Стеклянный дом - Кристина Ульсон

– Может, тебе все же пойти домой и поспать?

– Я не устал. – Петер покачал головой.

Ложь.

– Если Вальтер Лунд на самом деле Юхан Альдрин, где же настоящий Вальтер Лунд? – Алекс повернулся к Фредрике. – Ты разговаривала с его дядей?

– Пока нет. Однако норвежская полиция с ним не раз общалась. Он говорит, что Вальтер нанялся в восьмидесятом году на судно для перевозки машин и с тех пор о нем ни слуху ни духу.

– Юхан Альдрин был очень молод, когда пропал, даже не закончил учебу. Может быть, он работал на том же корабле?

– Я свяжусь с судоходной компанией. – Она записала это в своем блокноте.

– Морган Аксбергер, – снова проговорил Петер, переводя взгляд с одного на другого. – Мы только что послали патрульную машину за ним в офис.

– Отлично.

Петер нервно поежился:

– Думаете, Ребекка Тролле докопалась до того, кто такой Вальтер Лунд?

– А вдруг они оба психопаты, как сын, так и мать? – Алекс на мгновение замер. – А вдруг ее убил Вальтер Лунд?

– Может, все дело в их отношениях? – предположила Фредрика. – Ребекка знала, что беременна, но не знала от кого. Возможно, она поставила Лунда перед фактом и потребовала, чтобы он взял на себя ответственность за ребенка?

– Но тогда Вальтер Лунд – выдающийся актер, – проговорил Алекс. – У меня определенно сложилось впечатление, что он не знал о беременности, пока мы сами не упомянули об этом.

– Мы должны снова побеседовать с ним. Припугнуть его немного, сделать вид, что мы считаем его виновником. Тогда заговорит.

– За что он благодарит? – Петер посмотрел на них усталыми глазами.

– Что? – переспросил Алекс.

– На карточке, вставленной в букет, всегда написано одно и то же слово: «Спасибо». За что он благодарит свою мать?

Вернувшись в кабинет, Фредрика второпях не сразу заметила Спенсера.

– Много работы?

От неожиданности она чуть не закричала в голос.

– Боже, как ты меня напугал! – На мгновение она растерялась, но все тут же встало на свои места. – Я так волновалась за тебя.

Слезы покатились по щекам, и она упала в его объятия.

Она чувствовала, как он дышит ей в волосы, гладя ее по спине. Казалось, он тоже плачет.

– Придя домой, я встретил там твою мать.

Фредрика вытерла слезы:

– Я попросила ее побыть сегодня с Сагой. Мне было просто невыносимо сидеть дома и ничего не делать.

Спенсер отступил на шаг. Между ними пролегли несказанные слова. То, о чем они должны были поговорить, но не здесь, не сейчас.

– Насколько я понял, ваше расследование меня исключило из числа подозреваемых.

– Так и есть. – Она сглотнула и откинула с лица несколько особо упрямых прядей. – Так что теперь тебе не нужен новый паспорт.

У Спенсера был такой вид, словно он вот-вот рассмеется, но потом его лицо снова замкнулось. Фредрика почувствовала, что начинает выходить из себя.

– Нам о многом нужно поговорить, но только когда я вернусь домой.

– А когда это будет?

– Позже. Собственно говоря, довольно поздно.

Спенсер надел куртку, которую держал в руке, и двинулся к двери:

– Я не собирался тебе лгать.

И снова Фредрика почувствовала ком в горле.

– Спенсер, не делай так больше!

Он медленно покачал головой:

– Но ты мне тоже солгала.

– Я не лгала, а скрывала информацию. Это огромная разница.

Он горестно улыбнулся.

– Может быть, – сказал он тихо.

И ушел.

Фредрика осталась одна. Обхватила себя за плечи. Она одинока, когда одна, одинока, когда они вдвоем.

В кабинет заглянул Алекс:

– Кто это был?

Она сочла, что он имел в виду Спенсера.

– Отец моей дочери.

Вид у Алекса был настолько сконфуженный, что она рассмеялась. Со смехом снова пришли слезы.

– Прости, – пробормотала она, вытирая глаза.

Алекс положил руку ей на плечо:

– Если тебе нужно домой, я не возражаю.

Стрелки часов приближались к четырем, времени для перерывов не было.

– Я буду работать, пока мы не закончим, – сказала она твердо. – Как там дела с Морганом Аксбергером?

– Его не было на месте. Секретарша утверждает, что он срочно отправился на совещание.

– Мы в это верим?

– В данный момент – да, но не надолго. Мы четко дали понять, что разыскиваем его по важному делу, а он предпочитает нас избегать. Зато с Вальтером Лундом все в порядке. Он оказался на месте и любезно согласился снова приехать.

Фредрика схватила блокнот и ручку:

– У меня к нему много вопросов.

– У меня тоже. Но ему придется подождать, потому что сначала ты должна побеседовать с женщиной по имени Малена Брумберг.

– Малена Брумберг?

Фредрика растерялась, принялась разыскивать в памяти это имя. Не та ли это санитарка, которая так испугалась их в доме престарелых?

По коридору прошел Петер. Вернулся назад и заглянул в кабинет Фредрики:

– Я поеду искать дальше.

Он ушел на поиски брата, который пропал сутки назад. И никто ничего не видел, – похоже, ни один человек не понял, что же с ним случилось.

Кроме Теа Альдрин, которая отказывалась говорить.

Неприятное чувство, охватившее Фредрику еще на совещании, возникло вновь. Что-то такое сказал тогда Алекс. Какая-то мысль пролетела мимо, так что она не успела ее ухватить.

У Алекса зазвонил телефон, и он снял трубку.

Петер поднял руку в прощальном жесте и удалился прочь по коридору.

– Это с захоронения в Мидсоммаркрансене. Они заканчивают работу. Яма засыпана, ограждение сейчас снимут.

Вот оно!

Снова та же мысль.

Сердце Фредрики похолодело.

– Ты сказал, что кто-то побывал там ночью и начал засыпать яму.

– Хулиганы какие-то, – буркнул Алекс. – Людям заняться нечем.

– Нам придется снова раскопать могилу.

Алекс посмотрел на нее таким взглядом, словно она лишилась рассудка.

– Джимми, – прошептала она. – Я думаю, что сегодня ночью там зарыли его.

60

Во сне Джимми раскачивался все выше и выше. Он широко улыбался и кричал Петеру: