – канючил Иван. – Ну что это за свадьба? Мы там, а они здесь... целуются без свидетелей.

– Марш к народу! – приказал отец.

Артур внес Дашку в гостиную, где за длинным столом галдели гости, встретив их традиционным «горько»!

Целуясь с Артуром, она думала: «Ромка? Не может быть. Он не мог впустить в дом Гарелина. А если его заставили? Почему тогда его тоже не убили? А кто сказал Гарелину, где стоит моя кровать в больнице?.. Нет! Этого не может... а вдруг все-таки... Все, все, все, хватит об этом. Лучше не думать».

Даша села за стол, счастливо улыбаясь, а в голове звучало: лучше не знать, лучше не знать...