Vip-зал - Йенс Лапидус

Эмили снова внимательно на нее посмотрела. Она, похоже, одного с ней возраста. Судя по одежде, Каролина была не такой консервативной и привередливой, как ее брат. Джинсы на ней были большеватые и потрепанные снизу, а вязаный джемпер вытерся на локтях.

Единственное, что она точно знала о Каролине Шале, это то, что она обычно жила в Англии. Не в той же стране, что ее брат.

– Я хочу узнать, был ли у вас какой-то особый интерес, чтобы кое-что выяснять о Филипе?

Каролина сделала глубокий вдох.

– Нет, почему он у меня должен быть?

– Вы расспрашивали о нем других людей?

– Никого, кроме мамы и, может быть, отца. А почему вы спрашиваете?

– Я получила информацию, что вы связывались с молодой женщиной, она из Нигерии, чтобы расспросить о жизни брата.

Ей показалось, что Каролина перевела дыхание, прежде чем ответить:

– Я не знаю, о чем вы.

Эмили замерла. Каролина лгала. Но она не знала, что нужно сделать, чтобы та рассказала правду. Это дочь ее клиента. Она подумывала, не раскрыть ли все карты и рассказать о том, что сказала Кассандра. Но сначала нужно посоветоваться с Магнусом. Она затронула несколько менее важных вещей, знала ли Каролина, что могло случиться с Филипом и так далее. Затем поблагодарила за то, что та так быстро откликнулась.

Каролина встала.

– Могу я спросить о другой вещи?

– Конечно.

– Это вы нашли мертвую женщину сегодня ночью?

– Да.

– Что там на самом деле произошло, вы видели?

– С этим вопросом вам лучше обратиться в полицию.

Эмили тоже поднялась. Каролина последовала за ней в холл.

Карл-Юхан встретил их у входной двери.

– Вы уже закончили?

– Думаю, да. Тедди сейчас в банке, он может позвонить в любой момент.

Каролина натянуто улыбнулась.

– Жаль, что не смогла вам больше помочь.

Карл-Юхан пожал Эмили руку.

Каролина протянула свою, чтобы сделать то же самое.

Рукав ее джемпера слегка задрался.

И Эмили ее увидела. Татуировку несколько сантиметров диаметром.

Это был белый кролик с красными глазами.

* * *

Тедди стоял у подъезда на Фатбурсгатан. Было послеобеденное время, и он приехал сюда сразу из банка. Ему нужно собраться. Он вспомнил о стычке в квартире Гульдмана ночью и бегстве из Скарпнэка сегодня утром. Он беспокоился, не слышали ли соседи, как он напал на Гульдмана. Но ни он, ни Эмили или Ян не проверили соседей на Фатбурсгатан.

Поэтому он и был здесь.

В такси он расслабился. Перед глазами всплыли приятные воспоминания.

Как они с Сарой, пока она еще работала охранником, были на площадке весенним днем. Тедди пошутил: заключенные с радостью ходили бы на курс по скалолазанию со сраховочной веревкой, клиньями и прочим.

– И вы, наверное, хотите на стенах тренироваться? – спросила Сара и засмеялась своим обычным захлебывающимся смехом, как будто на нее икота напала.

Как Линда, Дарко и он сам вместе с отцом на праздновании Рождества в Сербском союзе. Отцовская несходящая улыбка, когда он ходил там с сигаретой во рту и поглядывал на еду. Для отца это был особенный момент по многим причинам.

Как отец учил его плавать в бассейне.

Я держу тебя.

Я поймаю тебя, когда ты прыгнешь с бортика.

Посмотри на Дарко, ему же нравится.

Ничего не получалось. Тедди не нравилось, когда вода попадала на лицо, и еще меньше – когда она накрывала голову. В бассейне было холодно.

Влезай сюда, я кое-что тебе покажу, – сказал отец.

Тедди вскарабкался на бортик, отец взял его за руки и протащил его этот последний метр. Дарко плескался там внизу и кричал: «Прыгай, прыгай!»

У отца были маленькие тесные плавки. Он тогда был худым, но Тедди помнил, как его приводила в восторг отцовская мохнатая спина. Настоящий папа не может быть холодным.

Затем отец схватил его и забросил глубоко в бассейн.

Вспоминания прервались телефонным звонком, и Тедди узнал номер Николы.

Он быстро взглянул вперед, таксист был погружен в собственный телефонный разговор.

– Здорово, Тедди, это я.

– Нико, как дела? Ты говорил с Линдой?

– Все нормально. Она просто разыгрывает трагедию. Но мне нужно с тобой обсудить одну важную штуку.

Тедди посмотрел в окно и увидел табличку с названием улицы: Фатбурсгатан.

– Юсуф тут говорит, что ты моих корешей приложил прошлой ночью.

Тедди почувствовал холод в животе.

– Это были твои приятели? На Фатбурсгатан?

– Да, и эту адвокатшу мы вчера встретили. Слушай, Тедди, я хочу одно сказать. Со всем респектом, но, будь другом, хватит в этом копаться. Не знаю, что ты знаешь и что не знаешь, но нам нужно делать наше дело.

– И что это?

– Не могу сказать, пожалуйста, хорош спрашивать. Сам знаешь, какие тут понятия.

Тедди показалось, что он лишился дара речи.

– Никола, я люблю тебя, – выдавил он через пару секунд. – Но мне тоже нужно делать мое дело.

– Прошу тебя.

– Нет. Не о чем тут просить. Только пообещай мне одну вещь.

– Что?

– Не делай глупостей, не надо быть таким идиотом, как я.

* * *

На площадке было четыре двери, и одна из них вела в квартиру Филипа.

Он позвонил в соседнюю дверь.

Никто не открыл.

Он позвонил в следующую. Над почтовым ящиком написана фамилия Перссон.

Растрепанная женщина с младенцем на руках открыла дверь. Против своей воли Тедди снова подумал о Саре. Женщина была одета в мягкий спортивный костюм и смотрела на него с таким раздражением и явным желанием сразу захлопнуть дверь.

– Здравствуйте, меня зовут Тедди. Простите, что вот так просто звоню, но мне нужно задать вам несколько вопросов.

– Эээ… в чем дело?

Ребенок лет трех от роду выбежал в прихожую и обхватил женщину за ногу.

– Мама, мама, пойдем!

– Я из управляющей компании, меня интересует, не слышали ли вы каких-либо странных звуков из вон той квартиры в период с одиннадцатого февраля по сегодняшний день. Мы получили несколько жалоб.

Он показал рукой на квартиру Филипа.

Ребенок снова потянул женщину за ногу. Младенец у нее на руках запищал.