Я Пилигрим - Терри Хейз

Шептун тоже все время был на телефоне. Когда я закончил разговор с Беном, он успел уладить множество мелких вопросов – от билета на самолет и кредитных карточек до содержимого карманов Броуди Уилсона.

Самым главным средством превращения этого абстрактного имени в правдоподобную личность должен был стать проработавший уже четыре года ноутбук с большим объемом всевозможных материалов. В нем появятся электронная почта с сотнями старых сообщений как делового, так и личного характера, а также различные документы и файлы, содержащие информацию о предыдущих делах.

– Вам придется вкратце ознакомиться со всей этой чушью во время полета, – сказал Шептун. – Особое внимание уделите файлу с вашими семейными фотографиями. Вы разведены, но имеете двоих или троих детей – точно не помню. Можете выдумывать все, что угодно, о предыдущих расследованиях, но не о своей семье. Я сказал, что вы хороший отец.

– Есть какие-то зашифрованные материалы?

– Информация снабжена паролем и простеньким кодом, но эту защиту достаточно легко взломать. Серьезная шифровка вызвала бы много ненужных вопросов. Вам загружают в ноутбук iTunes, у вас будет также mp3-плеер. Но предупреждаю вас: у этих парней просто ужасные музыкальные вкусы.

– Ну что ж, придется стать фанатом рэпа, – пошутил я. Услышав хруст гравия под колесами машин, я понял, что сотрудники Шептуна разъезжаются по домам, сделав свою работу. – Когда все будет готово?

– К шести утра. Вашу одежду, паспорт и ноутбук завезут на пост охраны, а оттуда принесут на кухню.

Мы уже решили, что я воспользуюсь гостевой спальней Шептуна. Это означало: я имею возможность поспать пару часов до отъезда. Оставалось только возблагодарить Всевышнего за то, что Он дарует мне столько адреналина.

– Такси подъедет в семь, – продолжал мой шеф. – Я организовал для вас одну встречу, еще до того, как вы сядете на самолет. Подробности узнаете, когда получите свои вещи.

Лицо Шептуна побледнело от усталости: он наверняка будет спать, когда меня разбудят. Поэтому лучше попрощаться сейчас.

Шептун взял наши блокноты и флешки, бросил их в камин и поднес спичку. Сомневаюсь, что в учебнике, в главе, посвященной уничтожению секретных материалов, содержатся подобного рода рекомендации, но огонь, по крайней мере, придавал помещению домашний уют. Наши мысли о будущем были теперь уже не столь мрачными.

– Жаль, не смогу быть там, чтобы поддержать вас, – сказал он искренне. – Особенно если вас вдруг припрут к стенке.

– Я справлюсь один, – заверил я.

– Тут вы правы: придется действовать самостоятельно.

Наши глаза встретились. Я ожидал, что Шептун протянет мне руку и пожелает удачи, но он не стал этого делать.

– Вы не похожи ни на меня, ни вообще на кого-либо из агентов, которых я знаю. Ваша сила – в вашем сердце.

Я был в некотором замешательстве. Моя сила – в сердце? Никто не говорил мне этого прежде, но, похоже, так оно и было.

– Вы порой слишком переживаете, – продолжал мой собеседник. – Иногда это сильно все усложняет.

Шептун отвернулся и помешал угли в камине. Не очень приятно такое услышать, но он имел право на эти слова, поскольку был моим резидентом.

– Если по какой-то причине все пойдет к черту и вы поймете, что за вас вот-вот примутся всерьез, не ждите слишком долго – нажмите кнопку выброса.

– Вы считаете, что тогда нужно покончить с собой?

Вместо ответа Шептун поинтересовался:

– Бывали в Афганистане?

– Не приходилось.

– Счастливчик. Я дважды был в Кабуле, провел там в общей сложности несколько лет. Британцы побывали в этой стране за сотню лет до нас, но с тех пор мало что изменилось. Они пели такую песню:

Если раненным брошен в афганском краю,

Где афганки, найдя тебя, плоть искромсают твою,

Доползи до винтовки и в голову выстрели,

Чтоб пред Богом достойно предстать, как солдат[18].

Он слегка пожал плечами, чтобы не расчувствоваться слишком сильно, и заключил:

– Так что, как поют английские солдаты, «в голову выстрели». Нет смысла растягивать страдание, Скотт.

И тогда я понял: наверное, он залез в архив и прочитал мое досье.